Молекула-попаданец
Шрифт:
Мы будем до конца с нацизмом биться,
Поскольку нет у русских дел важней,
Парит над миром с алым цветом птица,
Стал ястребом наш милый соловей!
Мать молодая, но уже седая,
С икон блестят святых как глянец лица,
Ты для меня отчизна дорогая,
Я за тебя готов, до смерти биться!
Охота вздернуть адский Рейх на рею,
Смекалкою захвачен пулемет,
И окрылен боец высокой целью,
Поднял
Мальчишка лишь, и под ногами слякоть,
Уж иней по утрам, но ты босой,
Но не пристало пионерам плакать,
Кто трус уже лежит под Сатаной!
Поэтому нет места - знай безделью,
Оно лишь в пекло страха приведет,
Другой воскликнул - страха не приемлю,
Струей разрезал небо самолет!
Да летчикам завидует мальчонка,
Они летают в небе - тьму разят...
А у тебя лишь ржавая винтовка,
Ты командир сопливых октябрят!
Но есть такое слово - драться надо,
Нет выбора иного, нет путей,
Детьми простым были мы когда-то,
Но воины покуда, жив злодей!
Уж под Москвою вермахт - лупят пушки,
От бомб больших земля трясется - мрак!
Ты опиши земли боль - мудрый Пушкин,
Пришел на Землю - беспощадный страх!
Когда мороз, вгонят иглы в ногти,
Бодрим себя виденьем мягким, чудным,
Как хорошо нам было в час рассвета,
Бежали босиком, по травам изумрудным!
Пусть снег под голой подошвой ребенка,
Но пионера Сталин верой греет!
И смех в ответ раздался очень звонкий,
Что отступают в ярости метели!
Так кол знай, ждет мамону гада-ката,
Покончим с властью, супостатов блудной -
Теперь земля трясется от раската,
А небосвод покрыло, мглой чугунной!
Мороз нас не сломил, ведь дух горячий,
А фрицам уши крепко отморозил...
Но видит всякий кто реально зрячий,
Что мы солдаты сор сей косим!
С Москвы путь, до успеха Сталинграда,
Еще ребята, но уж разум взрослый,
Пред боем мы сидим - младая пара,
Над нами тень дают, в опале сосны!
Ну, что же верим в силу перелома,
Что Волга станет фрицам всем могилой...
Что мерзость технотронного Содома,
Низверженна в Тартар советской силой!
Наш Бог не идол из простого гипса,
Ведут к успеху Ленина заветы,
Нам предстоит с ордой стальной сразиться,
В поэмах станут подвиги воспеты!
Знай, песня режет сталь верней
Она самая без лишних струн орлица!
Молю, чтоб наша удаль не пропала,
Чтоб не смутила, глупость-небылица!
Ведь в мире сем соблазнов очень много,
Порой за жизнь младую даже страшно...
Но если враг у твоего порога,
То не избегнуть схватки рукопашной!
Котел замкнут под Сталинградом прочно,
О Волга, что бежала вдоль сраженья...
Нельзя пройти сей институт заочно,
Нужны для спайки духа и лишенья!
Придем хоть с скорбью к окончанью в Мае,
Ни славян не видел в плен покорных,
Мы победим, я это твердо знаю,
Гулять нам с песней на лугах просторных!
Но сломался Вермахт мы в атаке,
Под Курском тоже было очень страшно...
Казаки смело с саблей и в папахе,
На "Тигр" кидались, били их отважно!
Мы там дрались, как пионерам нужно,
Бросали бомбы, гусеницы в брызги...
Хоть тяжело, с снарядами натужно,
Лишь об триумфе стали наши мысли!
Что "Тигр" сделал - лишь клыки отбросил,
"Пантере" тоже шкуру мы спустили...
К Днепру подходим - огнезарно осень,
Когда же будем мы с тобой в Берлине?
Нет места в рабстве - ни какому раю,
Поскольку спину русским гнуть - позорно,
Цвести, быть вечно сытым, белым краю,
Воспитывать потомков благородных!
Вот Киев символ нашего единства,
Его мы штурмом брали босопятым!
Во славу мира, в Солнце коммунизма,
Шли, атакую Вермахт мы ребята!
А в Минске, взятом, в комсомол вступили,
Хоть года срока точно не хватало,
Но мы так фрицев яростно лупили,
Что все признали - мы Руси солдаты!
А надо будет - правим мы горами,
Наука силы даст - что не измерить,
Нам было тяжко, мерзли, голодали,
Но не поддались ядовитой лени!
Да много наших с битвы не вернулось,
Остались версты, и из трупов мили,
Но знай в Берлине, мы встречаем юность,
У старших жены над могилой голосили!
Вот хорошо мы супостатам дали,
Такую мощь безбрежную разбили,
Нам коммунизм открыл святые дали,
Путь указал для матушки-России!
На этой поэме и закончился сказочный сон-реальность. А вся троица на сей раз была довольна.
Но, увы, только сказочными грезами, а не жесткой реальностью. Когда дни рабского труда, словно падающие на темечко булыжники. Хотя сама голова все больше превращается в лом.