Молодой
Шрифт:
Вокруг стояли люди, и вот про них совершенно нельзя было сказать, что они неприметные. Большая часть была одета вычурно в кожаные куртки и джинсу, на всех было очень много татуировки, а у кого-то тату было прямо на лице. Вот уж не знаю, кем надо быть, чтобы захерачить себе партак прямо на роже.
Почти все они были вооружены, у кого-то были пистолеты, а у кого-то и автоматы. Однако на нас оружия они не наводили, а большей частью смотрели по сторонам, понимая, что мы вовсе не в безопасном месте. Безоружны оказались только двое: смешной мелкий лысоватый парень
— Ну что, приехали, — проговорил Чех. — Говорить буду я. За стволы не хвататься, но всем быть наготове. Решала надежный, до этого не кидал, но хрен знает, что у этих парней вообще в головах может быть, так что секите во все стороны. Если разговор не так пойдет, я сигнал подам, скажу «ну как скажешь», это значит, что пришло время мочить всех, кого видите, — он помолчал пару мгновений, после чего сказал. — Ладно, пошли пацаны.
Я дернул на себя ручку и одновременно толкнул дверь, вышел из теплого салона, поморщился. Холодно было, поздно уже, ночь. Да и теплее всегда в населенном городе, там топливо в машинах сжигается и энергия выделяется, там тепло утекает из электросетей. А тут было странно. Хотелось куртку застегнуть, но было нельзя. Пистолет достать в случае чего я тогда уже не смогу.
Вдохнув в себя воздух, я понял, что он ничем в общем-то и не пахнет, кроме пыли. Вот ведь странное дело, в городе тебя всегда окружает множество запахов, от машин, от людей, от зданий. Запахов тела, духов, средств гигиенических, запахи бензина и машинного масла, запах выхлопа, запах приготовленной пищи. Даже в казалось бы стерильных местах, типа клиник, пахнет гигиеническими средствами. А тут вот ничем не пахнет, хотя дома вокруг. Мелкий был, когда выбирался сюда, этого не замечал. А сейчас, вот обратил внимание.
Мы остановились у машины, Чех же двинулся дальше. Он добровольно шел на риск, если покупатели решат нас кинуть, то ему пуля достанется первой. Впрочем, как по мне, так этот двор был идеальным местом для засады. Достаточно посадить в дом пару парней с дальнобойными винтовками, желательно, оснащенными оптическими прицелами. Ну и чтобы эти парни, конечно, умели из этого стрелять… И все, никому из нас не выжить.
Я поежился. Нет, эта поездка будет совсем не легкой прогулкой. Тут едва ли не опаснее, чем в Квартале. Там-то я сумел выбраться, потому что повезло, и потому что действовал резко и непредсказуемо. Здесь же, если нас накроют, то накроют капитально, так, что ни один не уйдет.
Украдкой я посмотрел на остальных наемников. Они выглядели абсолютно спокойно. Либо хорошо прятали эмоции, либо были уверены, что все пройдет нормально. Хотя у них-то гарантии от решалы есть. Все гарантии безопасности обычно на них, как и оплата. Если Чех вообще сейчас работает на одного из решал, мало ли, вдруг на него заказчики вышли напрямую. Может быть, решала только свел его с покупателем?
— Товар у нас, —
— Давай, — протянул руку усатый мужчина в костюме.
— Сперва покажи деньги, — ответил Чех.
Мужчина в костюме усмехнулся, махнул рукой, и один из мужиков в кожанках вышел вперед с небольшим чемоданом. Открыл его, повернул в сторону Чеха. Тот наугад вытащил одну из пачек с рублевыми купюрами, пересчитал, кивнул, положил обратно.
Да, похоже, что все-таки решала тут не причем. Насколько я слышал, если ты берешь заказ у кого-то из полукриминальных воротил, то и расплачивается потом с тобой он же. А если на сделке имеют место наличные деньги…
С другой стороны, хрен его вообще знает. Это все не мое дело. Мое дело — чтобы нас сегодня не завалили, стоять с пистолетом за пазухой и слушать умных людей. Мне-то все равно никто платить не будет, я тут за должника, привлеченного для массы.
Наемник снял через голову ремень сумки и передал ее усатому. Дешевая сумка из искусственной кожи совсем не смотрелась с его дорогущим костюмом. Ему бы подошло что-нибудь из натуральной кожи, такое, что стоит как десять моих старых зарплат. Ну а чего вы хотели, сокращение натурального хозяйства. Сейчас все мясо, что есть, либо растительное, либо из насекомых. Вот и на кожу животных никто не выращивает, разве что для каких-то совсем богатых людей.
Он открыл сумку, достал из нее чип. Я почему-то представлял, что формулу нам написали на бумажке, но нет, это было бы глупостью. Такие вещи гораздо удобнее записать на электронный носитель, тем более, что он и гораздо компактнее будет.
Я ожидал, что он сунет чип в свой индивидуальный разъем, но этого не произошло. Он вдруг жестом подозвал к себе очкарика в бежевом джемпере и передал чип ему. Тот безропотно сунул его к себе в голову. Что, неужели усач боится того, что варщики из Квартала записали на нее какой-то вирус?
Я ожидал чего угодно, того, что парень сейчас станет изрыгать пену изо рта, или того, что он забьется в конвульсиях, но нет. Он просто остался стоять на месте, похоже, считывая информацию. Молчание затянулось минут на пять, Чех терпеливо ждал, пока товар, который он принес, проверят. Нам тоже оставалось только ждать и смотреть по сторонам.
— Все так, — неожиданно приятным баритоном проговорил очкарик. — Это настоящий прорыв! Мы вполне можем воспроизвести это в нашей лаборатории, а еще у меня есть идеи как улучшить финальный состав с помощью…
— Хватит, — прервал его усатый. — Формула та, что нам надо? Это хорошо. Об остальном поговорим в другой обстановке. Рыжий, расплатись с наемниками.
В этот момент я ожидал чего угодно, вплоть до того, что он прикажет открыть по нас огонь. Но нет, чувак в кожаной куртке просто шагнул вперед и передал чемодан с деньгами Сергею.
— Отгоните машину чуть в сторону, — вдруг сказал мужчина в костюме. — Мы поедем первыми. Выждите несколько минут, и отправляйтесь за нами. Все, парни, снимаемся.