Моргни – и умрёшь
Шрифт:
Она взяла карандаш.
На сегодняшний день было известно три опасных преступника, которых разыскивал «Спектр-8»:
Граф: психопат, вор и убийца, без каких-либо реальных мотивов для преступных действий, помимо желания избавиться от скуки и получить удовольствие. Сейчас Руби было точно известно, что он работает на кого-то еще, и, как он сам признал во время их недавней встречи в подземной гробнице, эта работа ему уже была не особо приятна. Однако было непонятно, каким образом он мог оказаться в распоряжении кого-то другого, а также кем мог быть
Австралийка, сообщница Графа, столь же жестокая, как он сам.
Руби не могла сказать, что свело этих двоих вместе, но полагала, что они знакомы уже немало лет. Похоже, Граф попросил помощи Австралийки, чтобы подобрать кое-какие неподвязанные концы. Они доверяли друг другу, и, судя по словам Графа, он глубоко уважал эту женщину.
Лорелея: блудная дочь Австралийки, временами работавшая на Графа. Лорелея сама устанавливала для себя законы, теперь в этом уже не было сомнений. Она пошла в отрыв, дважды предала Графа (третий шанс ей вряд ли представится) и была твердо намерена сжить со свету любого, кто встанет у нее на пути, – почему, собственно, Руби и оказалась ее мишенью.
Помимо того, конечно же, существовал «крот», двойной агент, предатель, кукловод, тухлое яйцо, гнилое яблоко… Как хотите, так и называйте, но кто-то дергал за ниточки; вопрос в том – кто?
И Граф был напуган.
Не очень-то успокаивающая мысль. Кто мог внушить страх этому бездушному монстру?
Девушка в телевизоре занервничала: она почувствовала, что в темноте снаружи таится нечто. Руби встала, подошла к окну собственной комнаты и встала, глядя в темноту. Где-то скрывалось нечто злобное. Мир был огромен и полон тайн, и эта черная душа могла находиться в тысячах миль отсюда. Злодеи могли наблюдать с Марса или прятаться за ближайшим поворотом дороги Сухой Реки. Однако вероятнее всего враг уже был в «Спектре» и бродил по коридорам штаб-квартиры.
Вопрос на шестьдесят четыре тысячи долларов заключался в том, могла ли на самом деле ЛБ быть этим самым врагом?
Вся штаб-квартира была в состоянии полной готовности, расследованием занималась команда из «Спектра-1», уровень безопасности был повышен до «алого», меры защиты предпринимались самые неслыханные, но уверенности это не вселяло. В конце концов, как защищаться от зла, которое уже находится внутри? Сидя дома, в надежной крепости Гринвуд-хауса, Руби взвешивала варианты своих действий.
Когда ты числишься одним из первых в списке целей безумного преступника, то что ты сделаешь?
А: Останешься дома, запрешься на все замки, выключишь свет, спрячешься под одеяло и будешь ждать, пока кто-нибудь другой сделает что-нибудь?
Б: Вспомнишь изученные тобой приемы кунг-фу, оденешься потеплее, выйдешь наружу, решишь все проблемы и спасешь себя и других?
Руби постучала себя карандашом по голове.
Идея стать приманкой, пока какой-то другой агент сводит воедино все улики, вычисляет «крота» и загоняет преступников в угол, показалась ей не очень-то привлекательной.
Девизом «Спектра» было «сиди тихо»,
Она горько улыбнулась.
Ей оставался лишь второй вариант.
«Смерть или слава», – подумала она.
Тем временем, примерно одиннадцать с половиной лет назад…
На обочине дороги лежал человек и, глядя снизу вверх на старика, видел на его лице страх.
– Я… жив?
Старик кивнул:
– Похоже, да.
– Ты… в порядке? – выдавил человек. – У тебя… такой вид… будто ты… сейчас… отрубишься…
Старик сбросил свою куртку, достал из кармана нож и начал отрезать рукав своей рубашки. Разорвав его на полосы, он перебинтовал кровоточащую ногу человека.
– Если хочешь знать, меня зовут Ленни Риверс. – Он работал быстро, но методично, туго перебинтовывая раны и стараясь остановить кровь, струящуюся на дорогу.
– Рад… знакомству… Лен…
– Что с тобой случилось, приятель, – грузовик сбил?
Бедолага выглядел ужасно, ничего хуже Ленни в жизни не видел, не считая того раза, когда нашел охотника, на которого напал медведь. Тот охотник, увы, не выжил.
– Может, ты попал под одну из тех трелевочных фур? – продолжал расспросы Ленни. – Шофер или тебя не увидел, или решил оставить умирать.
– Наверное, – промолвил раненый. Глаза его закрывались.
– Держись, – сказал Ленни, обращаясь скорее к себе, чем к полумертвому человеку, лежащему на земле. Ленни делал все возможное, но был уверен, что бедняга уже не жилец.
– Так как тебя зовут? – спросил старик.
Ленни Риверс точно знал, что, когда настанет его время отправляться на небеса, он хотел бы в последний раз услышать, как кто-нибудь произнесет его имя вслух. Но сознание раненого уже ускользало прочь, взгляд его затуманился.
– Эй, сынок, не бросай меня, скажи хотя бы, за кого молиться.
Ленни осторожно похлопал раненого по окровавленной щеке:
– Продержись еще немного. Имя-то у тебя должно быть, верно?
Веки раненого затрепетали и открылись в последний раз. Он смотрел мимо Ленни, как будто видел кого-то другого, стоящего у того за плечом.
– Лавдэй, – прошептал он, – помни, Морган… Лавдэй.