Монарх V
Шрифт:
Новоявленный князь Эдуард Бельский отсалютовал бокалом. Рядом с ним примостился его сын, держащий руку на талии непокорной Лиры. И элитная охотница была явно не против.
Чуть в отдалении стоял Неклюдов, что даже в столь знаменательное событие не расставался со своей шапкой. И судя по его довольной роже, здоровяк пришел с подарком.
Стоило нам поравняться, как в нашу сторону потянулась его огромная рука. Вот только внимательный Корюшкин, успевший заметить намерение здоровяка, выдал ему мощного леща, от чего «подарок» не дошел до адресата. Горский, незаметно
Чуть дальше расположился Александр Николаевич Белов, проще говоря Седой. Недавно возведенный в дворянское сословие мужчина явно нервничал. Еще бы! Первый светский прием — и у самого императора! Постоянно бросая взгляд на стоящую рядом женщину, новоявленный маг будто успокаивал себя тем, что рядом находится дорогой ему человек.
Брюсов Николай Павлович, ректор московской магической академии стоял, гордо вскинув подбородок, и постоянно посматривал по сторонам. Старик будто всем своим видом излучал гордость за «своего» ученика. Ну да ладно, мне не жалко.
Чем ближе мы продвигались к конечной цели, тем именитей попадались гости. Великий род Воронцовых, тайно курирующий министерство строительства. Великий род Суворовых, чей представитель являлся действующим министром обороны. Да и само семейство было плотно включено в военно-промышленный комплекс империи.
Апраскины, властители Твери, всем скопом старались отвести от меня взгляды. Свежа еще была память о попытках втоптать в грязь безродного сопляка. И я о вас не забыл, можете не беспокоиться.
Шинский Олег Павлович даже не пытался скрыть свою улыбку. Окруженный тремя сыновьями, успешно вернувшимися с войны, они статно кивнули нам, стоило оказаться рядом. И мы с удовольствием ответили им взаимностью.
И лишь одно семейство скрывалась от нашего взора. Я нигде не видел Голицыных. Неужели осмелились отклонить приглашение самого императора?
Стоило нам подойти к небольшим ступенькам, как рядом появились новые действующие лица.
Старый пройдоха Марк, назначенный мной в роли друга жениха, сиял трезвостью и уверенностью. Одетый в строгий фрак, Мидлер выглядел в нем слегка непривычно. Если учесть, что в большинстве наших вылазок мы выглядели как бездомные бродяги. Особенно к их окончанию. Задорно подмигнув, он занял место подле меня.
Подругой же невесты стала… Алина Шинская. Белые волосы девушки были расправлены, ниспадая по плечам, будто снег, лежащий за окном. Серебристое платье, в тон цвета одеяний принцессы, придавала ее образу дополненную картину.
По мере нашего подъема, шум в зале начал затихать. И в конце пути нас ожидало двое. Император, что изъявил желание лично проводить церемонию от лица империи, и Радомир, что засвидетельствует наш союз в лице духовенства.
Как вспомню, чего мне стоило продавить свою точку зрения, так сразу хочется помыться. Ведь тем количеством ушатов с нечистотами, что словесно вылили на меня действующие представители земных конфессий, можно было
И вот, наконец, мы встали перед ними. И оглушительная тишина, нарушаемая лишь редким шуршанием платьев, опустилась на зал.
— Дети мои! — громогласный голос императора, усиленный магией, разнесся по помещению. — Сегодня, под взором собравшихся, вы заключаете нерушимый союз двух сердец. И я, как отец, как наставник, как император, спрашиваю тебя, Годунова Анастасия Николаевна. Готова ли ты отдать всю себя, вверить свою судьбу в руки избранника?
— Да! — без раздумий ответила принцесса.
— А ты, Долгорукий Глеб Ярославович. Готов ли принять суженную под свое крыло? Готов ли стать стальным щитом, что убережет ее от любых невзгод? — тяжелый взгляд Николая, что будто смотрел в саму душу, внимательно отслеживал каждое мое движение.
— Да.
Приняв наши ответы, государь кивнул и сделал шаг назад. Его место занял изрядно волнующийся Радомир, не привыкший к столь большому вниманию к своей персоне.
— Дети божьи! — опасливо скосившись в мою сторону, Боярский продолжил. — Вы собрались здесь, дабы связать свои души под взором бога нашего, защитника человечества, Сириуса Эридана.
Несколько недовольных шепотков донеслось из зала, но их быстро заглушили.
— И я, как первожрец нового бога, послан, дабы засвидетельствовать волю его. — с каждым последующим словом из взора моего верного последователя пропадал любой намек на робость и неуверенность. — А воля его — лично проверить вашу решимость!
Последние слова жреца утонули в неугасимом потоке золотой энергии, что ринулась в сторону алтаря. Рисуя необыкновенной красоты картины, она втягивалась внутрь постамента, формируя перед нашим взором подлинный алтарь бога. Алтарь, точная копия которого была установлена в первом храме на Алтае. Алтарь, у которого мы с Миррой заключали наш вечный союз.
— Годунова Анастасия Николаевна. Согласна ли ты связать свое настоящее, свое будущее, саму свою душу с этим мужчиной?
— Согласна! — боясь пошевелиться от настигшего ее трепета почти шепотом ответила она.
После этих слов ее тело окутал золотой купол, вылетевший из центра постамента. Император незаметно дернулся, боясь за дочь, но смог сдержаться.
— Долгорукий Глеб Ярославович. Согласен ли ты принять все это и прокладывать ваш совместный путь в новую, семейную, жизнь?
— Согласен.
И вновь мощный поток хлынул из статуи, но на этот раз в мою сторону. А молодец Радомир, такое светопреставление люди запомнят надолго.
Император сделал шаг вперед, поравнявшись с первожрецом.
— С вашего взаимного согласия, выраженного в присутствии свидетелей. — кивнув в сторону стоящих рядом с нами, произнес Николай.
— Объявляем вас мужем и женой. — продолжил Радомир.
— Можете поцеловаться. — необычайно мягко добавил император.
И после его слов вся необузданная божественная энергия хлынула от нас во все стороны, быстро накрывая весь зал и скрывая в своем золоте две молодые фигуры.