Моё проклятье

Боннет Элен

Мне везёт в этом плане больше: вместо алкоголя в моём стакане лишь пепси или апельсиновый сок. Поэтому на фоне остальных в классе я выгляжу бодрее и не похож на зелёного человечка.

Утро проходит по чёткому графику, как и во все остальные дни. Люблю режим, он помогает много всего успеть, а свободное время — уделить написанию текста для новой песни. Никак с друзьями не можем определиться с композицией, которая станет главной в альбоме. Необходимо выбрать именно одну, которая пойдёт и на рекламу, и на которую можно будет в дальнейшем сделать клип.

Мне всё

время кажется, что у нас пока нет той самой песни, хотя парни твердят другое, уверяя, что все строчки, написанные мной, уже претендуют на статус хита. Я называю их лицемерами и шучу, что они так говорят, потому что сами не хотят писать текст. Хотя уверен, что у Дэйва получилось бы здорово.

Кстати, после разговора с ним прошло уже несколько дней, и мне действительно легче. С отцом я стараюсь пока не затрагивать эту тему. Всё же я ещё не до конца смирился. А что касается занозы, то она ведёт себя очень странно. В буквальном смысле бегает от меня, как от чумы. Чокнутая. Но проблема в том, что после того, как я признался другу, что хочу её, моё желание усилилось ещё больше.

Не понимаю, в чём дело. Лили даже несколько раз снилась мне, и в каждом сне с её губ вместе со стонами срывалось моё имя. Чeрт, это было нереально круто. Конечно, в моём случае просто нереально, потому что сон так и остался сном. А заноза обходит меня за километр.

Ничего, будет вечеринка, и она никуда не денется. Правда, напрягают слова Дэйва о том, что Леон тоже положил на неё глаз. Хотя не тоже, а просто положил глаз. В мои планы входит просто один раз трахнуть её и забыть. А тот, по словам Дэйва, ищет возможность позвать девчонку на свидание.

Романтик херов.

Смотрю на наручные часы, и в это же время раздаётся звонок в дверь. Прихватываю блокнот и иду встречать друзей. Уже со второго этажа слышу их голоса, видимо, парни в хорошем настроении, это отлично. Мне нравится, как у нас проходят репетиции, когда у всех позитивный настрой. Инструменты тонко чувствуют каждого и играют по-другому.

Спускаюсь по лестнице, натыкаюсь на Лили в компании моих друзей. Она собирается уйти, но Леон ловит занозу за запястье и не даёт этого сделать.

— Красотка, у нас репетиция, — лыбится он и не сводит с Лили взгляда. — Ты обещала посмотреть, как я играю.

Дэйв замечает меня и толкает Леона в бок.

— А чего это только на тебя? Вон Ит собирался нам новую песню исполнить, — бросает на меня быстрый взгляд.

Да что это за цирк тут происходит? Чего они тут за детский сад устроили? Ещё и Дэйв говорит не пойми что. Не собираюсь я с Леоном мериться ничем. Но, если честно, его поведение мне совершенно не нравится. Если хочет кадрить занозу, то пусть это делает где-нибудь в другом месте, а не у меня дома.

— Вы репетировать собираетесь или выделываться как индюки перед Лили… ан, — выдавливаю из себя окончание её полного имени и замечаю победную улыбку на её веснушчатом лице, уголки губ ползут вверх, а на щеках появляются ямочки.

Да они с Леоном даже не подходят друг другу. Ей нужен хороший парень, а не этот «поматросил и бросил». Конечно, не моё дело, но, если

потом из-за разбитого сердца девчонка мне спалит завтрак или ещё что-то, мне это не нужно.

— Сегодня тоже не получится, — Лили пожимает плечами и становится серьёзной. — Мне нужно доделать стирку, — она пытается высвободить руку.

— Подожди-подожди, — не унимается Леон. — Доделывай и спускайся, я тебе песню из Титаника исполню на синтезаторе, могу даже спеть.

На её щеках появляется лёгкий румянец, и мне почему-то хочется провести кончиком пальца по россыпи веснушек. Наваждение какое-то, наверное, всё из-за этих дурацких снов и отсутствия секса.

— Ну если так, то я закончу и загляну, — она ему улыбается, и мне хочется сказать ей, чтобы не обольщалась насчёт Леона.

Он, конечно, умеет девушкам припустить пыль в глаза, но потом наиграется и растворяется в закате. Мы с друзьями уже замучились обновлять его номер в телефоне. Дольше месяца один у него не держится, он бросает очередную девчонку и сразу же меняет симку. Не хочу, чтобы она сталаегоочередной. Снова внутренний эгоист перекрикивает здравый смысл.

Заноза уходит в подсобное помещение, где стоит стиральная машина, а я поворачиваюсь к друзьям.

— Предлагаю всё же сосредоточиться на другом, а не на заднице моей работницы, — специально выделяю слово «моей» и замечаю, как Леон кривится.

Но он ничего не говорит мне, лишь Дэйв хлопает его по плечу и усмехается. Гадёныш, наверняка опять напридумывал себе не пойми что. Как хочет, я ни перед кем не должен отчитываться.

Сэм и Леон идут спереди, а Дэйв тормозит меня и шепчет на ухо, чтобы никто другой не услышал:

— Ит, если тебе плевать на девчонку, то хватит строить из себя ревнивого придурка, — он приподнимает бровь и одаривает меня многозначительным взглядом. — А если ты правда что-то хочешь с ней замутить, то предъяви свои права, а то Леон серьёзно настроен, не на один раз.

Снова хлопает по плечу и ждёт ответа.

— Ничего мне от неё не нужно, — говорю я от злости, и меня раздражает, что друг твердит о какой-то несуществующей и мифической ревности. — Пусть делают что хотят. Не маленькие.

— Как знаешь, — Дэйв пожимает плечами, — я предупредил. Но помни, что из-за девчонок рушить дружеские отношения, — это последнее.

Киваю в знак того, что полностью его поддерживаю. Чужая девушка — табу.

Догоняем Леона с Сэмом и спускаемся вместе в студию.

— Я пока сегодня вас ждал, накидал несколько строк, — сажусь на небольшой диван, который идеально вписывается в этом помещении.

Студия является моим самым любимым местом во всём доме. Готов проводить здесь сутки напролёт, забывая про еду и сон. Ремонт выполнен в стиле хай-тек: тёмные стены, зеркала в металлических рамах с подсветкой. В одной стороне находятся инструменты и пульт для записи, а справа от них — зона отдыха для обсуждений. Также отдельное помещение, предназначенное для звукозаписи. Этот рай подарил мне отец на пятнадцатилетие, когда увидел, что я вплотную занимаюсь творчеством.