Молчаливый
Шрифт:
Тщательно проверив крепление мешка с клыками к поясному ремню, я резко метнулся вперед. Брошенное в землю рядом с выходом Экспульсо разбросало вокруг комья земли и песок, под прикрытием которых я смог вырваться наружу.
— Seco-Expulso! — Брошенные на звук заклинания попали в цель: первому пауку разрубило голову, второго — отбросило назад с развороченной головогрудью.
С противным хрустом рассекаемой плоти мне в левую руку ударила усеянная шипами длинная паучья лапа. Перекатившись в сторону, я ушёл из-под
Больше на поляне не было никого, и я позволил себе бросить взгляд на руку. Увиденное мне не понравилось. Глубокая рваная рана, пульсировавшая острой болью, из которой обильно стекала густая темная кровь. Мысленно взмолившись Незримому, я перетянул руку ниже раны уцелевшим рукавом мантии. Не хватало только заражения от испачканной ткани, но выбора у меня не было. Оторвав от рубашки относительно чистый кусок, я осторожно замотал рану. Теперь предстояло выбраться из леса и решить, что делать дальше. Метлой с одной поврежденной рукой, я воспользоваться уже не мог.
Быстрыми перебежками продвигаясь по лесу я с тревогой думал о том, что скоро бушевавший в жилах адреналин закончится, и тело Поттера станет окончательно непригодным к серьезной переделке. Следовало как минимум добраться до Хогвартса, пока произошедшая потеря крови и слабость от ранения не заставили меня свалиться, где стоял. Довольно высоко уже поднявшееся солнце давало мне шанс оправдаться тем, что я отправился на утреннюю пробежку и нарвался на акромантулов.
— Проклятые пауки! — я с трудом проковылял в общежитие, пользуясь тем, что в коридорах замка не было ни души.
С отвращением сдирая липкую от грязи, пота и крови одежду, я из последних сил поплелся в душ.
Тщательно промыв рану и мысленно наплевав на то, что вода тоже могла быть не самой чистой, я отмылся сам и задумался, что делать. Медикаментами и зельями я не озаботился, посетив Лондон и Косой переулок, теперь предстояло за это расплачиваться визитом к мадам Помфри, наверняка обязанной информировать директора о травмах учеников. Терять же возможность беспрепятственно покидать замок я не хотел. Замотав руку куском ещё одной рубашки, я дал себе зарок в следующий визит в Косой переулок скупить половину лавки какого-нибудь алхимика или медикуса.
— Мадам Помфри, доброе утро, — жизнерадостно оскалился я, входя в больничный покой.
— Доброе утро, мистер Поттер, — седая женщина вежливо улыбнулась мне, но её улыбка тут же пропала, а ноздри расширились, словно она принюхивалась.
— Где? — она подскочила со своего кресла, требовательно глядя на меня. Похоже, она учуяла запах крови. Профессионал...
Я меланхолично показал ей на левую руку.
Взмах палочкой, и моя сорванная с плеч рубашка улетела на ближайшую койку. Взмах — обмотавшая предплечье ткань пропиталась какой-то жидкостью и аккуратно раскрутилась, открыв взгляду мадам Помфри неопрятную рану.
Несколько секунд она буквально приникла носом к моей ране, потом, видимо, что-то поняв, призвала к себе несколько пузырьков.
—
— Почему вы так подумали?
Вместо ответа мадам Помфри сделала резкое движение палочкой, и с фонтанчиком крови из руки вырвался обломленный кусок хитина, до этого ушедший глубоко в мягкие ткани. Я стиснул зубы, чтобы не закричать от внезапно усилившейся боли.
— Я совершал утреннюю пробежку в лесу, когда на меня напали эти твари, — я виновато опустил голову, надеясь разжалобить строго смотревшую на меня Помфри. — Их было пятеро.
— Пятеро?! — всплеснула руками мадам Помфри.
— Я отбился, — хмыкнул я. — Если бы я на секунду не потерял бдительность, то смог бы уничтожить их без потерь. Но я не понимаю, откуда они взялись почти на границе с территорией Хогвартса?
— Это всё этот сбрендивший, тупой... — начала было Поппи, но оборвала свою гневную фразу, слегка смущенно покосившись на меня.
— Я так и понял, мадам Помфри, — попытался перевести тему я. — Аластор Грюм обещал прислать своих людей на зачистку леса, как он выразился. В прошлый раз, вчера, когда он провожал меня до Хогвартса, один из пауков подобрался к самой опушке леса.
Упоминание старого аврора, похоже, успокоило целительницу, и она замолчала, продолжая колдовать над моей рукой. Пузырёк за пузырьком выливались на сочившуюся кровью рану. Поморщившись, мадам Помфри провела палочкой над рассеченным участком, и я снова стиснул зубы, чтобы не закричать. Края раны сами собой сдвинулись и стянулись в нормальное положение, оставив только светящуюся полосу, которая, похоже, удерживала куски плоти вместе.
— В качестве наказания за ваше разгильдяйство я не стала накладывать обезболивающие чары сразу, — только после этого блаженное ледяное онемение охватило руку. — Я сама свяжусь с аврором Грюмом, пусть он вычищает эту заразу из леса. А вам, мистер Поттер, это будет уроком.
— Я понимаю, мадам Помфри, — дождавшись, пока руку укутает плотная белая повязка, я медленно встал со стула. — Спасибо вам за лечение, когда я должен буду вернуться к вам?
— Не позднее завтрашнего утра, — буркнула она, уткнувшись в свои записи. — Теперь вы точно должны мне помощь со статьей, учитывая, что всё время попадаете в неприятности.
Мадам Помфри в очередной раз подтвердила свой профессионализм, не уступавший искусству лучших целителей Империи. Рука даже к вечеру не болела, а бело-синяя полоса, стягивавшая плоть, постепенно бледнела, превращаясь в самый обыкновенный шрам. Я даже не догадывался, как можно было добиться подобного эффекта — словно вырастала новая ткань на месте разорванной. У Хогвартской целительницы действительно стоило бы поучиться — в Академии сам я проходил только основной курс целительского мастерства, и, как не проявивший особых способностей на этом поприще, не был допущен на занятия для более умелых студиозусов.