Шрифт:
Глава 1
МОРЕ НАДЕЖДЫ
Вой сирены воздушной тревоги разорвал осеннее утро. Снова. И снова. И снова.
"Мамочка!" – Катя вздрогнула и прижалась к матери. В свои восемь она уже научилась различать звуки: свист – значит, совсем близко, глухой удар – значит, попали.
"Тише, котёнок, тише," – Надежда гладила дочь по голове. – "Пойдём в убежище."
Это стало их ежедневным ритуалом с тех пор, как в октябре 2022-го забрали папу. Раньше он носил Катю на руках в подвал, называл её Катюшей и пел "Выходила на
"Мам, а почему они стреляют?" – спрашивала Катя, сидя на старом матрасе в подвале. Надя не знала, что ответить. Как объяснить ребёнку то, чего сама не понимаешь?
"Я папе письмо написала," – шептала Катя, доставая измятый листок. – "Почитаешь?"
"Дорогой папочка! Я очень скучаю. У нас каждый день взрывы, но я не плачу, я храбрая. Вчера в школу попали, теперь учимся дома. А ещё я научилась быстро одеваться, когда сирена. Возвращайся скорей! Твоя Катюша."
"Мама, когда это закончится?" – снова спрашивала Катюша, прижимаясь к ней по ночам. И Надя снова терялась с ответом. Они спали одетые, держа наготове "тревожный чемодан" с документами и самым необходимым.
В декабре 2022-го их дом накрыло. Они чудом остались живы – заночевали в подвале детского центра, где Надежда вела кружок рисования. Утром соседка позвонила с криком: "В ваш дом прилетело!" Их квартира на пятом этаже была полностью разрушена. От неё остались только обугленные стены и почерневшие от копоти окна. Уцелела только детская фотография на стене – Катя в костюме снежинки на утреннике.
"Мама, а где теперь будет жить мой единорог?" – спросила Катя, глядя на развалины их пятого этажа. Плюшевый единорог был её талисманом, подарком папы.
Через неделю им дали путёвку в старый советский санаторий в Лоо. Там согласились приютить и подлечить несколько семей военных. Морской воздух должен был помочь восстановить расшатанные нервы, но сон не шёл. Измученная Надя ворочалась на узкой кровати, прислушиваясь к ровному дыханию дочки. От мужа не было вестей уже с октября. Где он? Что с ним?
Не выдержав, она вышла на улицу. Южная ночь окутала её бархатной темнотой. Пальмы тихо шелестели под звёздным небом, воздух пах морем и цветущей магнолией. Надежда села на тёплый камень у дорожки и вдруг почувствовала мягкое прикосновение – на колени запрыгнула серая полосатая кошка. Животное свернулось калачиком и замурчало.
"Ты тоже одна?" – прошептала женщина, гладя тёплую шерстку. И вдруг слёзы полились сами собой. Она рассказывала кошке о своих страхах, о разрушенном доме, о муже, о том, как страшно начинать всё сначала. Кошка мурчала и тёрлась головой о её руку, словно говоря: "Всё будет хорошо". В ту ночь Надя впервые за долгое время спала как младенец.
Утром в дверь их коттеджа поскреблась та самая кошка. Катя просияла: "Мама, можно её покормить?" Несмотря на запрет держать животных, они впустили нежданную гостью.
"Смотри, у неё фисташковые глаза! И буква «М» на лбу, как корона!" – восхищалась девочка. – "Давай назовём её Масяня, как
Масяня была молодой, но очень умной кошечкой. Она словно понимала их боль. Когда Катя плакала, вспоминая свою комнату и игрушки, кошка забиралась к ней на колени, вылизывала солёные щёки и мурчала, пока девочка не успокаивалась. Они вместе смотрели старые добрые мультфильмы на ноутбуке, играли с бумажным бантиком на верёвочке, строили планы на будущее.
"Мам, смотри, она улыбается!" – впервые за долгое время Катя смеялась, глядя как кошка гоняется за бумажным бантиком.
Новый 2023 год они встречали всем санаторием. Во дворе нарядили огромную ель – взрослые собирали игрушки по всему посёлку, дети делали гирлянды из бумаги. Катя смастерила звезду на верхушку.
"Смотрите, Масяня пришла!" – закричали дети, когда 31 декабря кошка важно вышла во двор. Она словно знала, что сегодня праздник.
Из досок соорудили длинные столы прямо под пальмами. Плюс пятнадцать, шум прибоя и запах хвои от ёлки – удивительное сочетание. Дети водили хоровод, взрослые накрывали на стол.
"А давайте караоке!" – предложил кто-то, и вот уже на берегу моря звучали песни.
"В лесу родилась ёлочка…" – начали дети, и вдруг Масяня подняла мордочку и издала протяжное "мяу" в такт музыке. Все замерли, а потом расхохотались.
"С Новым годом!" – кричали они друг другу, обнимались, смеялись и плакали. А потом, прямо в праздничных нарядах, побежали к морю – встречать год в неожиданно тёплых волнах под звёздным небом.
Когда Надежда вышла из моря и присела под звёздным небом, закутавшись в тёплый плед, внезапно зазвонил телефон. "Дорогая, я жив!" – голос мужа был усталым, но живым. Катюша, заснувшая на лежаке на берегу, тут же проснулась. Они наперебой рассказывали ему про Масяню, про море, про свои планы. "Я в порядке, и я скоро вернусь," – пообещал он.
"Мам, а правда, что мы теперь будем жить у моря?" – спросила Катя, когда они вернулись в свой коттедж. Утром пришло известие – им выделили старый домик в Шепси.
"Правда, котёнок. И папа приедет весной," – мать обняла дочь. Масяня прыгнула к ним на кровать, свернулась клубочком и замурчала.
"Мам, а давай запишем план?" – Катя достала блокнот:
"1. Дождаться папу
2. Покрасить домик в жёлтый цвет
3. Посадить розы
4. Сделать Масяне домик на дереве
5. Научиться плавать
6. Быть счастливыми"
Последний пункт Катя подчеркнула дважды.
Той ночью им впервые за долгое время не снились взрывы. Снился жёлтый домик у моря, розовый сад и папа, возвращающийся домой по длинной дороге вдоль берега. А Масяня спала между ними, мурча свою кошачью колыбельную о том, что всё будет хорошо.
Двадцать один день пролетел как один миг. За это время нашлась и работа – онлайн-школа искусств, и мебель для их дома. В последний вечер в Лоо они сидели на берегу моря: Надежда, Катя и Масяня в новой переноске. Завтра их ждал двухэтажный поезд и путешествие в новую жизнь.