Монстр
Шрифт:
Думая об этом, она пыталась разобраться, когда же всё начало меняться. Наверное, тогда, когда она ворвалась в кабинет и столкнулась с ним. Да, это началось там, и стало прогрессировать только в лучшую сторону, когда он признал Лиама. Это была последняя грань, когда она поняла, что он начал её привлекать. Иден видела его в те моменты, когда он был наиболее уязвим, когда он открылся ей и позволил заглянуть в его ужасное девство. Она видела, как глубоки эмоциональные и физические шрамы. Он жил во мраке, то прошлое не давало ему продвигаться дальше и делало Доминика практически неуправляемым человеком, который не знал компромиссов, когда дело касалось этого. Также его
А потом она имела это. Никогда не грубо, всегда приятно. Каждое плавное прикосновение, каждый жгучий поцелуй, и каждый раз он клеймил её между ног, которые Иден охотно перед ним раздвигала. Он обволок стеклянные стенки её сердца, развеивая её сомнение, её неуверенность и её страхи, пока не осталось ничего, кроме её пульсирующей киски, которая принадлежала только ему одному. Каждый раз, находясь рядом с ним, ей ничего не хотелось, кроме, как обвить свои руки вокруг него и сказать ему, чтобы он никогда не уходил от неё. Похоть сгорела и из пепла расцвела любовь, которую Иден очень долго не хотела признавать. Это не случилось внезапно. Она была внутри неё в течение многих лет, таилась среди обломков их брака. Иден отрицала её, как брошенного беспризорника, потому что презирать его было намного проще.
Его деньги стали причиной, по которой она вышла за него замуж, но только любовь удерживала её от побега. Она обнаружила для себя, что его отсутствие провоцировало желать всё больше и больше его прикосновений. А его присутствие на то, что она хотела его полностью всего. У него был не самый добрый юмор, но это было невероятно мило. Иден любила его улыбку, как его жесткие черты лица становились мягкими, ей нравился звук его смеха, как небольшие морщинки появляются в углу его глаз. Иден наслаждалась, когда он проявлял интерес к тому, что она делала. Они начали с ошибки, но теперь Доминик пытался исправить их все. Для Иден просто было невозможным отказать ему, и дать ещё один шанс на её сердце, когда раньше казалось, что это уже невозможно.
Глубоко вздохнув, Иден открутила крышку её любимого лосьона и нанесла его на свою кожу, проявляя заботу к своим пяткам, ногам и рукам. Девушка скривила губы, когда подумала, что ей необходимо посетить маникюрный салон, как только выпадет возможность.
***
– Иди сюда Лиам, иди к папочке.
Иден остановилась на пороге детской Лиама с бутылкой молока в руке. Она, молча, смотрела на отца и сына. Лиам лежал распростертый на животике, руки были вытянуты перед собой, а ноги были вытянуты позади. Его головка была поднята, и он с интересом наблюдал, что делал его отец. Доминик стоял на четвереньках в нескольких шагах от малыша, вокруг них было много игрушек, некоторые лежали перед малышом, стимулируя его ползать.
– Давай, Лиам, ты же хочешь получить игрушку.
В руках Доминика была обезьянка, и она просто манила малыша к себе. Было довольно таки шумно, громкий визг раздался, когда он поднял свой животик, чтобы ползти вперед, помогая себе руками и ногами.
– Вот и всё, сынок, иди к папочке, давай.
Иден сжала бутылочку, и её губ коснулась улыбка. Этого зрелища было достаточно, чтобы её плохое настроение исчезло. Она молчала, не желая беспокоить такой трогательный момент.
– Давай же, иди и получи свою
И малыш смог. Он останавливался время от времени, но поощрение Доминика заставляли его двигаться дальше, пока он все-таки не достиг своего отца. Тот в свою очередь радостно подхватил его на руки и подбросил в воздухе.
– Я знал, что ты сможешь сделать это, сынок.
Доминик привлек Лиама к себе и посмотрел на него, его гордость за сына была настолько мощной, что даже Иден смогла её ощутить, стоя на пороге комнаты.
– Мое сердце обливается кровью каждый раз, когда ты делаешь это, - тихо произнесла Иден, смотря, как Доминик ловит малыша, прежде чем обратить на неё свое внимание.- Ты не работаешь сегодня?
Он не был одет в свой деловой костюм, но Доминик был не менее красив в брюках Чинос и клетчатой рубашке, которая подходила к его зелёным глазам.
– Я думаю, что мы могли бы взять Лиама с собой на фестиваль, который проходит в городе.
Её янтарные глаза расширились от удивления над его неожиданным предложением.
– Конечно, - пробормотала она, смотря на него.
– Это было бы здорово.
Он проявил немного эгоизма в своем решении. Старые привычки, которые, несомненно, нужно менять, на это уйдет некоторое время, но Доминик не мог отпустить её. Ещё нет. Он хотел больше времени провести с ней. Это было неизбежным концом, который он продлит ещё на несколько часов. Доминик хотел провести с ней ещё один день прежде, чем отпустить навсегда.
Они шли по главной улице, Доминик вел коляску, а Иден шла рядом.
– Я люблю осень, - сказала она с улыбкой на лице. – Такие краски природы. Красиво окрашенные деревья, прохладная погода, дарящая комфорт, удовольствие во всём этом. Словно возвращение домой. Ты так не считаешь? – Она посмотрела на него и вспыхнула, когда заметила усмешку на его лице. – Звучит глупо.
Он коснулся её руки, чтобы остановить её.
– Не глупо, - заявил он твердо, - Я люблю слушать о том, что тебе нравится. Это позволяет мне увидеть мир твоими глазами, и нет ничего лучшего для меня, чем это.
Его откровенность, заставила Иден покраснеть ещё больше.
Она ничего не сказала, но её сердцу удалось сказать достаточно, когда он переплел их пальцы.
– Расскажи мне больше,- приказал он мягко, и она ему загадочно улыбнулась, продолжая свою прогулку.
Осень была везде, но более красочно было на Лангстон, где проходил осенний фестиваль, который проходил на Ленгстонской площади. Было множество палаток, напитков и еды, чтобы привлечь толпу. Иден, Лиам и Доминик побывали почти в каждой палатке. Они купили небольшую корзину яблок, а после наслаждались яблочным пирогом. Лицо Иден было разукрашено в кошку, а Лиама в маленького щеночка. Доминик отказался от такой идеи. Но он откупился, выиграв им игрушки, к тому времени, как они решили отправиться домой. Они взяли машину, чтобы загрузить всё в неё.
– Поужинай со мной. – Он схватил её за запястье, прежде чем она смогла бы уйти.
– Хорошо. – Слово «нет» было удалено со словаря Иден, по крайней мере, когда она пришла к нему.
Позже, когда уже на дворе была ночь, она нашла его на веранде, там был такой же столик на двоих, как и тем вечером, когда он принес ей контракт. Странное чувство прошлось по её спине, Иден стало вдруг неловко. Но девушка проигнорировала это, и только когда Доминик посмотрел на неё, она даже забыла, как дышать. Она, как школьница стояла там, и боялась признаться ему в любви. Он был задумчив, когда Иден подошла к нему, боясь нарушить тишину.