Мое мертвое сердце
Шрифт:
– Когда ты выйдешь отсюда, обратной дороги уже не будет, – сказал он.
– Знаю.
– И тебя никак нельзя уговорить остаться?
Я покачала головой, а рука нервно сжала край платья. Никакие слова не смогли бы сейчас выразить все то, что мне хотелось сказать Хранителю.
– Да, ты права. Это не твоя судьба, а моя. И если богами уготовано для меня провести свои дни в одиночестве, я покорюсь их воле, – Хранитель печально улыбнулся и добавил, немного помедлив: – Но эти несколько дней я был по-настоящему счастлив.
Если бы я что-то ответила в этот момент, голос подвел
5
Серость. Как туман или дым, она клубилась вокруг меня, окутывала меня, и не было ничего, кроме этой серости. Один шаг вперед, другой. Ни впереди, ни позади не было абсолютно ничего, только плотное серое облако. На миг меня охватила паника. Промелькнула мысль: что, если я не смогу выбраться отсюда, навсегда останусь посреди серого ничего, на границе миров, не живая и не мертвая?
Третий шаг, неуверенный. И вдруг со всей внезапностью на меня обрушился свет, такой яркий, слепящий, что мне пришлось зажмуриться. Ноги ослабли, и я рухнула на колени, не в силах справиться с накатившими ощущениями. Разом заработали все органы чувств, и мне понадобилось много времени, чтобы прийти в себя и разобраться, что же со мной происходит.
В нос ударили запахи: травы, земли и полевых цветов. Сквозь слезящиеся от непривычно яркого света глаза я смогла различить свои руки, упирающиеся в мягкую зелень. Еще были звуки: щебетание птиц и шуршание ветра, стрекот кузнечиков, жужжание пчелы. Я стояла на коленях, сжимая пальцами нагретые солнцем травинки, и дышала. Набирала полную грудь сладкого и терпкого пьянящего воздуха, будто хотела насытиться им. Кружилась голова – от света, цветов и запахов, а звуки казались оглушающими после абсолютной тишины Склепа.
Несколько минут – или, может, целую вечность – я стояла на коленях, уставившись в землю, пока глаза привыкали к новому освещению. Восторг затмил и вытеснил тоску, и теперь все, что занимало мои мысли, это новые впечатления, к которым только предстоит привыкнуть.
Медленно я распрямила спину и подняла взгляд на вид, что раскинулся передо мной. Зеленое поле с желтыми крапинками цветов, рощицы молодых деревцов и темный густой лес вдалеке, а над всем этим сияющее светло-синее небо с росчерками облаков. От такого вида повторно захватило дыхание. Хотелось просто наслаждаться окружающей меня природой и не думать больше ни о чем. Вот он, мир живых, раскинулся прямо передо мной во всем своем великолепии, а я стою посреди него впервые – или снова – и тоже ощущаю себя его частью.
Ощущаю себя живой.
Скоро я заметила, что и выгляжу как живая. Тонкие руки и острые колени приобрели цвет тускло-светлой кожи, мешковатая туника оказалась белой, а волосы… Пряди, которые я могла разглядеть, по-прежнему остались серыми. Может быть, цвет вернется к ним чуть позже?
Я поднялась на ноги и пошла вперед. У меня не было цели, я просто решила довериться судьбе и поглядеть, что из этого выйдет. Трава щекотала босые ступни, солнечные лучи
Какое-то время спустя впереди показалась дорога. Две параллельные полосы утоптанной земли рассекали поле и скрывались между деревьев. По этой дороге я рано или поздно должна выйти к какому-нибудь поселению или встретить других людей, чтобы расспросить их, где я нахожусь.
Я шла вперед, пока не опустились сумерки, и пока дорога не стала едва различимой. Редкий лес по краям дороги шумел и шелестел, полный жизни и никогда не умолкающий. Я растянулась в траве на обочине дороги и глядела в небо сквозь паутину веток, на белый месяц ночного светила и на россыпь сверкающих звезд. Ночное небо было прекрасно.
В сердце снова закралась грусть: я вспомнила Хранителя и его мечту увидеть звезды. Тебе бы понравилось, подумала. Жаль, что ты их не видишь.
Этой ночью я впервые спала спокойно, умиротворенно, без страха, что сознание не вернется обратно в тело. И я впервые видела сны, картинки, которые моментально улетучиваются из памяти после пробуждения. Одно мне запомнилось ясно: холм и сложенные в кучу огромные камни. Из глубин подсознания пришло понимание: это то место, где я умерла.
Утром я точно знала, куда должна идти. Осталось понять как. И пока лучшего варианта не было, я просто шла вперед по извилистой дороге.
Моя туника намокла от росы, к спине и волосам приклеились опавшие листья, иголки и комочки земли, ступни покрылись дорожной пылью, но я не обращала на это особого внимания. Вокруг было гораздо больше интересного, и каждая мелочь вызывала восторг и восхищение. Должно быть, всю дорогу с моего лица не сходила глупая улыбка.
Когда солнце поднялось высоко и было уже практически надо мной, что-то спугнуло стаю птиц. Они вспорхнули с веток дерева и взмыли вверх в едином синхронном танце. Я остановилась, чтобы понаблюдать за их полетом, прикрывая глаза рукой от слепящего солнца. Птичья стая покружила немного и скрылась за густыми кронами, закрывающими собой половину неба. А позади меня послышался скрип колес и стук лошадиных копыт.
Я резко развернулась, застигнутая врасплох появлением на дороге людей. Пыльная худая лошадь тащила за собой грубо сколоченную открытую повозку. Из-за лошадиного крупа выглянул мужчина в потрепанной шляпе, а за его плечом можно было разглядеть еще четверых пассажиров. Меня настолько потрясла эта встреча, что я совершенно забыла спросить у них дорогу. Я пыталась разглядеть все детали и всмотреться в лица каждого из людей, пока они проезжали мимо, потому что все это для меня было таким новым и непривычным.
Повозка проехала немного вперед и остановилась, на землю спрыгнула женщина и махнула рукой.
– Эй!
От удивления я не сразу поняла, что она обращается ко мне. Женщина еще раз махнула рукой и направилась в мою сторону.
– Приветствую, уважаемая, вам не нужна случайно пом… Ох, батюшки, ты же еще совсем девочка! – Женщина озадаченно прикрыла руками рот, когда приблизилась ко мне на расстояние пары шагов. – А мы было приняли тебя за старуху из-за цвета твоих волос. Неловко-то как!