Мона
Шрифт:
Эрик проехал мимо трех стоявших в ряд белых вертолетов. Тут он увидел шлагбаум. В паре сотен метров впереди ограждение упиралось в маленький пограничный пост. Белый шлагбаум, световой сигнал и синяя будка. Людей не было. Эрик быстро приближался к открытому шлагбауму. Тут в будке он увидел человека. Эрик задержал дыхание и проехал в ворота, не сбавляя скорости. Вылетая на прямой участок бетонной поверхности прочь от поста охраны, Эрик ожидал пули в спину. Он напряг позвоночник и буквально чувствовал точку, куда должна была попасть пуля, прямо между лопатками. Она откинула бы его вперед, и Эрик умер бы прежде, чем удариться о неровный бетон.
Ничего не
Спустя пятнадцать минут на дергающемся мотоцикле Эрик снова оказался в Тель-Авиве. На улице Левински было плотное движение. Он ехал между двумя широкими рядами машин в надежде, что никто не откроет дверь и не поменяет полосу. Сёдерквист был не единственным человеком на мотоцикле. Перед ним и за ним ехало около двадцати мопедов и мотоциклов. Они бесстрашно лавировали между автомобилями. Вдоль дороги стояли двухэтажные и трехэтажные дома с грязной и облупившейся краской. Во многих окнах, в основном закрытых, были вставлены синие и красные стекла. На одном из балконов кто-то повесил большой итальянский флаг. На первых этажах располагались магазины электроники, пекарни, продуктовые лавки и бары. Но никаких интернет-кафе.
Эрик проехал мимо газетного киоска. Первые полосы ошарашили его, и он чуть не потерял равновесие. «Компьютерные террористы предлагают антивирус». То есть официально. Программа «Надим» стала желанным товаром в конфликте. Загорелся красный, и Эрик остановился. С тревожным чувством он обнаружил, что стоит около полицейской машины. Он слишком отвлекся на полосы газет и не заметил машину. Слава богу, он все же надел шлем. Но на Эрике все еще была та же одежда и ехал он на том же мотоцикле. Наверняка прошел сигнал тревоги. Объявлен розыск. В машине сидели женщина с мужчиной. Они разговаривали и не смотрели в его сторону. Сёдерквист пытался вести себя как ни в чем не бывало. Как можно более непринужденно он отвернул голову. Живот сводило, казалось, прошла вечность, прежде чем загорелся зеленый. Эрик стартовал на полном газу и чуть не свалился с мотоцикла, когда тот стал набирать скорость. На Т-образном перекрестке с улицей Ха-алия Эрик повернул налево в сторону улицы Дерех Шломо.
Сразу за автобусной остановкой он притормозил и остановился. Там уже стоял ряд мотоциклов. Эрик слез, повесил шлем на руль, взял сумку и ушел. Ключ оставил в раме. Только сейчас он ощутил жару. Небо было ясным, между домами и асфальтом царило душное безветрие. На тротуаре толпились с трудом идущие люди. Никто не толкался. Было слишком жарко. Все походили на муравьев под увеличительным стеклом. Солнце грело беспощадно. Несколько мужчин в военных брюках шли с голыми торсами. Один нес на спине автомат, другой держал оружие в руке вместе с зеленой сумкой. Миновав пиццерию, Эрик прошел мимо парфюмерного магазина. Большой мусорный бак у магазина был настолько переполнен, что крышка не закрывалась. Плесневелый запах гниющей еды странно контрастировал с
В дальнем конце улицы Сёдерквист увидел музыкальный магазин и прибавил шагу. Музыка привлекает молодежь. Молодежь знает, где есть Интернет. Эрик вошел в магазин, где было темнее и прохладнее, чем на улице. «Я кибернаркоман в отчаянном поиске дозы. Если не выйду в Интернет, то умру». В обычной ситуации такая мысль казалась бы абсурдом, но сейчас она была слишком близка к правде. Вскоре Эрик вышел на улицу с импровизированной картой в руке. Иксом было отмечено не интернет-кафе, а библиотека, где «возможно, есть Интернет». Сёдерквисту понадобилось десять минут, чтобы найти здание, напоминавшее культурный центр. Здание было дряхлым, с некрасивым темно-коричневым фасадом в трещинах. Краска облупилась. В грязных окнах виднелись бумажки с объявлениями о представлениях и концертах. Дверь на узкую лестницу была открыта. Входя, Эрик встретил группу женщин, одетых в колготки и на пуантах. На первом этаже он увидел две закрытые двери с вывесками на иврите. Где-то кто-то играл на пианино Шопена.
Эрик направился на второй этаж. Там находились три двери. На двух из них висели символы: девочка и мальчик. Туалеты. Третья дверь была стеклянной. На ней был прикреплен листок с надписью от руки. Иврит. Может, надпись обозначала библиотеку. Эрик открыл тонкую створку и вошел в темное затхлое помещение, заполненное книгами. Они большими стопками лежали на полу и заполняли все четыре стены. Пахло бумагой и плесенью. Казалось, книги разложены совершенно бессистемно — просто свалены на пол и распиханы по полкам. Спиной к Эрику за заваленным столом сидела пожилая женщина. Он кашлянул, и она вздрогнула. Потом повернулась и начала рассматривать визитера поверх очков. На женщине были светло-серая шаль и толстая бежевая кофта.
— Что вы здесь делаете?
Вопрос оказался таким неожиданным, а вокруг царил такой беспорядок, что Эрик засомневался, туда ли он попал. Может, на самом деле он забрел к этой даме домой?
— Я ищу библиотеку.
Дама отвернулась и поправила зеленую настольную лампу. Белые волосы были убраны в тугой пучок. Несколько прядей выскочили из прически и висели на шее, падая на старую кофту.
— Большинство людей, приходящих сюда, ищут определенную книгу. Целая библиотека — амбициозная цель.
По-английски женщина говорила с сильным акцентом. Эрик продолжал стоять у двери, все еще сомневаясь, хотят ли его здесь видеть. Она продолжала:
— Так что вы ищете? Книгу или библиотеку?
Сёдерквист откашлялся.
— На самом деле ничего из этого.
— Интересно. Так что тогда?
— Подключение к Интернету.
Слова прозвучали неправильно. Поверхностно и неинтеллектуально. Неуместно. Как вывеска «Макдоналдса» на пирамиде Хеопса. Эрик был академиком, он любил книги. Но сейчас ему нужен компьютер. Женщина встала и подошла к одной из полок рядом с маленьким овальным окном. Единственным в комнате.
— Вы читаете на иврите?
— К сожалению, нет.
Дама отодвинула несколько массивных томов с рваными красными обложками и достала желтую книгу с черным текстом. Она некоторое время смотрела на издание, а потом подошла к Эрику. Женщина была низкого роста, с очков свисала длинная серебристая цепочка, а одна из дужек крепилась красной изолентой. Дама протянула Эрику книгу.
— Вы спрашиваете о выходе. Пусть будет так. Но вот это — вход. Может быть, не такой захватывающий, а может, что-то бесконечно большее. Решайте сами.