Мои бессонницы
Шрифт:
Мы с тобой гулять пойдем под дождь?
Поздняя осень
На открытые ладони мне ложится серых улиц дым,
В этой осени утонем, в этой осени с тобой сгорим.
Жизнь наносится на карту, полувздохом погружаясь в сон,
Мы карабкаемся к марту, отмечая свежий Рубикон.
Перепутанные тени чисто
Час дождей и сожалений, время новый подводить итог.
Эта осень нарисует на душе очередной узор,
Перекрестки наших судеб продолжают свой привычный спор.
Правила игры
Ударом в лицо подтверждается право на жизнь.
Молчанье расценят как слабость и выдадут справку,
Что ты неудачник, что это уже не исправить,
А хочешь исправить, тогда не молчи, а дерись.
Неровность дороги воспета в святых письменах,
Инструкция четко дана, что не нужно бороться.
Судьбой объясняется данное место под солнцем,
Любое движенье наверх множит горе и страх.
Так как разобраться -- какими законами жить?
Держать наготове кулак или просто смиряться?
И есть ли та грань, на которой возможно остаться,
И есть ли свобода, чтоб дань за нее не платить?
Кошка-жизнь
Полосатая жизнь хитро машет хвостом,
Демонстрируя гордо свою самобытность.
Наплевать ей на то, как бывает обидно
Наблюдать бело-черный судьбы перелом.
Ей забавно смотреть на потуги людей
Обрядить ее в платье мольбы и надежды.
Полосатая жизнь ведь не носит одежды,
Ей не нужно, как людям, скрываться под ней.
Только, знаешь, у кошки всегда есть секрет -
Не пытайся разбить свою жизнь на разделы,
И, возможно, найдешь между черным и белым
Многоцветье оттенков, где прячется свет.
У девочки праздник
У девочки праздник -- она научилась любить.
Не требовать чуда, не черкать мелками сомненья.
Не всякая повесть достойна иметь продолженье,
А ворох иллюзий затратно у сердца хранить.
Вчера было лето -- беспечно звенела листва,
И пьяная ночь танцевала нескромные танцы,
И быть не могло для двоих ни преград, ни дистанций,
Сложнее всего было чувства оформить в слова.
Откуда у вечности точно отмеренный срок?
На вдохе -- уверенность, выдох -- крушенье иллюзий.
Листва опадает, и просто меняются люди,
Взамен получая возможность читать между строк.
У девочки праздник -- она получила ответ.
Разгадана истина недолговечности
Оттенки любви могут сколько угодно меняться,
Пока сохраняют в истоке незыблемый свет.
Одинокие звезды
Пронзительно ярко горят одинокие звезды,
Им просто безумно не хочется рано стареть.
Они так упрямо хранят у души перекрестки,
Они очень сильные, просто им нужно успеть.
Успеть обогреть и попасть хоть кому-нибудь в душу.
Успеть на секунду почувствовать силу планет.
Ведь это так больно, когда одиночество душит,
И очень обидно безвестной звездой догореть.
Пронзительно ярко и так непростительно больно
Вселенную греет их щедрый, бесцельный огонь.
А нужно всего лишь взорваться беспечно и вольно,
Но звезды как люди -- судьбу им менять не дано.
На грани Вселенной, лицо закрывая от ветра,
Устав от надежды, себя растеряв по пути,
Мы в ночь посылаем потоки ненужного света.
А вдруг этот свет хоть кого-то, да сможет спасти?
Нервно-летнее
Я устала до тошноты,
Я устала до дрожи в сердце.
Дни замешаны на инерции,
Пережарены и пусты.
Солнце ложкой мешает лень,
Жаром мажет асфальт и нервы,
И откуда берет резервы
Ежедневно дарить мигрень?
Но и лету дано стареть,
Это лето с приставкой "после",
Жаркий поезд уходит в осень.
Я найду себя в сентябре.
Альке Искровой
Стихи переполнены светом далеких планет,
Мистичные тени скользят переулками строчек,
И выверен небом до грани поэзии почерк,
А в образе каждом таится души твоей свет.
Ты свежестью зимней раскрасишь полуденный зной,
Ты точностью строчек срываешь привычные маски.
Ты снегу на ушко мурлычешь волшебные сказки,
И снег тебе верит, бессмысленно грезит весной.
Каламбур
Поколение --
Мира тление,
Распадение на куски.
Преступление --
Приглашение
Его светлости сатаны.
Долголетие --
Раболепие.
Думать, мыслить не смей -- убьют.
Демократия --
Бюрократия
Это форма, иль это -- суть?
NEW столетие,
Боголепие
И технический new прогресс.
Человечество --
Это качество,
Иль количество на насест?