Мор
Шрифт:
– Да уж, – согласилась со мной девушка, – твой лихой кавалерийский налет кажется несколько непродуманным…
– Прыгай и стони! – потребовал я, приоткрыл дверь и осторожно выглянул в щель. Убедился, что коридор пуст, забрал стоявший у порога кувшин и задвинул засов. – С остальным сам разберусь.
– А если вызвать стражников?
– Не вариант. Тут до ближайшего города час добираться. И то если паромщик повезет.
– И что делать?
– Прыгать и стонать.
– Подлец! – Девушка сделала вид, будто обиделась, но тут
Я сделал пару глотков кислого пойла, намеренно облил им рубаху и протянул кувшин девушке.
– Не увлекайся только, – предупредил и выскользнул за дверь.
Внизу мою недолгую отлучку никто не заметил. Парни хлестали вино, служанки таскали с кухни новые блюда и уносили объедки, а хозяин втихаря пересчитывал монеты. И лишь зажатый с двух сторон бугаями Гуго с нарочито горестным видом смотрел себе под ноги.
Хотя почему с нарочито? Седой фокусник не хуже меня понимать должен, чем все закончится. Никто ему шанса пообщаться со стражниками не оставит. В любой момент могут на задний двор вывести и зарезать. А то и вовсе в пьяном угаре забить.
Я оглядел весь этот бедлам и потянулся к скрученной в колючий клубок скверне. Запрятанная куда-то под самое сердце потусторонняя сила, вытянутая из убитого в Леме экзекутора, холодным огнем побежала по крови, ударила в голову, заставила встать дыбом волосы. Не позволяя призрачному пламени поглотить сознание, я заставил колючую тяжесть перетечь в ладони и беззаботно брякнул кошелем о прилавок.
– Эй, хозяин! – позвал толстяка и сыпанул на липкие из-за пролитого пива доски весело звякнувшие монеты.
И этот негромкий звук в один миг приковал ко мне всеобщее внимание.
– Чего изволите?
– Лучшую выпивку на все! Мне и этим славным парням!
Славные парни, у которых купленное на деньги Гуго вино неумолимо подходило к концу, радостно загомонили, а хозяин сгреб к себе полпригоршни меди и выставил на прилавок сразу четыре глиняных кувшина.
Я ухватил за горлышки пару драгоценных сосудов и, на ходу напитывая потусторонним ядом тихонько бултыхавшее в них пойло, направился к изрядно подвыпившей компании.
Как там почтенный Фуко писал?
«Чем сильнее воздействие скверны на обывателей, чем сильнее трачены грехом их души, тем быстрей проявится тлетворное воздействие».
Вот сейчас и проверим…
– Как насчет выпить за славную армию великого герцогства Тирош, да провалятся в Бездну эти стильгские ублюдки? – выставив кувшины на стол, заговорщицки подмигнул я дезертирам. – Только надо сразу все вино забрать. Не доверяю я этому жирдяю…
– Садись! – толкнул меня на скамью парень потрезвее, наряженный, в отличие от остальных, в обычную куртку, а не в мундир со споротыми нашивками. – Сам принесу.
– Ну-с, приступим! – Я азартно выдохнул и начал разливать вино по кружкам.
Вырывавшаяся
Но вроде обошлось. Собутыльники гоготали, что-то наперебой кричали и хлебали приправленное скверной вино. Потусторонняя сила продолжала сочиться из меня, отравляя сам воздух, и, даже возникни такое желание, я не смог бы уже повернуть этот процесс вспять. В дырявых мехах вина не удержать…
В глазах зарябило, голова закружилась, и захотелось бежать отсюда без оглядки. Почуявшие отголоски родной стихии бесы попытались вырваться на волю, и, поперхнувшись, я облился вином.
Э, нет! Так дело не пойдет!
Растекавшаяся по комнате скверна жалила роем ядовитых ос, и далеко не сразу мне удалось свести ее тлетворное воздействие на нет. А потом вернулся странный парнишка. Он уселся рядом и во всеуслышание поинтересовался:
– Сам-то откуда будешь?
– Из Кланицы, – ответил я и глянул поверх кружки на Гуго. – Давненько, правда, по миру мотаюсь. Теперь вот решил вернуться и посмотреть, чего тут и как. На родине-то…
– А по жизни чем занимаешься? – спросил придвинувшийся с другого боку крепыш и зло шикнул на фокусника: – Чё уставился, козел старый?
Гуго немедленно отвернулся, я сделал длинный глоток, вытер рукавом губы и усмехнулся:
– Да тоже вроде как по солдатской части буду. Еще на Лемском поле начинал.
– И на чьей стороне? – прищурился трезвый.
– На правильной, – многозначительно глянул я в ответ. Немного помолчал и тихонько рассмеялся: – Но драпали мы так, что только пятки сверкали!
Несколько человек постарше понимающе загоготали, и подозрительный тип слегка расслабился.
– Возвращаться в Тирош, сам понимаешь, тогда показалось не очень хорошей идеей, вот и решил мир посмотреть. Осел в итоге в Нильмаре, и только все начало налаживаться, как опять пришлось ноги уносить. Теперь вот на родине счастья попытаю…
– Чем заняться думаешь?
– Не знаю. Осмотрюсь, а там видно будет.
– Смотри – нам надежные люди нужны.
– Не, – отказался я, – и не предлагайте. Твердо решил – сначала домой.
– Ну домой, так домой, – окончательно успокоился парнишка, вероятно, поначалу подозревавший с моей стороны какой-то подвох. – Выпьем!
Ну мы и выпили. Посидели, поболтали о всякой ерунде и выпили еще. Дрянное винишко моментально ударило в голову; я старался не увлекаться, но все же едва не упустил момент, когда у собеседников начали стекленеть глаза.
Усилием воли сбросив с себя оцепенение, я постарался отгородиться от навалившейся ватным одеялом скверны и огляделся по сторонам. И рубаха на спине немедленно промокла от пота.