Молния
Шрифт:
— Кто-то уже был у каюты?
— Там уже столпилась целая толпа зевак, — ответил Су Циан.
— Я говорю не с тобой, — упреждающе заметил Ларт и направил на На Гона взгляд, подталкивающий к продолжению рассказа. — Ты заметил что-то необычное? Может, в чьем-то поведении.
— Дайте подумать… Да вроде ничего такого… Все охали, да и все.
Ларт обернулся к Лиэ Ю, который скромно стоял чуть в стороне.
— Ты ничего не хочешь спросить?
Лиэ Ю встрепенулся и ощутил охватившую его растерянность: будто он витал в облаках на учебе,
— Эм… — чувствуя неуместный стыд, замялся он.
Ларт терпеливо ждал его ответа, а затем подстегнул:
— Ну же, ты же из этих, с особой логикой.
Су Циан посмотрел на Лиэ Ю с недоумением, не понимая, что же Ларт может иметь в виду. Глава же секты Полуночного сияния прекрасно его понял и покраснел от злости.
— Персик стал похож на зрелый персик, — заметил Ларт.
«Персику» очень захотелось вырубить его и попинать ногами. Ларт снисходительно посмотрел в его глаза, явно довольный, Лиэ Ю же пытался испепелить его взглядом в ответ. Ларт стал косить глазами вправо и вниз. Лиэ Ю проследил за его взглядом и понял, что тот указывает на меч на его поясе. Это осознание заставило его мгновенно успокоиться: глава секты Полуночного сияния подумал, что Ларт намеренно пытается приблизить расправу над собой. Он сложил руки на груди и с вызовом посмотрел на пшеничноволосого заклинателя, как бы говоря глазами: «Мои руки не дотронутся до меча, и что ты теперь сделаешь? Что? Что? Что, а? Выкуси!».
Су Циан в это время переглянулся с подчиненным. Почему-то они ощутили себя лишними в этом молчаливом противостоянии.
Ларт разочарованно вздохнул.
— Что ж, хорошо. Ты можешь идти, — произнес Ларт, обратившись к На Гону. — Если вспомнишь что-то интересное — немедленно сообщи.
Когда тот покинул каюту, Ларт произнес, обратившись к распорядителю:
— Что удалось услышать в обзорном салоне?
Су Циан нахмурился и произнес:
— Ничего важного для дела. Никто не признался, что ночью покидал каюту. Я бы сказал, что этот мыслитель, Чань Юань, и его друг выглядят нервозными, но у всех сейчас есть на то причина. Не понимаю, зачем кому-то убивать монаха? Связано ли это как-то с контрабандистом, что мы ищем?
— Пока рано делать окончательные выводы. Как думаете, прошло уже достаточно времени, чтобы лекарь Жун закончил с телом?
— Разве в таком случае он не должен уведомить вас? — предположил Лиэ Ю.
— Этот лекарь слишком чванлив. Он определенно ждет, что мы сами к нему придем.
— Погодите, господин Ларт. Я еще не закончил, — вскинул руку Су Циан.
— Разве ты не просто жалуешься и строишь теории? — приподнял бровь Ларт. — Мне не интересно, можешь продолжить без меня.
Сказав это, он вышел за дверь. Лиэ Ю последовал за ним.
Пусть макушка лекаря Жун Ляна облысела, а оставшиеся волосы уже давно покрыла седина, его глаза все еще ясно видели всю картину.
— Один удар в спину. Он не сопротивлялся, умер менее чем за минуту.
Тело
— Как насчет орудия убийства? — спросил Ларт.
— Скорее всего кинжал или острый нож. Вы знаете, я не эксперт в подобных делах, — покачал головой лекарь.
— Кинжал? — переспросил воодушевившийся Доу Фарон. — Я видел одного чела с кинжалами! Все, дело раскрыто! Браток, неправда ли здорово, все так быстро разрешилось? Пойдем отпразднуем!
Ларт покачал головой, предостерегающе глядя на него.
— А этот молодой человек… — настороженно глядя на градоправителя, протянул лекарь Жун. — Я не припомню, чтобы видел вас ранее среди пассажиров.
— Я просто не люблю демонстрировать свою внешность, — отмахнулся Доу Фарон. — Посмотрите на это лицо — я ведь просто дьявольски привлекателен. Я опасался, что если не буду скрываться под плащом, то все барышни на корабле не смогут сосредоточиться на поездке.
Лекарь Жун окинул его скептическим взглядом.
— Молодой господин так самоотвержен… — протянул старик.
— Вы мне льстите.
— Во сколько он умер? — вернул разговор в нужное русло Ларт.
Лекарь на мгновение задумался, сбитый с мысли, а затем ответил:
— Примерно с двух до четырех утра.
— А вы сами, лекарь Жун, где были в это время?
— Зачем мне убивать монаха?! — возмутился тот.
— Я просто восстанавливаю картину событий, — упредил поток возмущений Ларт.
Лекарь недовольно поджал губы, но затем все же ответил:
— Спал в своей каюте, конечно же!
— А где ваша каюта?
— Она по соседству с каютой господ Лю, на верхней палубе.
— А где был ваш ученик? — переведя внимательный взгляд на долговязого парня, продолжил расспросы Ларт.
— Он ночует со мной. Ты был в каюте в то время? Ответь господину!
— Я тоже спал, господин, — поклонившись, отозвался ученик лекаря.
— Ты чутко спишь? — поинтересовался Ларт.
— Довольно чутко. Мастеру часто холодно по ночам или, наоборот, жарко. Я слежу за его самочувствием, поэтому мне нужно чутко спать.
— Слышал ли ты какой-то шум? Стук двери? Шаги?
Парень задумался.
— Я слышал шаги, но это, должно быть, слуги обходили корабль, в первую ночь я тоже их слышал.
— Во сколько?
— Несколько раз за ночь. С большими промежутками. Точнее сказать не смогу.
— Что ж, спасибо. Если еще что-то вспомнишь, то обращайся ко мне без стеснений.
— Да, господин, — поклонился Ларту ученик лекаря.
— Господин Жун, и вам спасибо за помощь, — обернулся к лекарю пшеничноволосый следователь.
— Не стоит благодарности, — немного ворчливо отозвался тот.
Ларт, Лиэ Ю, Су Циан и Доу Фарон ушли, а лекарь Жун проводил их задумчивым взглядом.