Модельер

Линдсей Рэчел

– Это бы все равно произошло. Хотите остаться или уйти?

Аликс предпочла бы остаться. Но девушка видела, что Поль этого не хочет. Она молча встала.

На машине уехал Анри, и Поль предложил немного прогуляться. Они вместе прошлись по Парк-Лейн, и только когда подошли к Мабл-Арч, она заговорила:

– Думаю, не ошибусь, если скажу, что теперь вы как театральный художник будете нарасхват.

– Именно им я и не хочу быть! В театре все крупнее, выпуклее, чем в жизни, а это не мой стиль. Скорее это подходит отцу.

– Но ведь вы,

а не он сделали костюмы Дины. – Аликс, поколебавшись, решила быть откровенной. – Ваш стиль отличен от стиля отца. Меня удивляет, что вы не выставляете собственную коллекцию.

– Две коллекции – трудновато с финансовой точки зрения.

– А не трудно иметь одну, которая не распродается? И женщины, которым нравятся ваши вещи, – не те, которым нравятся вещи вашего отца.

– Значит, им не стоит обращаться в фирму «Дюваль».

– Но ведь вы ее часть.

Поль остановился и внимательно посмотрел на нее:

– Я сын своего отца и работаю у него. Он научил меня всему, что я знаю, и предоставил мне возможность для работы.

– Уверена, вы бы и сами справились, – возразила Аликс. – В любом случае вы теперь уже модельер с именем, и уверять, что это не так, – значит притворяться перед самим собой.

– Я еще не созрел для собственного дела.

Аликс не понимала, действительно ли он так думает или просто проявляет лояльность по отношению к отцу. Ей очень хотелось уговаривать его и дальше, но она сознавала: если он и согласится с ней сейчас, все равно это будет неправда. Какой же сложный человек! Внешне кажется мягким, но когда меньше всего ожидаешь, становится очень неуступчивым. Не зря говорят: в тихом омуте черти водятся.

– Думаю, мы уже хорошо прогулялись, – прервал он ее размышления и свистнул такси.

Они сели в машину, и Поль молча уставился в окно.

– Не сердитесь на меня, мистер Дюваль. Я стараюсь быть посредником между вами и вашим отцом. Но я действительно считаю, что ваши творения так выгодно отличаются от отцовских и так великолепны, что...

– Правда? Я не был уверен, что вы говорите искренно.

– Конечно, правда. Именно поэтому я попросила Дину взглянуть на них. Я была уверена, что они понравятся ей не меньше, чем мне.

Вновь последовала молчание, но оно уже было другим.

– Для вас будет лучше, если отец не услышит от вас нечто подобное.

– Я и вам не собиралась это говорить, – призналась она.

– Но сказали. – Да.

– Могу я поинтересоваться – почему?

Аликс и сама не знала ответа, но не хотела признаваться. И прежде чем она решилась, Поль опередил ее:

– Не важно. Поговорили, и достаточно.

– И вы никогда не начнете собственное дело? – Я никогда не употребляю слово «никогда».

Прежде чем она нашлась что ответить, такси остановилось перед ее домом, Поль вышел из машины, открыл для нее дверь и подал руку.

– Еще раз благодарю вас за все, – мягко сказал он. – Извините меня. Временами я бываю недостаточно вежлив.

– Это не невежливость,

мистер Дюваль, а просто честность. – Она протянула ему руку. – Спасибо, что подвезли.

Он слегка коснулся ее руки:

– Думаю, мы можем отбросить «мистер». Как вы считаете... Аликс?

Она улыбнулась и поднялась по ступенькам к входной двери. Находясь от него на безопасном расстоянии, девушка обернулась и посмотрела на него:

– Доброй ночи, Поль, успеха вам!

Глава 3

Спала Аликс плохо. Ей снилась Дина в костюме цвета лаванды из последнего акта пьесы. Она все порывалась спрыгнуть со сцены в объятия улыбающегося Анри Дюваля.

Аликс проснулась с припухшими глазами, совершенно не отдохнув. Откинув одеяло, она села на кровати и припомнила события минувшего вечера. Удовольствия эти воспоминания явно не доставили. Приняв душ и одевшись, Аликс услышала настойчивый звонок телефона, но решила не обращать внимания. В том, что офис и жилье находятся в одном помещении, есть свои плюсы и минусы: с одной стороны, не надо тратить время на дорогу, но с другой – постоянно нарушается уединение.

Завтракая за маленьким кухонным столиком, девушка услышала, как пришла секретарша, но не стала ее окликать. Лишь допив вторую чашку кофе и поставив посуду в мойку, Аликс вошла в офис.

Мисс Уилкинсон подняла голову от машинки:

– Восемь звонков из разных газет и журналов и три с местного радио. Большинство хотят получить интервью Дины, и все интересуются Полем Дювалем.

Аликс скорчила гримасу:

– Боюсь, он не захочет встречаться с журналистами.

– Ну не может же он быть столь упрямым.

– Еще как может! – Аликс прошла через комнату секретаря в свой кабинет. – Возьми блокнот, Уилли, я тебе продиктую несколько писем, прежде чем поехать в салон Дюваль.

Они работали над третьим письмом, когда дверь распахнулась, и в комнате появилась Дина. В костюме цвета морской волны и шелковой с лимонным оттенком блузке, она излучала здоровье и оптимизм.

– Прости, что врываюсь без предупреждения, но я еду на съемку, и мне не терпится по дороге рассказать тебе, что произошло вчера вечером. Анри настаивал на более спокойном местечке, а ты была на другом конце танцплощадки, и мы не могли никак привлечь твое внимание.

– Для меня это не важно, – искренне призналась Аликс, – но Поля задело.

– Что ж. Его очередь. Сначала задетым почувствовал себя Анри. Поэтому я и была мила с ним.

– Ты мне объяснила все вчера, – напомнила Аликс. – Но осторожнее с Анри. Смотри не обожгись. Этому стареющему Казанове нравятся молодые женщины.

– Как и всем мужчинам, – возразила Дина, присаживаясь к столу. – Но думаю, до сих пор он довольствовался молоденькими швеями.

– Так для него безопаснее.

– Я думала, ты беспокоишься обо мне. – Голубые глаза сверкнули. – Ты не очень-то последовательна, дорогая.