Моё пост-имаго
Шрифт:
Слова сэра Уолтера показались доктору Доу крайне сомнительными. Он знал многих людей, которые ради собственной выгоды пошли бы на что угодно. А учитывая мерзкий характер заводилы этих так называемых любителей науки, Натаниэлю Доу было сложно поверить в то, что тот не захочет как-нибудь воспрепятствовать сэру Крамароу поймать Черного Мотылька.
Сэр Уолтер, видимо, прочитал все отразившиеся на лице доктора мысли.
– Мне плевать, верите вы мне или нет,- с великосветским утомлением в голосе произнес он.- Никаких доказательств моей вины у вас нет
Он недвусмысленно кивнул на двери.
– Я бы хотел еще…- начал было доктор Доу, но вдруг замолчал, поскольку в этот момент произошло кое-что, что на мгновение сбило его с толку и мысли.
Мимо проехал механический лакей с серебряным подносом, уставленным бокалами с пузырящейся золотистой жидкостью. Доктор пропустил его, сделав шаг вперед и подойдя почти вплотную к креслу сэра Уолтера. И именно в этот самый миг он вдруг кое-что почувствовал. Отвращение к этому мерзкому типу, который не имеет никакого права именоваться джентльменом, наполнило доктора.
– …задать один вопрос, сэр Уолтер, прежде чем мы уйдем, если вы не возражаете.
Сэр Уолтер позволительно кивнул.
– Здесь пахнет черносливом, или я ошибаюсь?
Джаспер распахнул рот и шумно засопел, принюхиваясь.
Сэр Уолтер вздернул подбородок.
– Даже если и так, то что с того?- раздраженно бросил он.
– Я все же настаиваю на ответе, сэр Уолтер.
– Один джентльмен ни за что не спросит у другого джентльмена о таком, но раз уж вы…- он презрительно скривился,- настаиваете, отвечу. Это мой парфюм «Винньярд» с эссенцией чернослива.
– «Винньярд», говорите? Приятный аромат. Не подскажете, где бы я мог тоже себе такой приобрести?
– Гм. Не хочу вас оскорбить, доктор, но, боюсь, он будет вам не по карману.
– Что ж, прискорбно,- сказал Натаниэль Доу.- В таком случае не будем больше вам досаждать. Пожалуй, мы откланяемся.
– Пожалуй, это было бы разумно.
Доктор и его племянник покинули Клуб. Мальчика прорвало, стоило высокой резной двери за ними закрыться: он был так возбужден, что едва не подскакивал на месте. Джаспер хотел тут же бежать прямиком на Полицейскую площадь за господином комиссаром. А доктор Доу, как бы ему ни хотелось так поступить, заставил себя не спешить, подойти к вопросу рассудительно, все как следует обдумать, а уже потом что-либо предпринимать.
Они вернулись домой, и Джаспер выслушал множество упреков от миссис Трикк, которой пришлось следить, чтобы пчела, которую хозяева оставили, прежде чем отправляться в Сонн, не летала где ей вздумается. Пообедали. Отужинали.Натаниэль Доу сказал, что ему нужно все как следует обдумать, закурил и погрузился в себя. Доктор увязывал в голове все новые открывшиеся ему ниточки и как мог пытался не дать себе сделать поспешные выводы.
– Что думаешь о сэре Уолтере, Джаспер?- наконец, спросил он, когда в голове все более-менее упорядочилось.
– Я думаю, дядюшка,- со смехом отозвался племянник,- что бедные-несчастные
– А ты жесток!- сказал доктор.- Но все же…
– Это же точно он! Все сходится! И запах чернослива, и пари. Ты же не поверил ему про это их правило в Клубе?
– Разумеется, нет,- раздраженно проговорил дядюшка.- Но все же этот человек мне показался каким-то… странным.
– Странным?- удивился Джаспер.- Он мерзкий, гадкий! Именно таким и должен быть подлый заговорщик и злодей.
– Быть может, и так,- задумчиво сказал доктор.- Но я бы пока не спешил с докладом к господину комиссару. Такие люди, как сэр Уолтер, обладают влиянием, властью и деньгами. Всем тем, что не позволит арестовать его без должных оснований. И никакой судья…
– А судья Криспин?- вспомнил вдруг Джаспер.- Ты сделал для него невозможное! Излечил его слепоту! Как и комиссар, он тебе должен. Он не смог бы тебе отказать.
– Я думал об этом,- признался доктор.- Но еще прежде, чем дело дойдет до суда, нужно иметь неопровержимые доказательства.
– Мы можем проследить за гадким сэром Уолтером.
– Как вариант. Но это…
Что-то произошло. Доктор замолчал. Джаспер недоуменно уставился на него.
Пчела Клара вдруг прекратила жужжать. Буквально оборвала себя на полужужже и скрылась под столом, чего-то испугавшись.
И спустя всего какой-то миг во входную дверь дома № 7 в переулке Трокар раздался стук. Нехороший, недобрый, угрожающий, вызывающий чувство неясной тревоги стук.
Прежде чем открыть дверь, Натаниэль Доу достал из саквояжа скальпель.
Стук повторился.
Доктор обернулся, негромко велел племяннику:
– Будь здесь.
Джаспер, разумеется, тут же нарушил приказ: поднялся на ноги и на цыпочках двинулся в прихожую.
Его дядюшка тем временем спрятал скальпель за спину, отпер замки и толкнул дверь.
На фоне ночи, тускло подсвеченный фонарем над входом, стоял человек без верхней одежды, в одних брюках, жилетке и рубашке. Лица мальчик все никак не мог рассмотреть.
– Вы?- поразился доктор.- Вы один?
– Один, да.
Натаниэль Доу вышел за порог, глянул в один конец переулка, в другой. Особо заинтересовался крышей дома напротив. Удостоверившись, что ночной гость действительно явился один, он пропустил его в дом и поспешно закрыл за ним дверь.
Это был до невозможности странный человек, но Джаспер сразу же понял, кто это такой.
– Знакомьтесь, Вамба,- сказал доктор Доу,- это мой племянник, Джаспер.
Мальчик во все глаза разглядывал ночного гостя. У туземца была довольно большая голова, а его прическа напоминала обувную щетку – волосы густые и жесткие, черные как уголь. По рассказам дядюшки и мистера Келпи Джаспер сделал вывод, что Вамба выглядит так, словно извалялся в саже, но его кожа была скорее коричневая. Нос занимал чуть ли не пол-лица, пухлые губы дрожали, а большущие глаза моргали часто и нервно.