Моргни – и умрёшь
Шрифт:
– Привет, это мы.
– Бонжур, мама, бонжур, папа. И кстати, quelle heure est-il?
– Пардон?
– Который сейчас час?
– Почти обеденное время, а у тебя?
Руби потянулась за своими часами.
– Три часа ночи.
– Ой, Руби, ты, наверное, уже спала! – спохватилась мать.
– Да, но вы можете попытаться позвонить позже, часов в шесть вечера, или намного раньше – между Парижем и Твинфордом десять часов разницы, мы отстаем на шесть часов.
– А я думал, Твинфорд на девять часов впереди, – сказал ее отец.
– Совсем
– В таком случае крепкого тебе сна! – пожелала Сабина.
– Bon app'etit, – ответила Руби.
Час спустя она проснулась снова, на этот раз от жужжания мухи. Судя по настойчивому зудению, муха уже была в предсмертных судорогах, и производила этот звук, лежа на спине, лапками вверх.
Все еще не проснувшись, Руби попыталась прихлопнуть муху, но ее ладонь ударилась о край чего-то твердого. Открыв глаза, Руби увидела, что звук издает не назойливое умирающее насекомое, а ее спектровские «спасательные часы», лежащие на прикроватном столике. На циферблате мерцали слова, начертанные зеленым. Сообщение от Хитча:
Городской планетарий, 04:35, ряд Е, место 6
Было четыре часа утра – не самое приятное время для пробуждения. Но если Хитч намеревался сопроводить ее в штаб-квартиру для беседы с начальницей (и предположительно убийцей), то четыре часа утра были ничуть не хуже, чем любое другое время суток.
Руби потянулась за своими очками, с трудом поднялась на ноги, упала, выругалась, доковыляла до ванной, почистила зубы, причесалась и уставилась на свое отражение мутным взглядом.
«Редфорт, тебе нужно собраться», – сказала она себе.
Руби решила, что единственный способ проснуться окончательно – это залезть под душ. Так она и сделала, и это сработало. Потом она посмотрела в предутреннюю темноту за окном и решила: «Холодно. Холоднее, чем вчера». Температура на улице действительно упала.
Руби откопала в шкафу теплые колготки, натянула поверх них джинсы, надела теплую нижнюю кофту, футболку с надписью «Не будите меня», черную толстовку на молнии, зимнюю парку и шапку с ушами. Снега не обещали, но воздух бы ледяным. Одевшись, Руби подхватила рюкзак, на цыпочках сбежала вниз по лестнице и вышла из дома через парадную дверь. На станции подземки «Грин-стрит» было малолюдно – только рабочие, едущие с ночной смены, да редкие «ранние пташки».
Оказавшись возле планетария, Руби с удивлением обнаружила, что двери открыты и в кассе сидит мужчина, продающий билеты. А ведь она уже была готова проникнуть в здание каким-нибудь хитрым путем.
– В чем дело? – спросила Руби, подойдя к кассе.
– То есть – в чем дело? – переспросил молодой продавец билетов.
– Почему вы открыты? Сейчас только половина пятого утра.
– Мы празднуем годовщину прошлогодней высадки на Луну – ну, «Аполлон-11», знаешь? – сказал билетер.
– Не хочу портить вам веселье, но вы в курсе, что пока еще рановато? – осведомилась
– Да, мы это знаем, но многие люди хотят почтить вниманием это событие, поэтому мы решили растянуть празднование на целый месяц, – пояснил молодой человек, указывая на огромную афишу, висящую на стене. – Ожидается целый ряд мероприятий. Ты, должно быть, слышала, что в обсерватории на Острове Метеора построили новый телескоп… это было в новостях, под лозунгом «Планета Твинфорд-1974 – Город Космоса».
– Но еще не семьдесят четвертый год, – возразила Руби.
– Да, но недели через четыре он настанет, – ответил билетер. – Ты действительно не в курсе этого?
Руби непонимающе смотрела на него. Потом произнесла:
– Ну да, кажется, моих родителей пригласили на какое-нибудь космическое мероприятие, вот только на какое?
– Может быть, на «Галактический Концерт»? Или на «Астро-лекции»? Или на «Межзвездное шоу»? – предположил молодой человек, потом с легким сарказмом добавил: – С какой планеты ты свалилась?
– С Планеты Заучек, – объяснила Руби. – Мне кажется, у вас должен быть забронирован для меня билет – на фамилию Редфорт.
Парень порылся в стопке заранее оплаченных билетов и протянул ей конверт.
– Приятного просмотра! – пожелал он.
Руби открыла дверь в зал и тихонько спустилась по ступеням. Все места в средней части были заняты, но по краям оставалось много свободных кресел. Она нашла ряд Е и стала аккуратно пробираться вдоль него, потом нашла свое место и села. Все кресла вокруг были свободны, Хитча нигде не было видно.
Мистер Пунктуальность, похоже, опаздывал.
Она начала смотреть сеанс, и вскоре лекция, сопровождавшая показ, полностью увлекла ее.
– Привет, – произнес чей-то голос.
РУБИ: Черт! Я и не слышала, как ты подсел ко мне!
ХИТЧ: Похоже, ты нервничаешь, детка.
РУБИ: Ну, раз уж ты об этом заговорил…
ХИТЧ: Кстати, ты завтракала?
РУБИ: Шутишь? Еще и пяти часов утра нет.
Хитч протянул ей бумажный пакет.
– Спасибо, – поблагодарила Руби и достала из пакета пончик.
ХИТЧ: Это от Блэкера.
РУБИ: А чего он не спит в такую рань?
ХИТЧ: У нас все в полной боевой готовности, и вообще царит совершенное безумие.
Как и все остальные зрители, он смотрел на потолок, где медленно вращалось изображение ночного неба.
Хитч указал на группу звезд:
– Это Геркулес?
– Орион, – неодобрительно фыркнула Руби.