Моров. Том 8
Шрифт:
— Идемте, ребята, — подойдя к морпехам, кивнул им я.
Так как шли занятия, в коридорах нам попадались только сотрудники академии. И хотя глядели они с любопытством, но подходить и заводить разговор, разумеется, никто не стал.
А стоило выйти на улицу, как на мое лицо сама собой наползла улыбка.
— На такой я еще не катался.
— Садитесь впереди, ваше благородие, — открыв бронированную дверь, кивнул мне сержант.
На платформе военного грузовика сделали броневик для использования в городских условиях. Чуть длиннее обычного внедорожника, с установленной
Водитель уже сидел на своем месте. Молодой мужчина без доспеха кивнул мне, после чего снял с головы фуражку и бросил ее на панель перед собой. Мое сопровождение забралось в кузов.
— Как вам наша «Ласточка», ваше благородие? — спросил водитель, заводя мотор нажатием кнопки.
— Сейчас прокатимся и узнаем, господин лейтенант, — с улыбкой ответил я.
Как такового водительского сидения не предусматривалось, одна общая лавка тянулась от двери до двери. Напротив меня имелась рукоятка, выпирающая из бардачка, за которую можно было держаться. Система ремней безопасности при этом была современной.
— Давно пошли в серию? — спросил я, глядя, как машина вместо того, чтобы сдать назад, просто поворачивает на месте. — Их же вроде бы обещали только после Нового года.
— Неделю назад начали завозить в армию, — ответил лейтенант. — Но это — только первая модель, вторая будет уже после Нового года, и там у «Ласточек» уже будет своя специализация. А пока что — броня, маневренность и минимальное вооружение.
А еще мощное зачарование, защищающее от магии. Технически «Ласточку» можно накрыть чарами, но только в том случае, если воздействовать не на машину, а на ее окружение — траншею создать под колесами, скалу обрушить. Даже метеоритный дождь только растечется по магическим щитам.
Теперь это — стандарт техномагической науки Российской Империи. Дорого, конечно, но, как известно, кто не хочет содержать свою армию, будет вынужден содержать чужую. Так что император не жалел средств на новые вооружения.
«Ласточка» между тем катилась по Москве. Работу двигателя было почти не слышно, мелкие выбоины вообще не ощущались. Бронемашина словно летела по воздуху, а не по дороге. Даже мой «Коршун» такого плавного хода не имеет.
До здания Генерального штаба мы добрались за каких-то двадцать минут. Лейтенант заложил лихой вираж, демонстрируя возможности техники, и «Ласточка» встала как вкопанная прямо перед крыльцом.
— Ну как, ваше благородие?
— Впечатляет, — с улыбкой кивнул я. — Не зря наши ученые старались. Спасибо, что подбросили, господин лейтенант.
Открыв дверь, я поставил ногу на ступеньку, прежде чем сойти на землю. Машина за моей спиной ощутимо вибрировала, чего в салоне совершенно не ощущалось. «Ласточка» тронулась с места и направилась к гаражу.
Двери Генерального штаба раскрылись, и мне навстречу выглянул адъютант
— Иван Владимирович, прошу вас следовать за мной, — кивнув, позвал он.
Мы прошли по широкому коридору, по обе стороны которого располагались кабинеты высшего командования русской армии, на второй этаж. Никаких украшений на глаза не попадалось. В отличие от других казенных заведений, в Генеральном штабе взяли курс на минимализм и практичность.
Двери в совещательный зал, в котором Анатолий Никодимович обычно проводил рабочие встречи с подчиненными, охранялись сразу четырьмя бойцами в доспехах. Если в других местах к почетной службе привлекали разные рода войск, то стражу высшего командования Министерства обороны несли исключительно бойцы Имперской Службы Охраны.
Мой сопровождающий толкнул дверь и вошел внутрь первым, чтобы объявить:
— Его благородие Иван Владимирович Моров прибыл.
— Впускай, — раздался в ответ приказ.
Адъютант посторонился, и я переступил порог. Сопровождающий тут же поклонился и закрыл за собой дверь. А я оглядел лица собравшихся членов Генерального штаба.
Стариков среди них не имелось, Анатолий Никодимович протащил вслед за собой свое поколение. Естественно, многие были родственниками соратников Никодима Павловича. Погибший Герасимов давно сформировал будущий штаб, а его сын, получив кресло, подтянул уже подготовленных специалистов.
— Господа, рад приветствовать, — проходя к единственному свободному креслу, кивнул я сразу всем. — Как пониманию, случилось что-то срочное, раз меня выдернули прямиком с занятий.
Анатолий Никодимович толкнул ко мне толстую папку. Документы пролетели через весь стол, и я откинул обложку. Бумаги описывали оборону Англии — как с моря, так и на суше. Отдельно имелись указания военных аэродромов. Все это было снабжено детальным описанием возможностей каждого элемента техники, здания, корпусов и огневой мощи.
В конце нашлась карта, очерчивающая зону стопроцентного поражения противника. К примеру, если к несущему дежурство кораблю еще можно подобраться, поразив его издалека, то уже около берега шансов выжить под огнем британцев попросту нет, так как англичане просто раздавят противника совокупной огневой мощью.
Сама система обороны была выстроена таким образом, чтобы любой клочок моря в зоне поражения береговых систем находился одновременно под несколькими десятками ракетных установок. Помимо этого Великобритания могла воспользоваться помощью своих союзников в Европе, создав таким образом зону смерти в своих водах.
— Этого пока что не объявили, Иван Владимирович, — заговорил Анатолий Никодимович. — Но вина англичан в смерти ее императорского величества уже доказана. Государь приказал разработать план, как мы будем уничтожать это государство. Как видите, задача перед Генеральным штабом стоит весьма сложная. Но, учитывая, что некоторые страны могут проигнорировать присутствие нашего флота, мы способны выйти на расстояние удара. Препятствовать нам эти государства не станут, не после того, как Российская Империя развалила их коалицию с помощью нескольких тайных операций.