Море Мечей
Шрифт:
— Мне кажется, Кэтти-бри и Дзирт будут только рады, если старый друг поможет им в этом сражении, — осторожно проговорил он.
— Чем же вам так не угодил Дзирт, что вы же лаете ему такого зла? — очень серьезно вымолвил варвар, обратив к Дюдермонту ледяной взор, в котором отразились и сарказм, и злость, и вина, и неверие в себя.
Капитан некоторое время смотрел ему в глаза, пытаясь понять, что происходит у него внутри. Потом пожал плечами и сказал:
— Как хочешь. Но я должен сказать тебе, Вульфгар из Долины Ледяного Ветра, самосожаление
И с этими словами капитан повернулся и вышел из гостиной, оставив великана-варвара наедине с тревожными мыслями.
— Капитан сказал, мы можем остаться здесь столько, сколько захотим, — сказал Вульфгар Делли вечером. — На всю зиму и весну. Я найду какую-нибудь работу — кузнечное ремесло мне не в новинку, — и тогда, быть может, мы подыщем себе другой дом на следующий год.
— В Глубоководье? — обеспокоенно спросила она.
— Возможно. Или в Лускане. Где скажешь, только бы Кэлси росла здоровенькой и крепкой.
— Может, в Долине Ледяного Ветра? — быстро спросила Делли, и Вульфгар сразу сник.
— Это суровая земля, там трудно жить, — сказал он, стараясь говорить обычным голосом.
— Но там живут сильные люди, — прибавила она. — Герои.
По лицу Вульфгара стало ясно, что с него хватит.
— Головорезы там живут и грабители, — жестко проговорил он. — Туда сбегается весь сброд, это не то место, где стоит расти девочке.
— А я знаю одну девушку, которая как раз там выросла сильной и честной, — продолжала гнуть свое Делли.
Вульфгар стал прятать глаза, заметно сердясь, и она поняла, что загнала его в угол. Хорошо это или плохо, девушка не знала, — он так помрачнел, что она уже готова была согласиться остаться в Глубоководье сколько потребуется, чтобы он наконец почувствовал себя свободным.
Но Вульфгар вдруг прямо заявил:
— Я не вернусь в Долину Ледяного Ветра. Там жил я прежний, а не я настоящий, и у меня нет никакого желания возвращаться туда. Пусть племена и дальше живут без меня.
— И твои друзья, которые стараются тебе помочь, тоже?
Вульфгар долго смотрел на нее, стиснув зубы. По том отвернулся и сдернул рубаху, будто разговор был окончен. Но Делли Керти непросто было заставить замолчать.
— И ты еще говоришь о честной работе, — бросила она ему в спину, но он не обернулся. — Вроде истребления пиратов вместе с капитаном Дюдермонтом? Он-то тебе хорошо заплатит, можно не сомневаться, да еще вернет тебе твой молот.
Вульфгар медленно повернулся, жестко глядя на нее.
— Клык Защитника не мой, — заявил он неожиданно. — Он принадлежал человеку, который уже умер, этого воина больше нет.
— Как ты можешь?! — вскричала Делли и бросилась к нему, чтобы обнять.
Но варвар отвел ее руки, его взгляд был непреклонен.
— Неужели ты не хочешь разыскать Кэтти-бри и Дзирта хотя бы для того, чтобы поблагодарить за спасение меня и малышки? — глубоко уязвленная, спросила Делли. — Или для тебя
Черты варвара смягчились, он притянул девушку к себе и крепко обнял.
— Для меня это значит все, — прошептал он ей в ухо. — Все. И если наши пути с Дзиртом и Кэтти-бри когда-нибудь пересекутся, я покажу, насколько благодарен. Но искать их я не буду, в этом нет нужды. Они и так знают, что я чувствую.
Делли Керти решила пока оставить этот разговор и утонула в объятиях любимого. Но она понимала, что Вульфгар сам себя обманывает. И его друзья да же представить не могут, что он на самом деле чувствует.
А откуда им это знать, если он и сам не знает?
Делли не могла решить, что делать ей: пытаться повернуть варвара лицом к прошлому или помочь ему стать новым человеком, что он и сам, похоже, пытается сделать. Может, он сломается в попытках стать прежним, а может, величественные призраки героического прошлого будут неотступно преследовать скромного кузнеца до конца жизни?
Она не знала.
Несколько следующих дней Вульфгар был не в духе. Он отдыхал с женой и ребенком, скрываясь за ними как за щитом от душевной смуты, однако сам видел, что даже Делли в нем разочарована. Она уже несколько раз говорила, что ему стоит попытаться убедить Дюдермонта взять его с собой на юг.
Варвар прекрасно понимал, откуда эта ее досада. Бедняжке Делли надоело видеть его унылое лицо, выслушивать беспрестанное ворчание, сидеть рядом и наблюдать, как он терзается, не в силах справиться со своими чувствами.
Он часто выходил из дому, и наконец ему даже удалось найти работу в одной из многочисленных кузниц Глубоководья.
В тот день, когда отчаливала «Морская фея», он вышел на работу.
Он стоял у горна, когда в кузницу вошел неожиданный посетитель.
— Ты, как я вижу, нашел применение своим могучим рукам, — проговорил, входя, Робийард.
Вульфгар в замешательстве глядел на него, сначала удивленно, потом подозрительно. Он покрепче сжал рукоять большого молота, готовый сразу бросить его в лицо чародею, если тот начнет какое-нибудь заклинание. Ведь «Морская фея» уже давно должна быть в открытом море, Робийарда же хорошо знал портовый сброд и пираты, так что кто-нибудь мог принять его образ, воспользовавшись магией. Варвар не хотел испытывать судьбу, зная, как произошло нападение на дом капитана.
— Это я, Вульфгар, — со смешком промолвил Робийард, ясно поняв по лицу великана, о чем тот думает. — Я присоединюсь к команде через пару дней — это безделица, очень простое заклинание, я все приготовил.
— По-моему, ты так никогда не делал, — настороженно проговорил Вульфгар, еще крепче сжав молот.
— Мне никогда не приходилось быть нянькой потерянного варвара, — парировал чародей.
— Эй, ты! — раздался грубый голос, и в кузню вошел толстый, черный от копоти мужик. — Тебе что, купить что-то надо или починить?