Моё!
Шрифт:
Подъездная дорожка из толченого гравия вела на двадцать ярдов вверх по холму, к дому из красного дерева с балконом, глядящим на Тихий океан. Перед домом стоял пикап цвета бронзы. Мэри подогнала «чероки» впритык к пикапу и остановилась. Барабанщик, чем-то раздраженный, заплакал. Мэри смотрела на дом, вцепившись в руль. Она не будет знать, пока не постучится в дверь. Но если откроет он, пусть сразу увидит своего сына. Она повесила сумку на плечо, взяла Барабанщика и вышла.
Это был красивый, ухоженный дом. В него вкладывали труд и душу. Солнечные часы стояли на возвышении
Мэри крепко держала ребенка, как сон, который страшилась потерять, поднимаясь по ступеням красного дерева к входной двери.
На двери был бронзовый дверной молоток в виде старческого бородатого лица. Мэри воспользовалась кулаком.
Ее внутренности пульсировали от напряжения, мускулы натянулись стальными лентами. Пот струился по ее щекам, и она неотрывно смотрела на дверную ручку, а рука Барабанщика нашла у нее на груди значок-«улыбку» и крепко в него вцепилась.
Она не успела постучать второй раз, как услышала щелканье замка.
Дверь открылась так быстро, что Мэри вздрогнула.
— Привет! — В дверях стояла стройная симпатичная женщина с длинными светло-каштановыми волосами и карими глазами. Она улыбалась, морщинки очерчивали ее рот.
— Мы вас в окно высматривали! Заходите!
— Я… я приехала…
— Порядок, все готово. Заходите.
Она отошла от двери, и Мэри Террор перешагнула через порог. Женщина закрыла дверь и повела Мэри в большой кабинет со сводчатым потолком, сложенным из больших камней камином и дедовскими часами.
— Вот он. — Женщина, одетая в розовый спортивный костюм и бледно-голубые кроссовки, расстегнула сумку, стоящую на бежевом диване. Внутри было что-то в лакированной деревянной рамке.
— Мы хотели, чтобы вы посмотрели сначала, пока он не запакован, объяснила женщина.
Это был герб — две каменные башни по сторонам, а посередине зверь полуконь-полулев на фоне языков пламени. По низу герба затейливой надписью вилась: Михельхоф.
— Цвета отлично вышли, как по-вашему? — спросила она.
Мэри не знала, что сказать. Явно эта женщина — Сэнди Кавано, как предположила Мэри — ожидала сегодня утром кого-то, кто должен был забрать этот герб.
— Да, — решила Мэри. — Отлично.
— Ох, я очень рада, что вам понравилось! Разумеется, пакет с историей семьи прилагается. — Она повернула раму, чтобы показать конверт, приклеенный лентой к реверсу герба, и Мэри уловила блеск обручального и венчального кольца. — Вашему брату это понравится, миссис Хантер.
— Я уверена, что понравится.
— Тогда я его заверну. — Она положила герб в сумку и застегнула. — Вы знаете, я должна сознаться, что ожидала женщину постарше. По телефону голос у вас был старше.
— В самом деле?
— Угу. — Женщина поглядела на Барабанщика. — Какой чудесный
— Почти месяц.
— И сколько у вас детей?
— Только он, — сказала Мэри и слегка улыбнулась.
— Мой муж просто помешан на детях. Что ж, если вы выпишите чек на «Ваши далекие корни», я пройду вниз и заверну ваш герб. О'кей?
— О'кей, — сказала Мэри.
Сэнди Кавано вышла. Пока дверь не закрылась, Мэри успела услышать ее голос:
— Миссис Хантер приехала с ребенком. Пойди поздоровайся, пока я это заверну.
Невидимый собеседник прочистил горло и спросил:
— Все в порядке?
— Да, ей понравилось.
— Это хорошо, — сказал он.
Послышался звук шагов вниз по лестнице. У Мэри закружилась голова, она оперлась рукой на стену — на случай, если колени подкосятся. Где-то в глубине дома работал телевизор — показывал мультфильм, судя по звуку. Мэри захромала к прихожей. Но не успела она туда дойти, из-за угла в комнату вошел мужчина и остановился, чуть не налетев на нее.
— Здравствуйте, миссис Хантер! — сказал он, одаривая ее улыбкой и протягивая руку. — Я Кейт Кава… Его улыбка погасла.
Глава 8
ЗАМОК НА ОБЛАКЕ
Под голубым утренним небом Фристоуна вопила сирена тревоги.
Лаура поехала на звук. Она повернула «катлас» Мичем-стрит, и увидела зелено-серый полицейский автомобиль, припаркованный перед кирпичным зданием, от вывески которого у нее перехватило дух. Рядом стоял мусоровоз, двое мужчин что-то говорили полицейскому. Один из них указывал вдоль Мичем-стрит в противоположном направлении. Были и зрители: элегантная пожилая пара в спортивных костюмах, совсем молоденькая девочка в куртке с надписью «МТВ» и молодой человек в ядовито-оранжевом свитере и велосипедных шортах; велосипед стоял на выдвинутой подножке, а его владелец разговаривал с девушкой. Лауре было видно, что стеклянная дверь магазина Дина Уокера разбита и второй полисмен расхаживает внутри помещения.
Лаура остановила автомобиль на другой стороне улицы, вышла и подошла к группе зрителей.
— Что случилось? — спросила она молодого человека. Сирена эхом разносилась по всему городу.
— Кто-то туда вломился, — ответил он. — Не больше десяти минут назад.
Она кивнула, потом вытащила из кармана листок блокнота «Мотор Лодж».
— Вы не знаете, где я могу найти этих людей?
Она показала ему три имени, и девушка тоже взглянула.
— Это же заведение мистера Уокера, — напомнил ей молодой человек.
— Я это знаю. Вы не можете мне сказать, где он живет?
— В самом большом доме в Нотика-Пойнт, — сказала девушка и откинула с лица длинные волосы. — Вот где.
— А остальные двое?
— Кейта я знаю. Он живет на Муир-роуд. — Молодой человек показал на северо-запад. — Это вот туда, миль этак пять.
— Адреса, — настаивала Лаура. — Вы знаете адреса? Они покачали головой. Пожилая пара смотрела в ее сторону, и Лаура подошла к ним.
— Я ищу этих трех человек, — сказала она. — Не можете ли вы мне помочь?