Молодильные яблоки
Шрифт:
– Прости, приятель, третий лишний! – синхронно сказали игроки, подходя к краю и старательно меня сталкивая.
– Кто так дерется? – сопротивлялся я, хватаясь за ковер мертвой хваткой. – Вы воины или кто? Бейтесь, а не толкайтесь!
– Предпочитаешь получить в глаз боевой фингал перед падением? – по-хозяйски уточнил один из толкателей. – Это я мигом! Сам напросился!
– Детский сад. – Я шустро пригнул голову и увидел, как четвертый, только что запрыгнувший на ковер участник взмахнул ногой и смачно пнул присевшего около меня драчуна пониже спины. Парень вытаращил глаза и, перелетев через меня, отправился
Я упорно взбирался на ковер. В двух шагах от края лежал шест, оставшийся от внезапно покинувшего нас игрока, и я протянул к нему руку, но схватить не успел. Шест пнули, и он, вращаясь, полетел прочь.
– Не тобой положено, не тобой должно быть взято! – сурово рявкнул игрок, оставшийся на ковре. Им оказался новоприбывший. – Я не давал разрешения взбираться на ковер!
– Тоже столкнешь меня, обиженный малолетка? – огрызнулся я.
– Нет. Вставай, я сброшу тебя по турнирным правилам!
– Не тобой заброшено, не тебе и сталкивать! – отпарировал я, поднимаясь, вставая в боевую стойку и сжимая кулаки. – Кому-то сейчас сильно не поздоровится!
Противник взмахнул шестом. Ой, как бы мне самому сейчас сильно не поздоровилось… вон как сверкают его глаза и насколько стремительно приближается войлочная подушечка, надетая на смертоносный шест!
Скажу честно: мне надоело приседать. Но деваться некуда, придется еще разок.
– Что за отвратительная манера уклоняться? – недовольно бросил противник, когда шест вхолостую пролетел над моей головой.
– Так, я не первый?!
– Прилично вас, слабаков, собралось на турнире! Встань и дерись со мной, как…
– Запросто! – радостно согласился я, сжав кулаки, подскочил и нанес противнику прямой удар в челюсть. Он покачнулся и выронил шест из рук.
Надеюсь, удар кулаком отнесут к разряду «использование смекалки» и штрафных баллов не начислят.
Парень помотал головой и увидел, как я поднял его шест. Пришла его очередь уклоняться от ударов, и он бросился бежать так, что пятки засверкали.
– Стоять! – кричал я, тщетно силясь его догнать: он оказался слишком проворным. Понятное дело, многократному участнику турнира привычно бежать по невидимым коврам. Это у меня с непривычки адреналина в сосудах стало больше, чем самой крови.
– В другой раз! – коротко отвечал противник, не оборачиваясь. – Сражайся на равных, уродина! Я безоружен.
– Ты уклонист почище меня! – возмущался я. – Повернись ко мне лицом, иначе ударю по тому, что вижу, и тебе не сидеть на стульях, пока синячище не пройдет. Кто тут кричал про слабаков?
– Я, – не стал отпираться он, – но там была другая ситуация!
– Как знаешь! – отозвался я. – Тебе все равно не сидеть до конца месяца.
Я перехватил шест за войлочную подушку и ударил другим концом по вышеназванному месту. Противник подпрыгнул на добрых полметра и пронзительно вскрикнул.
Бомм!!! – прозвучал гонг. Шесты участников намертво застыли на месте, и никакие попытки изменить их положение не увенчались бы успехом.
Трибуны радостно закричали, приветствуя оставшихся на поле битвы игроков.
– Второй
Король не зря сказал, что в сегодняшних играх не будет знаменитых бойцов, и я ему поверил: происходившее в первом туре больше напоминало детские драчки, чем серьезные сражения. Нет, были и вполне приличные поединки, но большая часть просто-напросто дурачилась, откровенно занимаясь «боевой клоунадой».
Участники с большой неохотой расходились по сторонам. Многим пришлось остановиться в самом разгаре сражения, и они были крайне недовольны тем, что им не позволили добить противника. Недобитые противники радовались передышке, собирались с силами для ответного удара и вызывающе показывали друг на друга пальцами: мол, не будь гонга, я бы тебе показал!
Судя по высказываниям игроков, второй тур обещал превратиться в кровавое побоище почище мифического Армагеддона.
– Напоминаю правила! – прозвучал знакомый голос арбитра. – Стоять на одном ковре больше десяти секунд запрещено. Когда ковер покраснеет, вы обязаны перепрыгнуть, иначе упадете на сеть и получите десять штрафных баллов. Получивший тридцать штрафных баллов выбывает из турнира. Второй тур пройдет на коврах, выстроенных в виде ступенчатой пирамиды. В ней десять уровней, каждый уровень выше предыдущего ровно на пятьдесят сантиметров. На вершине пирамиды находится единственный ковер-самолет, в центре которого стоит мраморная подставка с призом сегодняшних соревнований. Приз – хрустальный шар с магически выточенным внутри Пегасом. Победителем станет тот из вас, кто продержит шар ровно двадцать секунд. Продержавший шар менее положенного времени победителем не становится, претензии не принимаются. После двадцати секунд пребывания в одних руках выточенный Пегас взмахнет крыльями и помчится вскачь. Шар засияет пурпурным цветом, и на этом турнир будет считаться завершенным. Примечание: шар весит шестнадцать килограммов.
По рядам игроков пронесся изумленный стон.
– А как отражать удары с такой тяжестью в руках?
– Думайте сами! – сказал арбитр. – Еще вопросы есть?
– Есть! – отчаянно крикнул я срывающимся голосом. – Сеть зачем убираете?!
Участники вытаращили глаза и побледнели. В едином порыве опустив головы, они глянули вниз, чтобы лично убедиться в правдивости моих слов.
Сеть не сдвинулась с места ни на миллиметр.
Раздался коллективный облеченный выдох, и на меня посыпались гневные отповеди и поток нехороших слов и обещаний.
– Даже меня чуть-чуть заикой не сделал… – пробормотал арбитр, после чего провозгласил: – Десять дополнительных баллов за находчивость! Господа участники, какие-то вы нервные сегодня, слов нет. Учтите: слабонервным в турнире делать нечего!
– Ему это боком выйдет! – раздались многочисленные голоса. Руки у струхнувших игроков мелко дрожали. Не знал, что они настолько впечатлительны: во время первого тура летали вверх-вниз только так, арбитр не успевал штрафные баллы выписывать. А тут – на тебе! Но их можно понять: не знаю, как я поступил бы, услышав подобную новость. Скорее всего, сам бы мелко трясся от негодования.