Морок Париса
Шрифт:
— Вот как? — Констебль встал. — И она показала этот перстень тебе?
— Да. Почему бы и нет? Ты смотришь так, как будто подозреваешь меня в чем-то.
— Я? — Руди пожал плечами. — Пойдём вместе на квартиру Мед. Поможешь нам найти этот перстень.
Когда они спускались по лестнице, констебль внезапно спросил:
— Жизнь полна чёртовых неожиданностей, не так ли, Грир?
— Чертовски полна чёртовых неожиданностей, — уточнил Грир. — К чему ты сейчас заговорил об этом?
— Так, взбрело что-то
— Если бы смогла найти покупателя, не сомневаюсь, что продала бы. Я-то советовал ей выбросить его. Пытался втолковать свои плохие предчувствия от этого нечистого перстенька. С ним явно что-то неладно, он просто руку холодом обжигал.
В это время на улицах почти не было народа, и скоро они добрались до квартиры Мед.
— Тело её… уже отвезли, — сказал Руди. — Но мы ничего не тронули в комнате. Зрелище неприятное, да тебе не привыкать.
— Да, не волнуйся, я уж перетерплю — с сарказмом ответил Грир.
— Да я в тебе и не сомневался.
У двери в квартиру стоял бледный констебль.
— Йорик здесь ещё? — спросил его Руди.
— Да, сэр.
— Проходим, — кивнул Руди Гриру и спросил: — Бывал прежде у Мед?
— Нет, — отозвался хмуро Грир. Руди вторично задал тот же вопрос — проверял его, значит, не доверял.
Руди толкнул дверь, и они вошли в освещённую солнцем спальню, где констебль Джер Йорик печально перебирал нехитрый скарб покойной.
В центре комнаты стояла кровать. Надо было отдать должно Мед — постельное белье, ковёр на полу она содержала в чистоте. Теперь их испачкала её кровь.
— Кровь Мед хлынула и залила всё вокруг, — мрачно констатировал Руди. — Он перерезал её глотку, она даже вскрикнуть не успела. — Он кивнул на столик у кровати с двумя кубками. — Но сначала он её усыпил, чтоб создать подобающую ритуалу обстановку. Эти порошковые шарики…
— Оставь эти нечистые подробности, — оборвал его Грир.
Руди подошёл столику и поднял с него сумочку Мед. Открыв её, констебль вывалил всё содержимое на столешницу. Маленький костяной нож, керамический пузырёк с ароматическим маслом, кошелёк с несколькими медяками… Руди заглянул в сумку и пошарил в ней рукой.
— Нет больше ничего. Эй, Йорик!
Констебль — высокий широкоплечий мужчина с чёрными волосами и внимательным взглядом голубых глаз — подошёл к ним, одарив Грира безучастным взглядом и перевёл взгляд на Руди Сеймура.
— Не видал ты здесь перстня из стекла? — спросил констебль Сеймур.
— Нет. Перерыли мы здесь все, но ничего похожего не заметили.
— Надо поискать получше. — приказал Руди. — Это очень важная вещица. Постарайтесь-ка как следует, как ты умеешь, Йорик.
Польщённый Йорик возобновил поиски, а Руди, с полуулыбкой обменявшись с Гриром понимающими взглядами, открыл дверь в коридор
Уйдя вглубь коридора, Руди великодушно пригласил Грира присесть на лавку.
— А почему было нельзя поговорить прямо в комнате? — поинтересовался Грир. — К чему эта загадочность?
— Когда ты в последний раз видел юзендманна Рори?
Грир не сумел не выказать изумления.
— А чего это ты о нём вспомнил?
— Не мочись на луну, — попросил Руди. — Нам не до шуток, сам понимаешь. Ответь на вопрос. Сам все скоро поймёшь.
— Лет пять уж как.
— Он был первоклассным рубакой.
Грир промолчал. Его мысли унесли его к не такому уж далёкому прошлому, и перед этим мысленным взором, как наяву, возник юзендманн Рори. Назвать его хорошим парнем его было бы неточным. Рори мог внушать восхищение, когда хотел этого. Но он мог быть и жесток. Многие соратники Грира отправились на смерть по его воле.
— Хочешь повидаться с ним снова? — спросил Руди.
— Нет уж, благодарствую, — просто ответил Грир. — Рори опять начнёт зазывать меня к себе. А я такой работой сыт по уши.
Руди помрачнел:
— Досада. Ему нужны надёжные вояки. Подумай хорошенько: сытая жизнь без нужды, достаточно волнующие впечатления, путешествия и возможность откладывать на старость денежки.
— «Денежки» — сухо передразнил констебля Грир. — навоз. А волнения, даже такие приятные, мне уже ни к чему. Эти привилегии были хороши во время войн. Сейчас хвала богам, достаточно мирное время. Я тебя удивлю — я очень люблю свою жизнь, можешь поверить и принять это к сведению. Так к чему ты вспомнил Рори?
— Я вчера с ним потолковал. — Лицо Руди Сеймура вновь расплылось в улыбке. — Он поведал, что припас для тебя выгодную работёнку. Долго готовиться тебе не надо, ведь так?
Грир беспомощно пожал плечами:
— С чего вдруг ты решил сунуть нос в мой пирог? Я не нуждаюсь ни в чьём участии. Я, вообще-то, в конце седмицы, уезжаю в Парис.
— В Парис? — удивился Руди. — По Чёрной Маме заскучал? Не думал, что ты адепт Изиды. Ну-ну, отговаривать не смею.
— Этот перстень — спросил Грир серьёзно, — имеет отношение к Рори?
Руди кивнул:
— Не скрою — да, имеет. Но Рори сам тебе всё поведает. Вот что я имел ввиду, когда говорил о жизни, полной неожиданностей. Пойдём к нему.
— Не пойду, — отрезал Грир и встал. — И, вообще, не сильно огорчусь, если никогда его больше, вообще, не увижу. Грязные делишки путь ведут другие. Мне они неинтересны больше, я-то своё уже отработал.
Руди посмотрел на него с сожалением и поднялся с лавки. Теперь он выглядел уставшим.
— Не ерепенься, братец Рори захочет услышать об этом перстне. И, в конце концов — это убийство. Помочь следствию — не только твоя обязанность, но и долг перед Мед.