Моритур

Медовникова Алиса

— Я хочу знать, как меня зовут и что меня ждет. — парень не понял, зачем приходил странный мужчина, о котором он не помнил ничего, кроме имени.

— Все завтра. Спи.

Не узнавший о себе ничего нового возрожденный откинулся на подушки и снова провалился в сон. В полудреме он провел еще два дня, лишь изредка просыпаясь и принимая пищу, а когда первичная трансформация закончилась, началось возвращение воспоминаний и обучение. Но не в подготовительном центре «Корпус Возрожденных» с двумя другим новичками и кучей учителей, а в той же закрытой части лазарета все с теми же Михаилом и Амалиэлем.

Последний не мог не отметить рвение возродившегося, куда глубже остальных новичков изучавшего

кустодиамскую науку, и в день Посвящения сделал ему подарок: разрешил встретиться с друзьями. Это было не в его полномочиях, но брат-близнец свои полномочия не выполнял, а временно исполняющий их Витиум был занят, потому Амалиэль воспользовался возможностью. Но перед тем, как повести бонума к друзьям, он рассказал ему о гибели Лизы. Парень принял трагическую новость достойно, хоть и попросил оставить его на время одного. Он знал, что ему будет не хватать Лизы, но решил порадоваться тому, что Селена и Вар живы и он может с ними увидеться.

Переминаясь с ноги на ногу на пороге обновлённого коттеджа, парень молил о том, чтобы Селена была ему рада. Он понимал, что куда больше она бы обрадовалась Лизе, но ошибся. Открывшая входную дверь Селена, днями и ночами молившая о том, чтобы хоть кто-то из ее друзей остался жив, сначала впала в ступор, а потом завизжала от счастья и заключила гостя в удушающие объятия.

— Ты живой?! — ошеломленная девушка хотела убедиться, что перед ней не фантомом и не галлюцинация.

— Как видишь… — ответил растерянный парень.

— Спасибо тебе, Господи! — прошептала девушка и еще крепче сжала гостя. — Я безумно рада, что ты снова со мной! Но готова заморозить всех, кто это от меня скрывал!

— Понимаю твое недовольство. Но так было нужно. Я проходил специально подготовку. И это должно было остаться тайной.

— Ладно. Пусть живут! — смилостивилась девушка и на лице ее расцвела почти позабытая улыбка.

Зимний ветерок проник через открытую входную дверь и Селена наконец сообразила, что они все также стоят на пороге и впустила столь желанного гостя в дом. Она расспрашивала его о том, как он себя чувствует и обсматривала со всех сторон, дабы убедиться, что с ним все в порядке. Девушка то смеялась от счастья, то плакала от облегчения и радости. Только немного успокоившись, она смогла сделать торжественное заявление.

— Сегодняшний день войдет в историю как один из самых лучших, потому что он вернул мне друга. — провозгласила Селена, поднимая вверх кружку травяного чая. Но на ее счастливо лицо неожиданно наплыла тучка, которая принесла с собой неприятную мысль. Эту мысль девушка озвучила вслух: — Жаль только, что одного.

— Только одного… — повторил тихонько парень и без того терзающий себя за то, что выжил только он.

— Один все же лучше, чем ничего. — осторожно заметил Ингвар.

Селена спорить не стала, Вар был прав. Им сделали чудесный подарок и вернули друга. Пусть и одного, но вернули. И это было настоящее новогоднее чудо, за которое стоило благодарить каждый день, но никак не жаловаться, что тебе мало счастья осыпали. На глаза девушки снова навернулись слезы, но она не стала их утирать, а лишь покрепче обняла вернувшегося с того света друга.

Глава 28

Старейший зал Пропозитум готовился принять очередных новичков и посвятить их в полноценные кустодиамы. Тысячи лет назад бонумов возводили в ранг в том же самом месте, что и сейчас. Сначала это была просто поляна в лесу, на которой проводили обряд посвящения в кустодиамы. Потом на ней возвели амфитеатр, который спустя сотню лет окружили круглой стеной, а еще через двести прикрыли стеклянной крышей. Рядом с поляной начала расти первая Застава. Со временем она превратилась в огромный комплекс,

включающий в себя несколько зданий, а Пропозитум стал украшением сада у Восточного крыла. С годами зал посвящения уходил под землю и теперь на поверхности виднелся лишь стеклянный купол, затянутый плющом. Только старейшие кустодиамы знали, что холмик в саду — это купол знаменитого Пропозитума. Остальные же считали, что зал для обряда посвящения находится где-то в недрах Восточного крыла, но не могли даже определить на каком конкретно этаже, потому что перемещал всех в Пропозитум лично глава бонумов.

Зал Посвящения был самым необычным местом в Заставе не только из-за своей круглой формы и схожести с амфитеатром. В нем всегда царило лето и вместо привычной плитки, пол этого помещения покрывала сочная трава. А каменные стены покрывал плющ, из-за чего потрясающие рисунки, выбитые на них первыми кустодиамами, уже не проглядывались. Зелень укрывала не только стены, но и все вокруг. Она росла под ногами, радовала благоухающими цветущими кустами и пестрила на деревьях, высаженных кольцом перед каменной стеной. Зеленые побеги простирались и на подиум, примостившийся у восточной стены зала, как раз напротив входа. Он служил сценой, в центре которой возвышался древний каменный колодец — Колодец Истины. За ним, в углублениях каменной стены, хранились самые важные артефакты бонумов. На некоторых из них играли солнечные лучики, проникающие из стеклянного купола Пропозитума.

Купол зала был и магической защитой, охраняющей древнейший Колодец Истины, и украшением Пропозитума. Он искрился и одаривал лучами солнца днем, а ночью на нем сплетались в причудливые узоры отражения от гирлянд, протянутых между деревьями. Сегодня же, в честь предстоящей торжественной церемонии, по нему пробегали зеленые и фиолетовые всполохи, напоминающие северное сияние.

Удивительное сияние купола было первым, что привлекло внимание новичков, прошедших через распахнутые золотые кованые ворота, увитые плющом. Оно поразило и остальных бонумов, прибывших на церемонию посвящения, потому что таким они видели его впервые. Пораженные красотой купола бонумы рассаживались на укрытые в тени листвы мраморные скамьи, расходящиеся дугами от сцены, и за пару минут зал заполнился людьми в белых одеждах. Последние триста лет кустодиамы уже не носили светлые хитоны, но традиция облачаться в белые одежды на официальных церемониях осталась. А сегодня эти светлые одеяния еще и напоминали о январском снеге, лежащем вокруг летнего Пропозитума.

Первые ряды, как обычно занимали те, кому предстояло пройти обряд Посвящения. В это раз кандидатов было всего десять и все они уместились на одной скамье, стоящей прямо перед сценой. Вар же устроился во втором ряду, позади друзей. Они, как и остальные новички, волновались и пребывали в неведении относительно предстоящей церемонии. В отличие от зрителей первого ряда, все остальные бонумы знали, что сейчас будет. Некоторые мечтательно улыбались, вспоминая свое посвящение, лица же других оставались непроницаемыми.

Ровно в девятнадцать ноль ноль все фонари погасли и под нервное перешептывание новичков зал погрузился во тьму. Постепенно темнота стала рассеиваться благодаря свету, исходящему от сцены. Его источником служил колодец, расположенный в центре постамента. Свет из колодца разгорался все ярче и ярче, а затем его сменился искрами, перемешивающимися со струями воды. Всполохи эти становились все напористее и поток света и воды преобразовался в фейерверк, осыпающий первые ряды брызгами и золотыми песчинками. Новички, как и большинство присутствующих в Пропозитуме, завороженно наблюдали за удивительным действом, а выстреливающие из колодца капельки воды начали обретать форму человеческого силуэта.