Модератор реальности

Абакумов Игорь

Собачник раздраженно всплеснул руками и вдруг ощутил какую-то неправильную легкость зажатых в кулаке поводков. Он опустил взгляд и недоуменно уставился на валяющиеся на асфальте ошейники. Застегнутые.

Что за?..

На глухие звуки падения тел, сопровождаемые удивленным скулежом и битьем лапами по асфальту, милиционеры и проверяемый оглянулись одновременно. Две огромные собаки поднимались из пыли возле забора на краю площади.

– Кай?.. – Собачник посмотрел на свой кулак с поводками, вновь поднял глаза и махнул собакам

рукой. – Кай! Герда! К ноге!

Один из ротвейлеров повернул голову на окрик и на секунду застыл. Вторая собака недобро зарычала и попыталась укусить товарища за верхнюю часть бедра. Неудачно. Ротвейлер отскочил на шаг, и челюсти звонко щелкнули, схватив пустоту. Первый вторично коротко зыркнул на собачника и, сорвавшись с места, галопом понесся через площадь в сторону платформ поездов дальнего следования, огибая хозяина и здание вокзала по широкой дуге.

– Кай!!!

Собачник, сбросив недоуменное оцепенение, рванулся было за собаками, но жестко опустившаяся на его плечо рука позволила сделать ему только полшага.

– Минуточку, гражданин!

Несущиеся по первой платформе два пятидесятикилограммовых чудовища заставляли отскакивать в стороны многочисленных пассажиров, провожающих и встречающих. Призывные рассерженные крики «Кай! Герда!» с площади сюда уже не долетали. Черный тандем ураганом пролетел по платформе и, перемахнув через пути, скрылся в тоннеле, выводящем на улицу Урицкого.

19.03. Пятница, 14 мая 2010 г., г. Санкт-Петербург, ул. Академика Павлова, 9. Клиника Института мозга человека РАН, map #1837

Ирина склонилась над Кротковым и внимательно прислушалась. Да нет – показалось. Хотя странно. Утробное собачье рычание было чересчур отчетливым… Ира вздохнула – это все от нарушений режима сна и бодрствования. Чего только не померещится…

– Ты ничего не слышал?

Сережка, тоже уже поклевывающий носом, встрепенулся.

– А? Что?

– Ничего… Вот что, сын. – Ирина взглянула на настенные часы. – Похоже, я сегодня опять как бы дежурю… А потому давай-ка двигай на пищеблок и добывай нам ужин.

18.02. Воскресенье, 8 мая 1988 г. Киевское высшее военное авиационное инженерное училище (КВВАИУ), map #1836

Дежурный по КПП-3, стоявший возле двери домика контрольно-пропускного пункта, выходящей на территорию училища, выронил сигарету и чуть не сел в урну, когда мимо него, скребя когтями по асфальту, пронеслись две огромные собаки.

– Куда?..

Псы на окрик не обратили ровно никакого внимания, и офицер раздраженно заглянул в коридор пункта.

– Какого черта?!!

Курсант с красной повязкой на рукаве поднял на начальника округлившиеся глаза и потерянно пожал плечами. Дежурный раздраженно сплюнул и посмотрел на часы.

– Вот ведь бляха! И это к концу дежурства! – Офицер зашел в домик, поднял трубку телефона и застыл, не донеся ее до уха. – А о чем докладывать, собственно?..

Собаки

между тем добежали до курсантского общежития, прыжками поднялись по пустой лестнице на четвертый этаж и осторожно заглянули в коридор. Коридор оказался пуст.

Дневальный по курсу гладил в бытовке парадные брюки и напевал себе под нос что-то по-казахски. Заслышав странные звуки, похожие на топот маленьких копыт, он оставил свое занятие и выглянул в коридор. Никого. В дальнем конце «взлетки» открылась дверь одной из комнат и показалась голова дежурного сержанта.

– Бек! Что это было?

Абдылбек пожал плечами:

– Нэ знай. На сайгак похоже.

– Сайгак… Лишь бы не начальство… – Дежурный посмотрел на часы. – Смена скоро.

В одной из ближних к выходу на лестницу комнат сидели на полу, тяжело дыша, командир триста сорок первой группы и его комод-два.

– Твою мать, как же больно-то… – Димон с хрустом потянул руки и вытер ладонью пот со лба. – Я тебя точно прибью, Крот…

Базов растянулся на полу и закрыл глаза. Слава, поморщившись, с трудом поднялся на ноги, подошел к столу и приложился к носику полупустого чайника. Сделав несколько больших глотков, он громко выдохнул и посмотрел на товарища.

– А ты видел другие варианты? Эти падлы приходили по наши души. Ты что, не понял?

Димка, не открывая глаз, раскинул в стороны руки и вытянул ноги.

– Нет, я, конечно, не против побыть немного в собачьей шкуре… Это даже забавно…

Базов резко сел на полу и сердито посмотрел на Кроткова:

– Только какого хрена ты превратил меня в сучку?!!

Слава улыбнулся:

– Ладно, не дуйся. В следующий раз я буду Гердой. – Он посмотрел на часы. – Давай-ка уж переоденемся, коль сюда вернулись. В гражданке я себя как-то уютней чувствую. Чаю попьем – и на вокзал. Поезд скоро.

Димон кряхтя поднялся на ноги.

– Чайник ставь, колдун гребаный… – беззлобно проворчал он и полез в шкаф за одеждой.

19.04. Пятница, 14 мая 2010 г., г. Санкт-Петербург, ул. Гатчинская, 2. Отдел милиции № 18

Капитан захлопнул крышку, превратив аппарат снова в телефон, и набрал номер.

– Девочка, ты решила вернуться к семейному очагу? – Выслушав недоуменное молчание на другом конце линии, Илья усмехнулся. – Если нет, то будь добра, немедленно покинь мою квартиру. Дверь захлопни, а ключи оставь в прихожей.

Продолжая разговаривать, Илья вышел из туалета.

– Сделай это, девочка. Ты ведь не хочешь провести ближайшую ночь в обезьяннике? Воронок с Гатчинской до моего дома доедет о-очень быстро…

В дежурку капитан вернулся с улыбкой впол-лица, уже убрав телефон в карман.

– Палыч, я отлучусь минут на десять? Домой надо сбегать.

Майор удивленно посмотрел на подчиненного, глянул на часы и обозрел сквозь стекло пустой холл отдела.

– Ладно. Только быстро. Одна нога здесь, другая тоже здесь.