Молчи, душа!
Шрифт:
Хотя и больно молча забывать!
Наперекор своей судьбе
Наперекор своей судьбе
Я до сих пор храню надежду,
Что я найду тебя в толпе
И сброшу старую одежду.
В твоих глазах увижу свет
И вмиг от счастья засияю.
Эх, знала б ты, как много лет
Тебя одну обнять мечтаю!
Забвение
Забвенье, как ужасное проклятье,
Сгубившее
Оно, как молью съеденное платье,
Как на бумаге выцветавшая тушь.
Нередко нас, как вещи забывают,
Стирают всё из памяти своей.
Подальше нас, как ветошь убирают,
Иль гонят словно нищего взашей.
Бывают люди очень беспощадны,
Способны всё, что было, зачеркнуть.
Но даже если к нам они прохладны,
В забвенье всем придётся утонуть…
Скажи, мой друг!
Скажи, мой друг!
Откуда столько злости,
Откуда столько ненависти в нас?
Мы на земле, по сути, только гости,
Останется лишь прах, до блеска кости,
Когда уйдём в назначенный нам час.
Зачем мы порождаем столько горя
И почему сладка чужая боль,
И для чего с душой нередко споря
Играем отрицательную роль?
Ведь были мы детьми с тобой когда-то,
По-ангельски, до святости, чисты.
Куда же всё исчезло безвозвратно,
Скажи, мой друг, мне это не понятно,
Где истины, что были так просты?
Ответь же мне!
Зачем в себе стираем,
Всё лучшее, что свыше нам дано?
Зачем с улыбкой судьбами играем,
Всё лучшее вокруг не замечаем,
Как в старом не озвученном кино?
Иначе, может быть, не суждено,
Мы все во власти страшных достижений.
Но хочется мне верить, всё равно,
Что не растратим даром поколений.
Жесток наш мир, нелепые законы,
Но я людей не в праве осудить.
У всех из них весомые препоны
И каждый хочет сахарно прожить…
Протяни навстречу руку
Прошу я, протяни навстречу руку
И вытащи из страшной полыньи.
Иду ко дну, испытывая муку,
Теряя силы в холоде свои.
Иду под лёд и снова выплываю,
Глотая жадно воздух дорогой.
Но я ослаб, и я уже не знаю
Коснусь ли я тебя своей рукой.
А лёд сильнее сковывает тело
И сдаться я ему уже готов.
Бороться, если честно, надоело,
Смиренно полагаясь на богов.
Идти ко дну не так порой ужасно,
Страшнее оставаться на плаву;
Когда рукой мы тянемся напрасно,
Глотая жадно воздух, как в бреду…
Помилуй,
Помилуй, Господи, заблудших,
Спаси больных, среди людей.
Не брось, в печали утонувших,
И сбереги от зла детей!
Не отвернись от тех, кто предал,
Кто жил по прихоти своей.
Кто всех грехов своих не ведал
И не познал любви твоей.
Своей любовью обогрей,
Не дай нам в вере усомниться.
В дороге сделай нас сильней
И помоги не оступиться!
Ну где же ты, мой милый друг?
Наверняка на этом свете,
На этой маленькой планете,
Два сердца порознь живут
И каждый день друг друга ждут.
Своей дорогою идут
И ищут взгляд в толпе прохожих,
Который душу потревожит,
Перевернув весь мир вокруг.
Ну где же ты, мой милый друг?
Я есть, я жив, дышу тобою,
Как свежим воздухом весною
И слышу сильный сердца стук.
Ведь знаю я – ты есть на свете;
Судьбу за многое браня,
Тихонько плачешь на рассвете,
И ждёшь меня, как я тебя…
В твои глаза закралась грусть
В твои глаза закралась грусть,
Но, Боже, как же ты прекрасна!
Позволь к тебе сейчас прижмусь,
Ты надо мной всецело властна.
Не оттолкни, не будь строга,
Я губ твоих хочу коснуться;
В твой мир навечно окунуться,
Забыв про то, что значит тьма.
Ты словно свет порой ночной,
Который ищет каждый странник.
Зажглась ты яркою звездой
И подарила сердцу праздник!
В твои глаза закралась грусть,
Но красоту не смыть слезами.
Позволь душой к тебе прижмусь,
Пролив любовь свою ручьями!
Её в душе я приютил
Её в душе я приютил,
Она одна, – во всём богиня!
Я много лет о ней молил
И вот узнал случайно имя.
Хотя отчасти тяжело,
Что на двоих одна планета…
Но как же стало мне светло,
В душе моей, – душе поэта!
Теперь вся жизнь одной согрета,
Всего одной, чей образ мил.
В её глазах все краски лета,
Которых я не находил…
Возможно я схожу с ума
И нет пред нею оправданья,
Но что же делать, коль она,
Мне стала центром мирозданья!
Любить тебя – моё проклятье
Любить тебя – моё проклятье,