Монстры Холи-Лоха
Шрифт:
– Вы мне должны двадцать четыре фунта и шесть шиллингов, – продолжал Гордон.
– Простите? – переспросил Юбер.
– Двадцать четыре фунта и шесть шиллингов, – спокойно повторил карлик. – По десять фунтов с каждого за Пирл, а остальное – за выпитое виски.
Он показал на пустые бутылки и стаканы. При других обстоятельствах Юбер расплатился бы парой оплеух и пинком в одно место, но он был Юбером Ла Верном, почтенным отцом семейства, который больше всего на свете должен бояться скандала. Он достал из бумажника пять пятифунтовых
– Вам лучше уйти прямо сейчас, – посоветовал Гордон. – Мама вчера уехала в Глазго и должна скоро вернуться. Ей вовсе не обязательно знать...
Он издал неприятный смешок. Юбер спросил, постаравшись придать голосу неуверенность:
– Где наша машина?
– В гараже. Так лучше, а то соседи могли увидеть, начали бы задавать вопросы...
– Как туда пройти?
– Я вас провожу. Не хотите попрощаться с Пирл?
– Нет, – быстро ответил Юбер. – Я... я не понимаю, что произошло.
Гордон поднял брови, выражая живейшее удивление.
– Что произошло? Да просто вы нализались, как свиньи, и захотели трахнуть девочку. Очень кстати вам подвернулся я, и вот... Все просто.
– Действительно...
– Проходите сюда. Когда они вышли на кухню, раздался звонок в дверь.
Гордон выругался и замер.
– Оставайтесь здесь, – бросил он, – не показывайтесь.
Он вернулся и закрыл за собой дверь, но она была плохо подогнана и приоткрылась на несколько сантиметров. Юбер заглянул в щель.
– Кто здесь? – спросил Гордон.
– Андерсон.
Молчание. Гордон задал новый вопрос:
– Что вам нужно?
– Я хочу видеть Мойру Бабинс. Откройте.
– Мамы нет дома, и она запретила нам открывать.
– Открывай, грязный ублюдок, или я вышибу дверь!
– Секунду. Не надо так кричать!
Гордон открыл дверь, и Юбер, увидев вошедшего Андерсона, узнал человека, с которым они ехали от Глазго до Дунуна.
– Садитесь, – предложил карлик, закрыв дверь. – Мама скоро вернется.
Юбер отступил. Гордон вернулся к ним и захлопнул дверь. Прижав палец к губам. Гордон провел их через кухню в гараж. "Форд-зодиак" стоял там, мокрый и грязный, как будто им только что пользовались.
На переднем сиденье они нашли свои плащи и кепки. Гордон открыл ворота. Дождь шел по-прежнему. Энрике сел за руль, Юбер – рядом с ним. Заработал мотор, и машина медленно выехала задним ходом наружу. Карлик бросил им вслед:
– Захотите еще, дом и цена вам известны...
Юбер не ответил. Энрике развернулся, поднял стекло со своей стороны и включил "дворники".
– Что вы думаете об этой истории? – буркнул он.
– Сначала один вопрос, – отозвался Юбер. – Вы помните, что привезли нас сюда?
– Нет.
– А карлика?
– До сегодняшнего утра я его никогда не видел.
– Вам когда-нибудь приходилось напиваться до того, чтобы на следующий день не помнить, что вы делали?
– Никогда.
– Значит, это подстроено, – заключил Юбер. – И результаты мы скоро узнаем...
– Скажите, – спросил Энрике, – как звали ту девчонку, которая была с нами вчера вечером?
– Мэриан Андерсон.
– Как и парня, который сейчас пришел...
– Я обратил на него внимание, – сказал Юбер. – Мы уже видели его вчера утром. Он ехал с нами в поезде до Гурока и на пароходе до Дунуна. Помните, он чуть не разбил себе морду, споткнувшись о трап, а вы его поддержали.
– Помню. Я еще подумал, что он пьян... Кстати, куда мы едем?
– В гостиницу. Приведем себя в порядок и переоденемся.
Они выехали на шоссе. Энрике увидел табличку, указывающую направление на Дунун, и поехал в ту сторону.
– Сегодня ночью на этой машине кто-то ездил, – сообщил он. – Я запомнил километраж на счетчике, когда брал ее в гараже. Он даже указан в квитанции. Я примерно знаю, сколько мы наездили вчера. По меньшей мере тридцать километров лишние...
Юбер это никак не прокомментировал. Теперь он был убежден, что противник пошел в атаку. Следовало ожидать его дальнейших шагов. Энрике посигналил, чтобы обогнать грузовик, и спросил:
– Вы думаете, этот Андерсон может быть мужем вчерашней девчонки?
– Я ничего не думаю.
– Лейтенант говорил, что он в тюрьме...
Юбер промолчал. Ему не хотелось разговаривать. Они быстро доехали до Дунуна. Энрике, явно хотевший взять реванш за долгое молчание, которое соблюдал накануне у Ленигана, заговорил вновь:
– Вы думаете, мы действительно делали э т о с той малышкой?
– Меня бы это сильно удивило, – ответил Юбер. – Я не имею привычки заниматься этим во сне или спать, занимаясь этим.
– Я тоже.
Они проехали по городу. Торговый центр был довольно оживлен, несмотря на дождь. Питаться надо в любую погоду.
Наконец Энрике поставил машину во дворе гостиницы. Йора, молодая женщина из регистратуры, смотрела на них сурово и с презрением. Юбер взял ключи.
– Вечеринка немного затянулась, – сообщил он, – и друзья оставили нас на ночь.
Она не ответила.
– У меня такое чувство, – сказал Энрике, – входя следом за Юбером в лифт, – что ваши акции падают...
– Значит, самое время покупать их.
– Вы так думаете?
Мойра Бабинс разглядывала Андерсона, уделяя особое внимание царапинам на его лице и повязке, пересекавшей лоб.
– Я вам запретила приходить сюда, – проговорила она низким недобрым голосом.
Андерсон закурил дрожащими руками сигарету и отбросил спичку.
– Я должен был приехать. Другого выхода не было. Я попал в аварию, и меня отвезли в санчасть...
– В санчасть? – иронически переспросила женщина.
Андерсон нахмурил брови и покраснел, однако продолжил: