Молчаливая исповедь
Шрифт:
— Сколько же тебе их нужно?!
— Как можно больше. — Он зашаркал к черному входу. — Когда устанешь — брось.
Лоретт смотрела на армию стеклянных банок. Тут были банки любого калибра и любой формы, от старых, голубоватых, до новых, с иголочки, кварт, пинт и полпинт. Она не понимала, для чего их мыть, но старательно мыла. Закончив с теми, что стояли на мраморной стойке, она спустилась в подвал и принесла еще. Если это доставляет удовольствие дедушке, то что тут плохого? К тому же в это ленивое июньское утро у нее не было никаких
Из окна кухни она видела, что покрытые густыми лесами склоны гор подернуты туманом. Таким всегда был штат Теннесси, таким всегда она его помнила — зеленым и безмятежным. Лоретт почувствовала расслабляющее умиротворение, и оно не покидало ее до самого вечера.
Она отправилась в сарай, чтобы позвать дедушку обедать. Там его не было, но когда она вошла в сумрачное помещение, то обнаружила нечто совершенно иное: большой набор медных чанов и изогнутых труб, мешки зерна, солода и сахара... Выходит, дед организовал целый перегонный завод!
2
Лоретт застыла с разинутым ртом, разглядывая коллекцию специфических предметов, а также выстроившиеся вдоль стены сарая банки с желтоватой жидкостью.
— Лоретт! — кто-то позвал ее. — Ты где?
Она испустила тяжкий вздох отчаяния: это не был голос дедушки. Это был голос Джеффа. Лоретт лихорадочно озиралась в этом баночном царстве. Что же делать? Хотя Джефф пришел навестить ее как друг, он оставался полицейским! Стоит ему увидеть эту винокурню — и деду крупно несдобровать!
— Лоретт! — Джефф стоял теперь прямо у двери сарая.
Пытаясь преодолеть охватившую ее панику, она дрожащими руками схватилась за воротник бирюзовой блузки, потом за джинсы. Едва дыша от страха, Лоретт захлопнула за собой дверь и сделала несколько шагов вперед, подталкивая Джеффа в спину.
— Хэллоу, Джефф!
Она была вся такая солнечная, такая приветливая и такая приятная... и она быстро отвела его от сарая.
— Заходи в дом, я угощу тебя чашкой чая со льдом, — бросила она ему через плечо.
— Думаю, это можно себе позволить...
Лоретт уже поднялась по ступенькам на крыльцо — Джефф следовал за ней, — как вдруг сообразила, что вся кухня уставлена этими злосчастными банками для консервирования. Девушка замерла на верхней ступеньке: она не сразу догадалась об их истинном назначении, но Джефф-то наверняка не был столь наивным!
Лучезарно улыбаясь, она повернулась к нему:
— Впрочем, если размышлять здраво, сейчас уже наступило время обеда. Не хочешь ли отвезти меня куда-нибудь пообедать?
Джефф с любопытством посмотрел на нее.
— Ну а как быть с твоим дедом?
— Что ты имеешь в виду? — осторожно выдохнула она. Может, Джеффу уже все известно о винокурне? Может, он явился, чтобы арестовать его?
— Что ему приготовить на обед? — уточнил свою мысль Джефф.
Она чуть не задохнулась от облегчения.
— Нет, он любит готовить себе
На губах Джеффа появилась довольная улыбка.
— Отлично! Мне нравится идея пообедать только с тобой. — Он сошел с последней ступеньки крыльца. — Ммм, ты сегодня так чудесно пахнешь!
— Да это всего лишь от мыла! — ответила Лоретт, надеясь что он учуял лишь запах мыла. «А может, запах паров из сарая?» — мелькнула мысль.
Она быстро зашагала прочь от крыльца.
— Ты, я вижу, сегодня свободен?
Он был просто неотразим в джинсах, плотно облегающих мускулистые ноги, и в шотландке зеленого цвета с открытым воротом.
— Что-то вроде того. Правда, я уже ходил в контору, чтобы закончить кое-какие дела. О них я и хотел бы с тобой поговорить. Я пытался тебе позвонить, но телефонистка ответила, что ваш телефон отключен.
— Да, тут небольшое недоразумение. Нужно во всем разобраться. — И она быстро сменила тему разговора: — Так о чем ты хотел со мной поговорить?
— Мы все обсудим за обедом.
Они подошли к его новому седану серого цвета, никелированные части и зеркала которого были надраены до ослепительного блеска.
— Что бы ты хотела на обед? — спросил Джефф, открывая перед ней дверцу.
— Гамбургера будет вполне достаточно, — рассеянно прошептала Лоретт.
Из головы у нее не шел дедушка с его винокурней. Когда Джефф отъехал от тротуара, она оглянулась на дом. Вернувшись, она сразу же попытается убедить дедушку отказаться от этого предприятия: ему грозили большие неприятности со стороны не только местной полиции, но и федеральных властей.
— Ты слышала, что я сказал? — спросил Джефф.
Она посмотрела на него с виноватым видом:
— Нет, прости, пожалуйста...
— Я сказал, что мы можем отправиться в вагон-ресторан Дрейка. Ты помнишь — или уже забыла? — тот ресторан в старом служебном вагоне возле железнодорожных путей?
— Конечно, помню! Думаешь, он еще работает?
Но в эту минуту мысли ее были далеки от обеденных проблем. «Не рассказать ли ему обо всем? Он бы помог мне, ведь мы были друзьями... Вот именно — были. Теперь Джефф чужой человек. Вдруг он развернет машину и поедет арестовывать деда? Как полицейский он был бы прав... Нет, попробую сама выкрутиться, а пока не буду об этом думать, отложу на потом».
— Старый владелец вагона-ресторана все еще активно занимается своим бизнесом, — ответил Джефф.
— Ну и как там кормят?
Он искоса взглянул на нее, не скрывая веселых искорок в глазах, хотя ему удалось сохранить серьезную мину.
— Точно так же.
— Так же плохо, да? Выходит, там все как встарь? — хихикнула Лоретт.
— Не совсем: в ту пору туда обычно заваливалась дюжина ребятишек, которые покупали два стакана солодового напитка и пили по очереди.
— Но на сей раз я не намерена ни с кем делиться! — торжественно заявила она.