Многоточие
Шрифт:
Тон отца был грозен и категоричен. Эдуард хорошо знал его твердый нрав и непреклонную волю. Портить с родителями отношения Эдуард не хотел, поэтому поспешно начал объхяснять:
— Да что вы вскинулись? Какая женитьба? Никто не собирается жениться. Уверяю вас, о женитьбе я и не помышлял, пока вы не заговорили об этом! Просто мне нравится Алиса, и я хотел, чтобы она увидела мой дом, познакомилась с вами.
— Вот и слава Богу! Молодец! — одобрили родители.
А вскоре к Эдуарду подошла Алиса и попросила проводить ее. Он догадался, что Алиса слышала
Расставаясь, Алиса подняла к нему грустное лицо, проницательно посмотрела полными слез глазами в его глаза и печально и тихо сказала:
— Прощай, Эдуард…
Он осторожно взял ее руки в свои и ласково попросил:
— Пожалуйста, позвони, когда доберешься до дома. Не обижайся, Алиса, что все так получилось. А наша разлука, я думаю, будет недолгой! Так ведь?
Она кивнула и негромко ответила:
— Наверное, так…
Она уехала, а потом, как и обещала, позвонила и заверила, что благополучно добралась домой. Этот звонок был единственным.
А у Эдуарда с момента ее отъезда началась полоса неудач. Он сломал ногу. Перелом оказался сложным, потребовалось продолжительное лечение. Учиться пришлось дома, потому что экзамены пропускать не хотелось. Эдуарда страшно обидело, что к его проблемам Алиса осталась равнодушна и безучастна.
Он смог продолжить учебу только после летних каникул. Алисы не было видно. Эдуард не выдержал и нашел одну из ее подруг. Стараясь держаться бесстрастно, он бесстрастно спросил:
— А где… Алиса?
Он с удивлением заметил, что та как-то странно посмотрела на него. Она немного помолчала, затем коротко ответила:
— Алиса умерла.
Девушка резко развернулась и ушла. Он смотрел ей вслед, буквально окаменев от того, что услышал.
Утратив всякое желание жить, забросив учебу, Эдуард погрузился в длительный беспросветный запой. Он точно знал, что потерял не только Алису, но и себя. Потому что тогда, при разговоре с родителями оказался трусом и предателем. За это он презирал себя и ненавидел. Спустя длительное время, Эдуард все-таки взял себя в руки, перестал пить, сдал экзамены. Он, наконец, вспомнил, что ему исполнился 21 год, что, благодаря полученному от бабушки и дедушки наследству, стал теперь состоятельным и независимым, самостоятельным человеком. Но все, происходящее в его собственной жизни, оставляло Эдуарда равнодушным, бесстрастным. Появилось только одно-единственное желание — съездить к родителям Алисы, поговорить с ними. А еще обязательно побыть рядом с Алисой. Пусть даже разделенным с ней могильным камнем… Но рядом.
Эдуард подъехал к дому, где жила Алиса, поздним вечером. Там, как и на всей улице, было темно.
Очевидно, в доме услышали шум остановившейся машины. Дверь коттеджа открылась, и на пороге появился мужчина. Он терпеливо ждал, когда подойдет Эдуард.
Они обменялись приветствиями, и Эдуард, едва справляясь с волнением, сбивчиво пояснил:
— Я… я знал Алису. Вот… приехал… выразить
— Я — отец Алисы. Спасибо за соболезнование. Проходите, пожалуйста! — доброжелательно откликнулся мужчина и пропустил Эдуарда в дом.
Как только они оказались в гостиной, им навстречу поспешила женщина. Разглядеть что-то при свете свечи было невозможно, поэтому отец Алисы сразу пояснил:
— Это — мама Алисы, — потом обратился к жене: — А этот молодой человек приехал выразить свои соболезнования. Видишь, не забывают нашу дочку.
— Спасибо вам, — тихо поблагодарила та, глубоко вздохнув, и добавила: — А у нас вот свет погас. да вы садитесь, пожалуйста!
— Спасибо. Я хотел бы… могилу Алисы… — невнятно и сумбурно попросил Эдуард.
— да-да, конечно. Только сегодня поздно уже. Лучше завтра. А вам есть где остановиться? Можете переночевать у нас, — предложила хозяйка.
Эдуард испытывал противоречивые чувства. Усиливала их какая-то подсознательная мысль, что в ауре дома есть что-то необычное. Объяснение этого было где-то рядом, но найти его Эдуард не мог. Он не успел ответить на приглашение хозяйки. Внезапно зажегся свет, и Эдуард заметил, какими изумленными глазами воззрились на него родители Алисы.
Первым очнулся хозяин.
— Ты?!! Ты?!! — задыхаясь, спросил он. — Да как ты… посмел явиться… сюда?!! Убирайся! Немедленно!!!
Эдуард был ошеломлен внезапно изменившимся к нему отношением. Он сделал попытку объясниться:
— Подождите. Я не понимаю… Зачем вы так?.. Я только хотел выразить свое соболезнование, побывать на могиле Алисы, узнать не нужна ли вам помощь, познакомиться, поговорить с вами. Я не сделал вам ничего плохого. Зачем вы так?
— «Помощь»!.. — с едкой горечью произнес отец Алисы. — Помощник!!! Если бы не наша клятва Алисе — никогда не причинять тебе зла — я выбросил бы тебя за порог, как паршивую собаку!!! А не разговаривал бы сейчас с тобой! Поэтому, прошу, уходи по-хорошему. Наша терпение не беспредельно.
На протяжении всей беседы мужчин хозяйка стояла, уткнувшись лицом в ладони.
— Но… я хотел бы… — начал говорить Эдуард, но не успел.
Его перебил внезапно раздавшийся плач маленького ребенка. Эдуард сразу понял, что было тем необычным, что он ощутил, едва войдя в дом. Здесь царила та особая атмосфера, которая появляется там, где есть малыш.
Мама Алисы встрепенулась и устремилась из комнаты. Отец молчал. Эдуард, к голове которого прилила кровь и больно запульсировала в висках, почти шепотом произнес:
— Скажите, пожалуйста… какова причина… смерти Алисы?.. От чего она… умерла?
Хозяин махнул рукой и сурово и неприязненно отрезал:
— Тебе-то какая разница?!! Иди с Богом!!!
— Поймите, скрывать причину глупо!!! — закричал Эдуард, хотя он уже знал, знал, знал ответ. Он знал, что произошло. Знал, чей плач слышал только что. — Я все равно все выясню! Да поймите же!!!
— Роды тяжелые… а Алиса… молоденькая совсем… была… А-а!.. — с болью выдохнул хозяин. — Теперь ты все узнал. Уходи!