Молочник

Абрамов Владимир

– О, Колин!
– староста явно уже поднял себе настроение некоторым количеством виски, его щёки были слегка красноватыми, а лицо очень довольным.
– Ты как, парень, всё в порядке?

– Спасибо, Габриэль. Всё настолько хорошо, насколько может быть у человека, вернувшегося с того света.

– Ничего, дружище, мы этому Уизли покажем, где раки зимуют!
– потрясая кулаком, заявил староста.

– Габриэль, ты хотел сказать - этой?

– В смысле?
– не понял Трумэн.

– В прямом. Змею на меня натравил не Рон, а Джинни Уизли.

– Но Джастин сказал...
– начал был Трумэн, но

был прерван мной.

– У Джастина слишком длинный язык. Я ему сказал, что информация неточная, надо вначале убедиться, потом говорить. Расспросил людей, виновный был найден - это Джинни Уизли. Но вы же не будете обижать девочку?

– Обижать?
– усмехнулся Трумэн.
– Ни в коем случае, мы же джентльмены. А вот устроить бойкот и ограничить ей общение лишь обществом Гриффиндорцев, как и организовать некоторые неприятности для её семьи в Министерстве - это будет. И даже не пытайся возражать. Мы, Пуффендуйцы, своих в обиду не даём. Стоит одному остаться ненаказанным, как остальные почуют вседозволенность и будут наших унижать, избивать, или вовсе пытаться безнаказанно убить. Это дело факультетской чести.

– А силёнок хватит? Всё же Министерство...

– А ты думаешь, кто работает в Министерстве?
– прищурился Трумэн.

– Не знаю. Наверное, Слизеринцы.

– Ха! Слизеринцы...
– насмешливо протянул Трумэн.
– Не спорю, кое-кто с их факультета там имеется, но у многих чистокровных волшебников семейный бизнес, им нет смысла идти работать чиновниками. В большинстве отделов сидят Пуффендуйцы, кое-где есть представители других факультетов. Гриффиндорцы в основном в аврорате. Райвенкловцы трудятся в Отделе тайн, но можно встретить их в разных отделах. Но всё же большая часть чиновников - наши, Барсуки!

– Круто!

– Хочешь после школы пойти в Министерство?
– спросил Трумэн.
– Можно будет поспособствовать.

– Я подумаю. Вообще, собираюсь фермой заняться.

– Тоже хорошее дело, - кивнул Трумэн.
– Если что, после окончания школы обращайся. У меня отец в Министерстве магии, я тоже туда пойду работать, так что можно будет организовать сбыт продукции через знакомых.

– Габриэль, чтобы быть в курсе, о каких проблемах идёт речь? Мне потом за это случайно Уизли дружно не сделают "секир-башка"?!

– Ну что ты...
– ухмыльнулся староста.
– Они ничего не узнают. Просто их отца будут больше нагружать работой, станут урезать премию за любые косяки. Его после того случая, когда Артур зачаровал автомобиль, а Рон угнал эту машину и пролетел через половину Англии, треть служащих Министерства тихо ненавидит. Всё Министерство месяц стояло на ушах, пытаясь устранить все нарушения статута секретности. А тут попытка преднамеренного убийства, совершённая его дочерью, которая после этого никак не была наказана... Понятное дело, что Дамблдор всё замял, но такой подход к закону никому не нравится. Получается, одним волшебникам, вроде Уизли, можно творить всё, что вздумается: нарушать статут секретности, зачаровывать магловские вещи, хулиганить, натравливать на школьников василиска - им за это ничего не будет. А другим за то же самое грозит изгнание из школы, крупные штрафы или Азкабан. Уизли совсем охренели от безнаказанности!

– Габриэль, я говорил, что ты самый лучший староста?

– Нет, но буду рад услышать, - ухмыльнулся парень.

– Так вот, ты не лучший староста - ты бог старост!

– Ха-ха-ха!
– рассмеялся Трумэн.
– Красиво сказал.

– Слушай, по поводу

книг. Помнишь, мы договаривались?

– Да, Колин, помню, - кивнул Трумэн.
– После летних каникул привезу копии.

– Спасибо.

– Никаких проблем, Колин, обращайся.

Габриэль хлопнул меня по спине и обратил жадный взор на пятую точку проходящей мимо фигуристой блондинки-семикурсницы.

– Ух!
– вырвалось у него.
– Джессика такая... М-м-м...

– Слышал, у неё руки растут из задницы. Ни одного нормально сваренного зелья.

– Зато, какие плечи... Какие плечи!
– восхищённо протянул Трумэн, не сводя взора с... хм... плеч.

***

Хогвартс-экспресс стучал колёсами. В своём стальном нутре он увозил детей в Лондон. Дети были счастливы, ведь наступила самая радостная пора - каникулы. Я тоже был рад, ведь пусть на время, но остался позади жуткий замок, в котором на мою долю выпали изрядные неприятности.

Вначале я крайне скептически относился к магии. Пребывал в полной уверенности, что Макгонагалл мошенница-гипнотизёр, что-то вроде цыганки шотландского разлива. Но жизнь среди волшебников окончательно и бесповоротно убедила меня в существовании магии.

Волшебный мир изначально не воспринимался как сказочный, но столь сильных потрясений и пренебрежений безопасностью учащихся Хогвартса я никак не ожидал. Преподаватели вызывали двоякое чувство. Одни были нормальными, учили на совесть и радели за свои предметы - Флитвик и Спраут. Другие были излишне строгими и имели несносный характер - Снейп и Макгонагалл. Некоторые вовсе оказались отвратительными учителями, например, Локхарт нас совершенно ничему не научил.

Подозреваю, что Дамблдор отменил экзамены не из-за меня, а как раз из-за ЗОТИ. Кто я такой? Обычный студент, тем более маглорожденный. И с чего это вдруг решил, что из-за меня отменили экзамены? Мало того, все окружающие считали так же. Есть подозрения, что это всё Дамблдор. Умеет старик сказать так, чтобы сместить акценты. В итоге оказалось, что экзамены отменили не потому, что директор нанял плохого преподавателя, который студентов ничему не научил, а потому что один студент по независящим от него обстоятельствам их не может сдать.

Только сейчас до меня дошло, что если бы все школьники провалили экзамены по ЗОТИ, то наверняка начались бы разбирательства, после которых Дамблдору прилетело бы по шапке. А чтобы прикрыть задницу и всех запутать, директор отменил сразу все экзамены. Остались лишь пятый и седьмой курс, которым так и так необходимо сдавать СОВ и ЖАБА министерской комиссии. Но они самостоятельно готовились, поскольку знали о выпускных экзаменах.

Дети старались набиться толпой в купе вместе с друзьями, отчего ситуация разительно отличалась от той, которая сложилась во время поездки в школу. Некоторые купе остались полупустыми, думаю, если поискать, то можно даже найти совсем пустое купе. Мы с Луной ехали вдвоём в купе, у которого была дверь. Эту самую дверь мы закрыли, чтобы хоть как-то защитить уши от невообразимого шума, доносящегося со всех сторон. Громкие детские и подростковые голоса перекрывали шум, который издавали стучащие на стыках рельс колёса железнодорожного состава.