Море любви
Шрифт:
– Он мне не дружок!
– Простите за старомодность. Вы трахаетесь с ним, поэтому я называю его дружком. Какой термин предпочитаете вы? Любовник? Партнер? Самец?
Эллен не понимала, какое чувство преобладает у нее в душе – обида или радость. Шпора ревнует! Он ревнует ее!
– Вам-то какое дело, с кем я сплю? Шпора молчал, только глаза блестели.
– Я не трахалась с Ллойдом. Но это не значит, что вы имеете право класть мне на капот мертвых зверюшек только потому,
– Господи! Вы что, слов не понимаете? Читайте по губам! Это – не – я!
– А теперь вы читайте по моим! Я – вам – не – верю!
Эллен повернулась, но не успела сделать и шага, как Шпора схватил ее за плечи и резко развернул к себе.
– Я так рад, что наша милейшая Фили вовремя явилась порасспросить вас о жаркой ночке с вашим пупсиком! А то ведь я уже подумал, что вам можно верить! Нет, знаете, девушки, которые умеют летать, они совсем другие!
– Ох уж эти полеты! Я по вашей милости тогда чуть не погибла!
– Но ведь вы всегда мечтали о таком прыжке – парить в воздухе, словно бабочка! У вас есть крылья, а вы трусите! Да я просто хотел заделать эту чертову дырку в вашей душе!
– По-моему, вас гораздо больше интересуют совсем другие дырки!
– А вас – совсем другие прыжки!
– Мерзавец!
– Сама такая!
Их губы сближались, и обоим было уже все равно, какие слова они произносят.
– Ненавижу…
– Ненавижу…
– Люблю…
– Люблю…
– Ненавижу…
– Ты… Ты… Ты…
И вот их губы сомкнулись, и кости захрустели, и мышцы напряглись. Недоверие, страсть, обожание – все смешалось в этом поцелуе, оба зависли в свободном падении, прыгнув каждый со своей сторожевой башни.
Почувствовав удар в затылок, Эллен в первую секунду подумала, что Шпора огрел ее дубинкой. Потом сообразила, что это невозможно – он крепко сжимал ее в объятиях двумя руками, и потеряла сознание.
Когда Эллен вновь открыла глаза, то увидела, что она лежит на скамейке, одна. Немного погодя рядом появился Беллинг.
– Они удрали. – Шпора задыхался от быстрого бега, а в руке держал бутылку из-под сладкого фруктового вина. – Слава богу, ты жива. – Он склонился над ней, взяв за руку. – Как голова? Болит? Видишь нормально?
– Ты что, ходил за выпивкой? Как мило, что ты вернулся проверить, жива ли я.
Он внимательно смотрел на нее.
– Тебе очень плохо? Давай я отвезу тебя в Челтенхем. Вызывать здесь «скорую» бесполезно – прождешь не один час.
Он погладил ее ладонь, и его неожиданная нежность наэлектризовала Эллен.
– Прости меня, ради бога. – Шпора прижался лбом к ее руке. – Я виноват.
–
– Я не об этом говорю.
Его дыхание щекотало ей пальцы, как и его влажные волосы.
Голова у Эллен кружилась, и она никак не могла взять в толк, о чем же Шпора говорит. Инстинктивно она протянула другую руку и погладила его влажную шевелюру. На мгновение его тело расслабилось, с готовностью откликнувшись на ласку. Потом он резко поднял голову:
– И все же следует поехать к врачу.
– Я в порядке. Не надо врача. – Она приподнялась и села, стараясь не качаться.
В левой руке Шпора по-прежнему держал бутылку.
– Знаешь, я не большая поклонница этого напитка. – Эллен показала на бутылку. – Думаю, мне сейчас больше подойдет горячий сладкий чай.
– Это бутылка, которой в тебя попали. Ее бросили через забор.
– Вот как? – Эллен с интересом посмотрела на бутылку: в глазах у нее не то двоилось, не то троилось.
– Я не приносил тебе дохлого барсука. Клянусь жизнью.
– Ах да. Барсук. – Эллен почувствовала сильный приступ тошноты. – Пожалуй, я пойду домой.
Шпора подвинулся ближе, с тревогой глядя ей в лицо.
– Ты ужасно бледная. Пойдем ко мне, посидишь хоть немного.
– Нет, нет, мне пора. – Девушка опять посмотрела на бутылку. – Она предназначалась тебе?
– Может быть, просто подростки балуются. Паб рядом, к нам вечно их бросают. Мама даже подумывала нанять уборщика, пока еще были деньги. Так ты действительно в порядке?
– Жить буду. – Она тупо уставилась на свою босую ногу, не понимая, куда подевалась кроссовка.
Вдруг все разом всплыло в памяти – барсук с перерезанным горлом, темные пустынные улицы, бросок кроссовки в окно, спор, поцелуй, удар и – темнота. Эллен покачнулась, вспомнив о поцелуе. Как же она могла забыть? Просто невероятно. Ей нужно срочно пойти домой и полежать.
– Можно мне проводить тебя? – Шпора предложил ей руку.
– Лучше принеси мне вторую кроссовку.
– Пойдем и вместе поищем. – Шпора хотел взять ее за руку и подвести к двери.
Эллен испуганно отскочила.
– Не бойся, всех дохлых сусликов и ежиков я уже упаковал, они готовы к утренней доставке. Разве что заячий скелет остался на кофейном столике, ну так я прикрою его полотенцем.
– Это не смешно. Шпора мягко рассмеялся.
– Эллен, ну подумай сама, зачем бы я стал пугать тебя таким образом? Тебя, женщину, которую люблю?
– Хватит молоть эту чушь про любовь. – Она сделала несколько глубоких вдохов и оглянулась: нет ли поблизости места, которое вращается не так быстро.