Молчи, мое сердце
Шрифт:
— Эта смертная создает тебе проблемы? — спросила Катя.
— Нет-нет. — Алек дернул ее за волосы, поворачивая голову так, чтобы открыть шею. — Я только хотел попробовать… — Он наклонился и слизал с ее шеи каплю крови.
Эмма внутренне содрогнулась. И все же поведение Алека давало ей какую-то надежду. Он явно испугался, когда она в последний момент громко крикнула «Париж!». Значит, она дала Робби и Джакомо верное направление. И, судя по всему, Алек с Юрием не стали докладывать Кате об этом ее крике. Вероятно, боялись
Эмма украдкой осмотрелась. Похоже, что они находились в старом винном подвале. В ржавых железных подсвечниках горели свечи. На деревянных полках, протянувшихся вдоль стен, стояли пыльные винные бутылки. Было холодно, и пахло плесенью. Ангус же лежал в дальнем конце подвала.
— Эта женщина и есть тот самый убийца? — спросил какой-то незнакомый мужчина, говоривший с французским акцентом. Он приблизился и, склонившись над Эммой, принялся рассматривать ее своими темными глазами-щелочками. — Удивительно! Неужели она убила четверых ваших друзей?
— Теперь уже шестерых, — поправила Эмма. — Да, я убила шестерых вампиров, и это оказалось не так уж сложно.
Катя ударила ее по щеке. Француз захихикал.
— Мяу! — воскликнул он радостно. — Обожаю хорошую кошачью драку. — Он посмотрел на Эмму с восхищением. — А она особенная, поп? Я смогу отстегать ее плеткой?
— Если у нас будет время. — Катя похлопала его по руке. — Брушар, нам нужно посадить пленников под замок до восхода солнца.
— Ах да, конечно, — закивал французский вампир. — Это восхитительно! Не часто я принимаю столь почетных гостей. — Он рассмеялся и помахал пухлой белой рукой. — Многие посещают мой подвал, но мало кто отсюда выходит.
Снова уставившись на Эмму, Брушар спросил:
— Хочешь, выдам тебе свой страшный секрет? Хочешь, расскажу, как я заманиваю сюда жертвы, обрекая на неизбежное?
— Нет, — заявила Эмма, поморщившись. Француз ухмыльнулся, обнажив длинные желтоватые клыки.
— А ты пылкая, n'est-ce pas? [10] Держу пари, что у тебя очень горячая кровь. — Он наклонился к ней и принюхался.
— Полегче, Брушар! — Катя положила руку ему на плечо. — Она нужна мне живая.
— Ах да, понимаю. — Брушар отступил и, вытащив из бархатного пиджака кружевной платок, вытер губы. — Она маленький подарочек для Казимира, верно? Думаю, она покажется ему вкусной.
Судорожно сглотнув, Эмма снова посмотрела на Ангуса. Он лежал неподвижно, но при этом внимательно наблюдал за всеми.
10
Не так ли? (фр.).
Брушар же медленно прошелся по подвалу, затем приблизился к круглому столу, накрытому девственно-белой скатертью. Кроме того, на столе красовался элегантный фарфоровый сервиз на две персоны.
— Видишь ли, моя дорогая… — Он повернулся
«Мерзкий серийный убийца!» — мысленно воскликнула Эмма, но изо всех сил постаралась держать себя в руках, чтобы не выдать своих чувств.
— И конечно же, я джентльмен, — продолжал Брушар, прохаживаясь вдоль полок с винными бутылками. — Я всегда позволяю своим гостям выбрать вино. После того как они насытятся вволю, наступает мой черед… насыщаться. — Он похлопал себя по круглому животу и захихикал. — У меня очень хороший аппетит.
— Довольно болтать, Брушар. — Катя зевнула. — Солнце уже встает.
— Да-да, понимаю. — Брушар прошел вдоль полок. — Вон там, подальше, — чулан, где вы сможете запереть своих пленников.
Алек тут же потащил за собой Эмму, Юрий последовал за ними, взвалив на плечи Ангуса.
Взглянув на Эмму, Брушар снова хихикнул.
— Ах, озорница… А может, я все-таки сейчас ее отстегаю?
— Позже, — сказала Катя. — Где же твой чулан?
— Да вот он, здесь. — Брушар отодвинул в сторону гобелен на стене, за которым оказалась деревянная дверь. Открыв ее тоненьким ключиком, он со смехом воскликнул: — Добро пожаловать! Тут немного жутковато, но это даже к лучшему. — Взяв из ближайшего подсвечника свечу, Брушар переступил порог чулана. — Идеальная тюрьма, n'est-ce pas? Отсюда нет выхода.
Юрий вошел в чулан следом за французом и тут же сбросил Ангуса на пол.
— Какой он большой… — усмехнулся Брушар и ногой задрал килт Ангуса. — Как жаль, что вы пробудете здесь всего одну ночь.
— Оставь его в покое, извращенец, — пробормотала Эмма., когда Алек втащил ее в комнату.
— Заткнись. — Алек заломил ей руки за спину. — Мне нужна веревка, чтобы связать ее.
— Да, конечно! — Брушар отошел куда-то, но голос его по-прежнему был слышен. — Вы ведь скажете Казимиру, что я помогал вам?!
— Непременно, — заверила его Катя. — У тебя есть охранник из смертных на дневное время?
— Конечно. Его зовут Юбер. — Брушар вернулся в чулан и протянул Алеку шнур от портьеры. — Это подойдет?
— Вполне. — Алек связал Эмме руки за спиной.
— Забери ее сумку, — сказала Катя.
— Сейчас. — Алек перерезал ножом ремешок, и Эмма мысленно выругалась — вместе с сумкой она лишилась сотового телефона и кольев.
— А ты ее разозлила… — захихикал Брушар и похлопал Эмму по щеке. — Веди себя днем хорошо, cherie [11] . He серди моего дорого Юбера. Он иногда бывает очень жестоким.
11
Дорогая (фр.).