Монстрячий взвод

Пратчетт Терри

Полли перевела взгляд на сержанта Джекрама, точно в молитве, уставившегося вверх.

— Разрешите мне допросить его, сэр, — произнес он.

— Нет, сержант, — ответил Блуз. — Я хочу, чтобы он остался в живых, и не собираюсь терять вторую мочку. Однако вы можете взять Перкса и пригнать фургон сюда.

Джекрам резко отдал честь. Полли уже поняла, что это значит; Джекрам уже выстроил свой план.

— Есть, сэр, — сказал он. — Пошли, Перкс.

Они долго шли в тишине, спускаясь по покрытому иглами склону. Наконец, Джекрам спросил:

— Знаешь,

как эти дураки нашли нас, Перкс?

— Нет, сержант.

— Лейтенант приказал Шафти немедленно потушить костер. А ведь от него даже дыма не было. И Шафти вылил на него чайник.

Полли задумалась на секунду.

— Пар, сержант?

— Верно! Чертовски огромное облако пара. Но Шафти в этом не виноват. Хотя, они и не доставили больших проблем. Достаточно умны, чтобы не пытать счастья против дюжины арбалетов. Умно, для кавалеристов.

— Отлично сработано, сержант.

— Не смей говорить со мной, как с каким-то рупертом, парень, — непринужденно бросил Джекрам.

— Простите, сержант.

— Хотя, вижу, ты уже понял, как вести себя с офицером. Нужно быть уверенным, что они отдают тебе верные приказы, понимаешь? Из тебя выйдет замечательный сержант, Перкс.

— Мне это не нужно, сержант.

— Да, конечно, — отозвался Джекрам. Это могло означать все, что угодно.

Последив пару минут за дорогой, они направились к фургону. Де Слов сидел возле него на стуле, записывая что-то в блокнот, но быстро поднялся, едва увидел их.

— Будет лучше, если мы уйдем с дороги, — произнес он, когда они подошли ближе. — Здесь много патрулей.

— Злобениане, сэр? — спросил Джекрам.

— Да. Вообще вот это, — он указал на флаг, бессильно висящий над фургоном, — должно уберечь нас, но сейчас все такие нервные. А вы сержант Джек Рам?

— Джекрам, сэр. И я был бы благодарен, если бы вы не записывали мое имя в вашу книжицу, сэр.

— Простите, сержант, но это моя работа, — тихо произнес де Слов. — Я должен записывать, что происходит.

— Ну что ж, а моя работа — быть солдатом, — парировал Джекрам, забираясь в тележку и беря в руки вожжи. — Но вы заметили, что пока что я не собираюсь убивать вас. Поехали?

Полли прыгнула на задок фургона. Он был полон коробок и разного оборудования, и может, когда-то все это было аккуратно сложено, но теперь от порядка остались лишь воспоминания — прямое подтверждение того, что повозка принадлежала мужчине. Рядом с ней в клетке дремало с полдюжины голубей, крупнее которых она еще не видела. Полли подозревала, что они были живым провиантом. Один из них открыл один глаз и лениво курлыкнул: «Лоллоллоп?», что означало «Ха?»

На большинстве других коробок были этикетки вроде — она придвинулась ближе — «Запатентованное Полевое Печенье Капитана Горация Калумнея», и «Сухое Жаркое». Пока она воображала, что могла бы сотворить с одной или двумя подобными коробками Шафти, одежда, свесившаяся с потолка, немного двинулась, и появилось лицо.

— Добрий

утро, — произнесло оно.

Вильям де Слов повернулся на своем месте.

— Это Отто, рядовой, — сказал он. — Не бойся.

— Да, я не кусать, — радостно заявило лицо. И улыбнулось. Лицо вампира милым не выглядит, даже свесившись сверху вниз, а улыбка в данных обстоятельствах ничего не улучшала. — Это гарантировать.

Полли опустила арбалет. Джекрам был бы поражен, насколько быстро она подняла его. Она и сама удивлялась, и стыдилась этого одновременно. Носки опять думали за нее.

Отто элегантно спустился вниз на кровать.

— Куда ми ехать? — спросил он, пытаясь не упасть, когда они подпрыгнули на колее.

— В одно местечко, сэр, — ответил Джекрам. — Милое и тихое.

— Хорошо. Мне нужно вигулять демонят. Они беспокоиться, если надолго запирать, — Отто отодвинул кипу бумаг и вытащил свой иконограф. Он открыл небольшую дверку.

— Подниматься и сиять, парни, — сказал он. Изнутри ему вторил хор тонких голосков

— Я лишь доложу о вас Тигру, мистер де Слов, — сказал Джекрам, когда повозка съехала со старой дороги.

— Тигр? Кто такой Тигр?

— Упс, — произнес Джекрам. — Простите, так мы зовем лейтенанта, сэр, за его храбрость. Забудьте, что я сказал это, хорошо?

— Значит, он храбр? — спросил де Слов.

— И умен, сэр. Не позволяйте ему одурачить вас, сэр. Он один из величайших военных умов своего поколения, сэр.

Полли открыла рот. Она предлагала врать ему, но… так?

— Правда? Почему же он до сих пор в лейтенантах? — спросил писатель.

— А, вижу, вас не проведешь, сэр, — ответил Джекрам, источая всезнайство. — Да, несколько озадачивает, сэр, почему он называет себя лейтенантом. Хотя, подозреваю, у него есть на то причины, а? Точно так же, как и у Генриха, называвшего себя капитаном, так? — он постучал по кончику своего носа. — Я все вижу, сэр, но ничего не говорю!

— Все, что я смог выяснить, так то, что он был каким-то клерком в вашем ГК, сержант, — продолжил де Слов. Полли заметила, как он медленно и осторожно вытащил свой блокнот.

— Да, полагаю, именно это вы и должны были узнать, сэр, — Джекрам заговорщически подмигнул. — Но, когда все становится хуже некуда, они выпускают его, сэр. Они дают ему волю, сэр. Но сам я ничего не знаю, сэр.

— И что же он, взрывается? — спросил де Слов.

— Хаха, очень хорошо, сэр! Нет, на самом деле, сэр, он оценивает ситуацию, сэр. Я и сам этого не понимаю, сэр, не слишком умен для этого, но пудинг ведь именно для того, чтобы его есть, и прошлой ночью на нас напали восемь… двадцать злобенианских кавалеристов, сэр, и лейтенант легко и быстро оценил ситуацию и лично заколол пятерых из них, сэр. Все равно, что шашлык нанизал, сэр. Безвредный, точно молоко, сэр, но стоит его разъярить, как он превращается в ураган смерти. Конечно, вы слышали это не от меня, сэр.