Море Мечей
Шрифт:
— Ну что ж, — задумался Валь-Дуссен, — это потребует некоторых усилий, но вполне возможно. Не бесплатно, конечно, и цена, сами понимаете, будет ощутимой. Н-да, дайте подумать… Я переправлю вас обоих в Глубоководье за тысячу золотых и два дня рассказов о Мензоберранзане. Да-да, именно так. А потом, конечно, я отправлюсь в Десять Городов, как и собирался, и передам Бренору все, что вы хотите, но это будет стоить еще одного дня рассказов.
Он глянул на Дзирта жадно блестевшими глаза ми, но темный эльф решительно покачал головой.
— Мне
Валь-Дуссен надулся.
— Ну, тогда один день рассказов, и я доставлю ваше письмо Бренору.
— Никаких разговоров о Мензоберранзане, — твердо возразил Дзирт и вытащил из-под плаща заготовленное письмо. — Я заплачу тебе двадцать золотых — а это немалая цена за столь пустячную услугу, — если ты передашь это послание советнику в Брин Шандере, куда ты все равно направляешься, и попросишь отдать его Реджису из Одинокого Леса.
— И это ты называешь пустячной услугой?! — закатив глаза, вскричал Валь-Дуссен.
— За то время, что мы здесь препираемся, ты уже мог бы не один раз переместиться в Десять Городов, — ответил темный эльф.
— Но я хочу услышать истории! — уперся маг.
— Тебе расскажет их кто-нибудь другой, — отрезал Дзирт и поднялся с места, а с ним и Кэтти-бри.
Они уже дошли до двери, когда их окликнул Каннабир:
— Он согласен.
Дзирт поглядел на него и недовольного чародея.
Каннабир тоже смерил взглядом возмущенного Валь-Дуссена и кивнул дроу. С демонстративным глубоким вздохом чародей подошел к темному эльфу и взял письмо, протянув было руку за платой, но Каннабир прибавил со значением:
— Прими эту услугу, Дзирт До'Урден, как знак нашей благодарности за твою службу на «Морской фее».
Валь-Дуссен что-то пробубнил, но тем не менее отошел, зажав в руке послание.
— Может, когда мы снова встретимся, я и придумаю тебе историйку-другую, — чтобы как-то задобрить его, пообещал Дзирт в спину сердито сопевшему магу.
Руководитель гильдии только вежливо поклонился им, и Дзирт с Кэтти-бри направились своей дорогой, в Глубоководье.
Крепкие веревки глубоко впивались в запястья Лелоринеля, сидевшего на жестком высоком стуле с пря мой спинкой, а шею туго охватывал кожаный ошейник, не дававший пошевельнуться.
Один глаз от удара заплыл, на его месте налился громадный сливовый синяк, плечи болели, как, впрочем, и все остальное.
Когда оставшийся работоспособным глаз привык к освещению, эльф разглядел, что в комнате находятся уже знакомые ему громадные стражи и та же темноволосая женщина. Она сидела прямо напротив него, пристально глядя на пленника.
— Моей госпоже не нравится, когда о ней расспрашивают во всеуслышание, — сказала пиратка,
— Твоя госпожа не отличает друзей от врагов, — дерзко ответил Лелоринель.
— Да, есть вещи, которые трудно отличить, — согласилась женщина, продолжая его разглядывать.
Эльф презрительно фыркнул, и она кивнула одному из великанов. Одним прыжком громила оказался рядом с пленником и заехал ему увесистым кулаком по лицу.
— Будешь и дальше так себя вести — убью, — невозмутимо заявила женщина.
Лелоринель стал вести себя осторожнее.
— Ты шлялся по всему Лускану и выспрашивал о Шиле Кри, — продолжила она, помолчав. — С чего такой интерес? Может, тебя власти наняли? Или ты работаешь на этого негодяя Дюдермонта?
— Я сам по себе и западнее Серебристой Луны никого не знаю, — спокойно ответил Лелоринель.
— И при этом ты на всех углах треплешь имя человека, с которым ищешь встречи.
— Неправда, — возразил эльф. — Я говорил о Кри только однажды, потому что мне показалось, что те люди могли свести меня с ней.
Женщина чуть заметно кивнула, и Лелоринель получил новый удар в лицо.
— О Шиле Кри, — поправила она.
Лелоринель чуть-чуть наклонил голову, насколько позволял ошейник.
— Тогда говори прямо сейчас, зачем ищешь мою хозяйку? — спросила женщина. — Только выбирай слова.
— Мне указал на нее провидец, — признался эльф. — Он набросал мне рисунок.
При этих словах женщина взяла обрывок пергамента, на котором было изображение гравировки с Клыка Защитника, символа, теперь неразрывно связанного с пиратской шайкой.
— Мне нужен совсем другой человек, грозный враг, и он тоже будет разыскивать К… Шилу Кри, — объяснил Лелоринель. — Место и время мне неизвестны, но, по словам провидца, я смогу выполнить свою задачу и сразиться с этим бродячим воином только вместе с Шилой Кри, если, конечно, оружие, на котором начертаны эти знаки, действительно находится у нее.
— Грозный враг? — переспросила женщина. — Может, капитан Дюдермонт?
— Дзирт До'Урден, — прямо ответил эльф, решив, что скрывать правду нет смысла — тем более, что любое неосторожное или неверно понятое слово могло поставить под угрозу не только его дело, но и жизнь. — Темный эльф, друг человека, которому раньше принадлежало это оружие.
— Дроу? — недоверчиво переспросила женщина — похоже, она впервые слышала это имя.
— Именно. — И Лелоринель скорчил презрительную гримасу. — Герой северных земель. Жители Долины Ледяного Ветра, как и многие другие простаки, его просто обожают.
Ее лицо выразило некоторое любопытство, но по том снова стало равнодушным.
— И он ищет Шилу Кри? — спросила она.
Эльф хотел пожать плечами, но путы мешали.
— Мне известно только то, что сказал провидец, и ради того, чтобы исполнить предсказание, я проделал путь в несколько сотен миль. Я хочу убить этого темного эльфа.