Молох ведьм
Шрифт:
— Рори, ты убил сержанта полиции, на твою поимку бросят лучшие силы. Я итак рискую, помогая тебе. В машине у меня припасены ружьё, консервы, фонарь. Ты должен исчезнуть Рори.
— Ты сдурел?
Рори старался выломать перегородку. Саймон остановил машину, вытащил шокер.
— Рори прости, у меня нет иного выхода.
Саймон так и не понял, как очутился на земле. Последнее, что он запомнил — Рори душит его наручниками. Очнулся Саймон в лодке, прикованный к уключине. Рори сидел рядом, тяжело дыша.
— Эй, Саймон! Жив? У меня к тебе деловое
Саймон ничего ему не ответил. Рори в ярости был лют и скор на расправу.
— У нас есть два пути, Саймон. Я могу продырявить этот челнок и отправить его на середину озера. Я прослежу за тем, как ты утонешь и двинусь на запад.
Рори закашлялся, сплюнув тягучую жижу, продолжил.
— Второй путь — скрываться. Скрываться вместе как можно дольше, двигаясь к границе.
— Зачем я тебе? Съесть по дороге?
Рори расхохотался.
— Я ранен. Потерял много крови. По пути часто буду терять сознание. Неохота, чтобы меня сожрали волки. Саймон, поверь. Выжить вдвоём намного проще, чем одному. Я был не на одной войне, знаю о чём говорю.
Саймона это объяснение не устроило, но выбора не было. Чтобы оттянуть время, он сказал:
— Есть ещё один вариант — вернуться.
Рори рассмеялся.
— Я убил сержанта полиции. Ты отпустил меня, не передав властям. Рано или поздно за нас крепко возьмутся. Они обязательно узнают про все делишки, и через год, максимум через два, мы окажемся на электрическом стуле.
Рори снова закашлялся, успокоившись, продолжил.
— Ты сам говорил — в машине консервы, ружьё и даже фонарь. Возьмем самое необходимое и двинемся вглубь.
— Нам нужно попытаться связаться с Пейном, вместе…
— Пейн проиграл. Его ищут все службы, в том числе и федералы.
— Откуда ты знаешь?
— Слушал рацию.
Саймон в испуге похлопал себя по поясу.
— Не бойся. Она уже на дне озера. Как быстро её там найдут? Впрочем — неважно, всё равно пора убираться.
— Чёрт с тобой, похоже у нас действительно нет выбора.
На дно лодки полетели ключи. Саймон отстегнул себя от уключины и начал снимать оковы с правой руки.
— Не так быстро, малыш. Ты стрелял в меня совсем недавно. Надевай их и пошли.
И вот уже который день они идут, точнее плетутся как черепахи. Рана заставляет делать привалы всё чаще, они изорвали на перевязь футболку Рори и рубашку Саймона. Еда на исходе, благо, что воды в достатке, повсюду текут ручьи.
[1] Guten Morgen, mein lieber Kamerad (нем.) — доброе утро, мой дорогой товарищ
Глава 14
Сюзи Фелпс смотрела на огромную луну. Муж в командировке, у соседей давно потушен свет. Беспокоиться вроде не о чем, но всё-таки немного страшновато. В голове крутилась сотня «А что если»? А что если за домом следят? А что если Фелпс вернётся прямо сейчас? А что если соседи заметят, как кто-то посторонний приехал посреди ночи? А что? А что? А что?
Надо взять себя в руки и ни о чём не думать. Иначе не стоило и начинать. Муж давно стал чужим. Часто обижал
— Слушай, ты мужчина или нет? Возьми себя в руки и делай хоть что-то.
И он сделал. Бросил их, переселившись подальше от города. Там в объятиях толстой, крашенной провинциальной дурочки папа нашёл свой рай. Вкусный обед, чистый дом и никаких хлопот. Ферма прокормит, ферма не оставит без средств Нужно только сидеть и заботиться о новой жене, которая боготворила мужа и скандалила с родителями, заставлявшими его работать на ферме.
Отец первое время часто звонил Сюзи, говорил что любит и жаловался на свою скучную жизнь, рассказывая подробности сельской рутины. Все дни одинаковы словно куриные яйца. На прямой вопрос — вернётся ли он — отвечал уклончиво. Сюзи со временем поняла — не вернётся. Зарылся там как страус от своих проблем. После его очередного «не знаю» Сюзи поклялась, что больше не станет общаться с отцом. Клятву сдержала. С глаз долой из сердца вон.
В классе, узнав, что отец сбежал начали доставать. Миссис Валлентайн, их учительница, собрала всех после занятий, отпустив Сюзи пораньше.
Миссис Валлентайн рассказала, что её отец так и не вернулся с фронта. Она рыдала почти месяц, засыпая каждую ночь с папиной рубашкой в обнимку.
— Но ведь у Сюзи отец не убит. Он сбежал от них.
— Тем хуже, Гарри, тем хуже. Одно дело — смириться с гибелью героя. Другое — с предательством.
— Неужели вас обижали, мисс Валлентайн?
— Увы да. Однажды новичок назвал меня безотцовщиной. Тогда Большой Эйб встал из-за парты, подошёл к нему и схватил за грудки. Помню как он грозно прорычал:
— У неё отец — герой. Погиб на фронте. Вздумаешь вякать, познакомишься вот с этим!
Большой Эйб сунул ему под нос увесистый кулак, а затем кулаки показали и Сэм, и Билл, и даже Гай. Я расплакалась, выбежав из класса, а когда вернулась — новичок попросил прощения.
— Миссис Валлентайн, а Большой Эйб — это случайно не Эйбрахам Рашмор-Валлентайн, ваш муж?
— Именно он, вот уже сорок лет вместе.
Все тогда рассмеялись. Сюзи, подслушивающая у двери, покраснела, но ребята смеялись вовсе не над ней. Уж очень забавно всё вышло у мудрой миссис Валлентайн. Когда все затихли, она продолжила:
— Тогда у многих папы не вернулись с фронта. Мы берегли друг друга, заботились о тех, кто стал сиротой. Мальчишки защищали нас как самые настоящие рыцари. Вы хорошие ребята и ваши папы, слава богу, живы, но есть ли рыцари среди вас? Кто встанет на защиту Сюзи?