Мое имя-Вендетта!

Моисеева Елена

– Дим,– впервые назвала я его по имени,– Но ведь это опять криминал.

– Да,– честно ответил он,– А разве здесь может быть что-то по-другому? Я приставил тебе постоянную охрану, раз ты не хочешь уезжать,– сказал он без перехода,– Теперь тебя всегда будет охранять Викинг.

– Он же твой телохранитель.

– У меня их целая орава. А вот за тобой он будет смотреть как за зеницей ока, раз ты ему жизнь спасла. И учти, Ленок, не только охранять, но следить за тем, чтобы ты глупостей не делала.

Чтоб тебя

черти слопали, подумала я, когда Митяй выходил из комнаты. В этот вечер меня решили посетить почти все обитатели этого дома. Сначала примчался мой сын. Пришлось принять беззаботный вид.

– Отец сказал, что ты заболела. Мам ты как?– глядя на сына, я проклинала себя за то, что собираюсь ему врать. Но другого выхода не было. А Кирка показался мне угрюмым и недовольным.

– Да все нормально,– улыбнулась я.

Мы проболтали еще где-то около получаса, когда мой сын, отводя взгляд, произнес:

– Мам, я вообще-то уже взрослый. Зачем вы все мне врете?

От его укора в голосе и жесткого впервые взгляда я онемела.

– Кира…– пролепетала я.

– Ты думаешь, я не вижу ничего?– напрямую спросил меня он, и выражением лица очень сильно напомнил Антона,– Когда еще дядя Влад к нам приехал все понял. Отец постоянно звонил, ты куда-то пропала, к нам приходили чужие люди. Мам, я не дурак, и иногда смотрю российский канал. Он бандит?

– Кто?– еле выдохнула я.

– Отец,– спокойно произнес мой сын,– и его друг, дядя Дима, кажется. Поэтому мы из страны уехали?

Я молчала, мучительно соображая, что ответить моему ребенку, так чтобы он не отвернулся от собственного отца.

– И что это у тебя за странная болезнь такая? Про которую охрана дяди Димы говорит.

– Кира,– я собралась ему ответить, но сын неожиданно схватил меня за руки и, заглядывая в глаза, произнес,– Он, что руку на тебя поднял?

Желваки заиграли на его скулах, а в глазах блеснула злость. Господи, поздновато я поняла, что сын действительно уже не ребенок.

– Не хочешь отвечать? Хорошо, тогда я спрошу у него,– Кира поднялся, а я, что есть силы, ухватилась за его руку.

– Кира, солнышко, он не трогал меня. И никогда не тронет. Разве хотя бы раз ты видел что-нибудь подобное? – сын отрицательно замотал головой,– Тогда почему так плохо думаешь о своем отце?

– Я уже не знаю, что мне думать мама!– почти закричал он, а я невольно заприметила, что у него такая же привычка, как и у Антона, засовывать руки в карманы брюк.

– Твой отец хороший человек. Просто судьба у него тяжелая и жизнь соответствующая. Не суди его, Кира, не имеешь ты на это никаких прав.

Сын понуро кивнул и вышел из комнаты, а я за голову схватилась. Кирку нужно срочно отправлять к матери во Францию. У него переходный возраст, да и не знаком он с российской реальностью десятилетней давности, не поймет, осудит.

Следующей была Оксанка и ей я искренне

обрадовалась.

– Как самочувствие?– подходя ко мне, спросила она. – Вижу, на поправку пошла. Видела твоего мужа – суровый мужик, всю охрану Димки на уши поставил за то, что они ни делом заняты, а в карты режутся. И вообще сегодня этот дом напоминает кладбище, так как все хмурые и серые.

– Оксана!– засмеялась я,– Ну нельзя же так при твоей профессии.

– Я правду говорю,– мотнула она головой, так что ее кудри, рассыпались по плечам,– Что случилось то, с мужем поссорилась?

– Ага, он хочет, чтобы я уехала, а не хочу.

– И что делать думаешь?

– Если бы я знала. Пока буду наблюдать, мне Митяй своего Викинга приставил, представляешь?

– Уже слышала. Ты знаешь, что они с Антоном куда-то уезжать собираются?

– Сейчас?

– Да, и судя по сборам, в другой город. В дом парней лишних нагнали, столько же с собой берут. Димка меня вообще заставил на работе отпуск без содержания взять на две недели. Так что буду с тобой здесь жить. За продуктами в город нельзя, парни будут мотаться. Чуешь, чем пахнет?

– Новой авантюрой, опасной для жизни,– настроение резко испортилось.

– Вот и я так думаю, и мне это не нравится все больше и больше.

Я вздохнула, Оксанка молчала пока меняла мне повязку на боку. Я первая решила нарушить тишину.

– Как ты с Митяем оказалась, раз братков не жалуешь?

– А ты как?– в упор глядя, спросила меня она, хотя уже знала ответ,– Сердце не спрашивает, когда выбирает кого-то, нравится тебе или нет. Я сопротивлялась, до сих пор пытаюсь.

– Так вы чего, еще не …– ахнула я.

– Не спали ли мы?– без обиняков уточнила она,– Нет. Боюсь, что если лягу к нему в постель, забыть его уже не смогу. Мы знакомы-то всего месяц.

Митяй, ждущий решения женщины меня поразил, в самое сердце. Видимо, крепко его Оксанка зацепила, раз он не торопит. Может оно и к лучшему, любовь может изменить человека. Но вот может ли она изменить авантюриста? Изменила ли любовь моего мужа?

Было почти двенадцать ночи, когда в комнату тихо зашел Вик и уселся в кресло. Спать мне не хотелось, и я решила подать признаки жизни.

– Боишься, что меня украдут?

– Боюсь,– даже в темноте я увидела его улыбку.

– Как тебе смена охраняемого объекта?

Он неопределенно пожал плечами, а я спохватилась.

– Извини Вик, ты, наверное, спать хочешь, а я тут привязалась со своим разговорами.

– Мне нравится с тобой разговаривать,– просто ответил он,– Ты не кичишься своим положением и внешностью, не пытаешься показать себя выше других. А после того, как под пули вместо меня встала, тебя даже наши парни зауважали. Не каждая ради такого как я рискнет. Так что я не просто твой должник, я твой друг, и за тебя голову могу положить.