Монстрячий взвод

Пратчетт Терри

— И он командует кучкой рекрутов, сержант? — не унимался де Слов. — Не слишком разумно.

— Кучкой рекрутов, которые захватили первоклассных кавалеристов, сэр, — обиженно ответил Джекрам. — Вот оно — руководство. Будет день, будет и человек. Чтоб мне провалиться, я вовсе не врун, сэр, но на лейтенанта Блуза я не могу не дивиться.

— По-моему, он немного озадачен, — произнес де Слов, но в его голосе уже звучало сомнение.

— Это из-за сотрясения мозга, сэр. Его так ударили дубинкой, что другой бы свалился замертво, а он все еще

держится на ногах. Поразительно, сэр!

— Хмм. — Де Слов делал свои заметки.

Повозка всплеснула водой из ручейка и погрохотала по камням оврага. Лейтенант Блуз сидел на камне. Он сделал, что мог, но его мундир был мятым, сапоги грязными, рука опухла, а ухо, несмотря на все попытки Игорины, воспалилось. На его коленях лежал меч. Джекрам осторожно остановил фургон у березняка. Все четверо солдат были привязаны к скале. Кроме них, в лагере никого больше не было.

— А где ваши остальные люди, сержант? — прошептал де Слов, соскакивая с повозки.

— О, они где-то здесь, — ответил Джекрам. — Следят за вами. Пожалуй, будет лучше не делать никаких резких движений, сэр.

Никого не было видно… а потом появился Маледикт.

Люди не смотрят на то, что окружает их, Полли знала это. Они лишь пробегают взглядом. И то, что сначала было всего лишь кустарником, теперь превратилось в капрала Маледикта. Полли всмотрелась. Он вырезал дыру в своем старом одеяле, и грязь и травинки на плесневой серости превращали его в часть пейзажа, до тех пор, пока он не отдал честь. Он даже вставил веточки с листьями в свой кивер.

Сержант Джекрам вытаращил глаза. Раньше Полли никогда не видела, чтобы человек подобающе таращился, но с подобным лицом, можно было претендовать на первое место. Она чувствовала, как он втягивает воздух и подбирает верные ругательства для подобающего рева — но тут он вспомнил, что играет Веселого Жирного Сержанта, и что сейчас не время превращаться в Разъяренного Сержанта.

— Ребятня, а? — со смешком бросил он де Слову. — И что они выдумают дальше?

Де Слов нервно кивнул и, достав из-под сиденья пачку газет, пошел к лейтенанту.

— Мистер де Слов, надо полагать? — поднимаясь, спросил Блуз. — Перкс, возможно ли принести чашку, э, «салупа» для мистера де Слова? Вот, молодец. Прошу, присаживайтесь, сэр.

— Хорошо, что вы решили поговорить со мной, лейтенант, — произнес де Слов. — Похоже, вы участвовали в войнах! — добавил он с деланной бодростью.

— Нет, только в этой, — озадачено ответил Блуз.

— Но вы ведь были ранены.

— Это? А, это пустяки, сэр. Боюсь, руку я поранил сам. Фехтование, понимаете.

— Значит, вы левша, сэр?

— О, нет.

Полли, мывшая кружку, услышала, как Джекрам пробормотал уголком рта:

— Видели бы вы двух других, сэр!

— Вы осознаете ход войны, сэр? — спросил де Слов.

— Расскажите мне, сэр, — кивнул Блуз.

— Всю вашу армию закупорили в долине Нек. В основном, в окопах, прямо перед крепостью. Ваши приграничные форты захвачены. Так

же как и Дрерп, Глицз и Арблатт. Насколько мне известно, лейтенант, ваш отряд — это все, что осталось. По крайней мере, — добавил он, — из тех, что все еще сражаются.

— А мой полк? — тихо спросил Блуз.

— Остатки Десятого полка участвовали в смелой, но, честно говоря, самоубийственной атаке крепости несколько дней назад, сэр. Большинство выживших взято в плен, как и, должен заметить, все ваши главнокомандующие. Они были в крепости, когда ее захватили. В этом форте достаточно темниц, сэр, и почти все они заполнены.

— Почему я должен верить вам?

Я верю, подумала Полли. Стало быть, Пол мертв, ранен или захвачен в плен. И даже мысль о том, что есть два шанса из трех, что он жив, не помогает.

Де Слов бросил газеты к ногам лейтенанта.

— Все здесь, сэр. Я ничего не выдумывал. Это правда. И это останется правдой вне зависимости от того, поверите вы в нее или нет. Против вас воюют шесть стран, включая Орлею, Мулдавию и Анк-Морпорк. На вашей стороне никого. Вы одни. Единственная причина, по которой вас еще не побили, это то, что вы не признаете этого. Я видел ваших генералов, сэр! Великие люди, и вы деретесь, точно демоны, но они не сдадутся!

— Борогравия не знает слова «сдаваться», мистер де Слов, — произнес лейтенант.

— Могу я одолжить вам словарь, сэр? — краснея, выкрикнул де Слов. — Это очень похоже на «заключение чего-то вроде мира, пока еще есть шанс», сэр! Или, больше «выйти из игры, пока еще цела голова на плечах», сэр! О боги, вы что, сэр, не понимаете? Единственная причина, почему в долине Нек еще находятся войска, в том, что союзники еще не решили, что с ними делать! Они сыты этой резней!

— А, значит, мы еще сражаемся! — заключил Блуз.

Де Слов вздохнул.

— Вы не понимаете, сэр. Им надоело убивать вас. Крепость теперь в их руках. Там есть кое-какие военные механизмы. Они… честно говоря, сэр, кое-кто из союзников просто бы смел остатки вашей армии. Это все равно, что стрелять по крысам в бочке. Вы в их власти. И все равно вы атакуете. Вы атакуете крепость! Она стоит на отвесной скале, а ее стены — в сотню футов высотой. Вы высылаете разведчиков через реку. Вы заблокированы, вам некуда идти, и союзники могут перебить вас в любой момент, а вы ведете себя так, будто все это временно. Вот, что происходит в действительности, лейтенант! Вы — всего лишь маленькая неувязочка!

— Аккуратнее, прошу вас, — предупредил Блуз.

— Прошу прощения, сэр, но вы знаете что-нибудь из истории последнего времени? За эти тридцать лет вы объявляли войну всем вашим соседям по отдельности хотя бы раз. Все страны воюют, но вы деретесь. И вот в прошлом году вы вновь напали на Злобению!

— Они напали на нас, мистер де Слов.

— Вас дезинформировали, лейтенант. Вы вторглись в провинцию Нек.

— Она была утверждена за Борогравией Линтским договором более ста лет назад.