Мне Отмщение
Шрифт:
– Чтоб тебя приподняло да шлепнуло! Чтоб тебя сегодня дождем обрызгала!.
Сказала в сердцах, сгоряча, а через минуту уже улыбается и обнимается. Да мало ли чего в мыслях человеку в мыслях или на язык придет! Главное, чтобы в сердце зла не было. А у Ксюши зла такого на Ирину Владимировну не было. Никогда! Было недовольство, было возмущение. Точно – это было! И никуда от подобных фактов не денешься Но ведь не все, что появляется в наших мыслях, мы стараемся воплотить в жизни. Чаще всего оно в мыслях так и остается и потихонечку там умирает. А у нее вот взяло да и выплеснулось наружу. Зачем?! Для чего? Ведь ненависти у нее к Ирине Владимировне не было совсем. Ненависти к ней она не испытывала, не ощущала и не чувствовала ни в какой части своей души. Была неприязнь, была нелюбовь. Вот, пожалуй, и – все! Ну и что из того? Мы многих вокруг нас не перевариваем,
Причем, Ксюша, причем. И от этой страшной мысли, что она является виновницей смерти Ирины Владимировны, ей теперь уже никуда не деться. До конца собственной жизни. И потому – сначала Ирина Владимировна, а потом за ней – она, Ксюша. И только тогда оно все кончится, "оплатится", наконец, эта зловещая смертельная цена. Ну, что ж, к этому все идет; так оно, наверное, и будет. Справедливость должна восторжествовать. Зло должно быть наказано.Обязательно. По принципу – око за око, зуб за зуб. Обязательно. Ведь, если посеешь ветер, то пожинать приходится уже бурю. Так оно и получилось. Ой, Ксюша, Ксюша, милая, что же ты наделала?!
Ксюша и сама понимала, что жизнь она свою испортила окончательно.
И выхода она не видела никакого. Переживала страшно. Даже внешне она изменилась очень сильно. Она похудела, осунулась, глаза запали, под глазами – темные круги. Женщины из бюро подшучивали над ней:
– Наша Ксюшенька видать влюбилась! Глядите-ка, она ведь с лица вся спала. Точно – парень появился! Готовьтесь, девки, – скоро свадьбу будем играть! Так, Ксюша? Признавайся по честному!
Ксюша пыталась неловко отшучиваться, отнекиваться, ссылаясь на напряженную учебу в институте, но получалось не слишком убедительно. И женщины в бюро многозначительно поджимали губы – точно, скоро свадьба! Но свадьбой в жизни Ксюши даже и не пахло. Для свадьбы нужен парень. А парня здесь себе Ксюша не завела. Не получилось. Может, оно было бы, наверное. гораздо проще, если бы у нее появился парень. Парень, любовь, или даже простая привязанность к представителю противоположного пола отвлекли бы ее от собственных тяжелых мыслей, дали бы новый интерес, новый импульс, новое направление в ее жизни. И тогда бы она наверняка забыла о своей трагедии или стала бы воспринимать ее уже не так безнадежно остро, а уже через призму своих любовных отношений. А любовь – мощнейшее лекарство от всех жизненных неприятностей, особенно для женщин. Однако парня у нее не было. А учеба хотя и занимала у нее почти все свободное время, от тягостных мыслей все-таки не избавляли. Да и проблем особых учеба у нее теперь не вызывала. Практически все свои домашние задания и все свои контрольные работы она делала на работе, в своем уютном гнездышке, как выразилась одна из женщин бюро, глядя на цветовую ограду ее рабочего стола. И зимнюю свою сессию Ксюша сдала легко, без особого труда и особого напряжен6ия, и даже – без троек. И к летней сессии тоже подошла без затруднений, сдавая, по возможности, основную часть учебных зачетов и экзаменов досрочно, вне учебного графика.
Однако, летняя зачетная сессия – это еще, вдобавок ко всему, и годовщина смерти Ирины Владимировны, годовщина ее падения с 16-го этажа "стекляшки", падения, происшедшего с помощью ее, Ксюши. И чем ближе подходил этот день, тем большее беспокойство охватывало Ксюшу, тем страшнее ей становилось. А ночь перед этим днем она практически не спала, только иногда лишь впадая в какое-то сумрачное забытье. И перед закрытыми ее глазами постоянно стояла эта полусогнутая старушечья спина в открытом окне комнаты "стекляшки", куда тянется ее рука.
Утром она встала бледная, осунувшаяся, с черными провалами, лихорадочно блестевших глаз. Кое- как позавтракала и, не взяв ничего с собой на обед, пошла на работу. На работе зашла в свой закуток и сидела там, не выходя, несколько часов, до самого обеда. А в обед, когда женщины бюро разошлись по своим домам и комната их бюро опустела, она встала и вышла в вестибюль этажа. С обеих
Вестибюль этажа в это время был пуст. Те работники "стекляшки", которые обедали на своих рабочих местах, еще не пообедали, а просто так слоняющихся по вестибюлю здесь не бывало. Поэтому никто Ксюшу не остановил и не задал дурацких, никчемных вопросов о том или сем. Она прошла вестибюль и открыла дверь лестничного проема. Там было пусто. Только около окна стояло друг на друге несколько сломанных стульев. Ксюша переставила стулья на другое с место и подошла к окну. Окно было старое, еще Советских времен, но рамы были уже не деревянные, а сделаны из алюминия. Последний шик уходящего в небытие политического строя. Поэтому открыть окно не оказалось для Ксюши особой проблемой. Делала она все это спокойно, не торопясь, даже как бы рассудочно. Она распахнула створку окна и глубоко вздохнула, втянув в себя летний, жаркий, пахнувший городом и бензином воздух, перевела дыхание.. Затем встала на подоконник, закрыла глаза и шагнула вперед.
ЭПИЛОГ
"
Каждому – свое"
Падение Ксюши из окна шестнадцатого этажа инженерного корпуса ОАО "Машзавод", молоденькой совсем еще девушки из башкирского города Стерлитамак, своего рода, заводского "гастарбайтера", работавшей по договору в технологическом бюро ОГТ, повергло в шок всех обитателей "стекляшки". Никто ничего не мог понять. Что за чертовщина! Опять – несчастный случай?! Опять со смертельным исходом!? Как и год назад? Бред какой-то! Так что ж теперь, эту нашу "стекляшку" злой рок преследует? Она что, проклятая теперь? И как Ксюша оказалась на этом закрытом лестничном проеме? Зачем ее туда понесло? Ведь туда даже курить не ходили – на каждом этаже были свои, хорошо оборудованные курилку. Да она и не курила вовсе. И что она там делала? И одна ли она там была? И почему окно там оказалось распахнутым, когда окна в стекляшке должны быть все намертво закрыты?
Вопросы, вопросы, вопросы. И ни одного на них вразумительного ответа. В самоубийство молодой девушки, успешно учившейся в МИСиС-е и успешно начинающей работать в технологическом бюро, никто не верил. Трудно было поверить. Да подобный вопрос и не возникал ни у кого. Тогда – что же?! Никаких версий ни у кого не было. Ни у милиции, ни у коллег ее по работе, заводчан. Оставалось одно – несчетная любовь. Но оказалось, что у нее и парня-то не было. Все ее подруги говорили в один голос так говорили. Тогда – совсем ничего не понятно. Нет у случившегося никакого объяснения. Нет – и все тут.
Даже совпадения даты падения Ксюши с датой падения Ирины
Владимировны никого не насторожило, и никто не попытался связать оба эти события в одно неразрывное целое. А, случайное совпадение! Не стоит и голову ломать1
Лишь одна Саша догадалась об истинной причине случившегося. Но никому ничего не сказала. Зачем?! Она вспомнила мертвое лицо Ксюши, когда вбежала тогда в комнату, ее безумные ошеломленные глаза и слова, которые она непрерывно повторяла, глядя на открытое окно:
– Не – я!…Не – я!…Не – я!…
А в действительности же оказалась "она" Вот как жизнь иногда поворачивает! Целый год. терпела, терпела бедная девчонка, носила все в себе, ходила буквально сама не своя, переживала, нервничала, а вот в годовщину смерти Ирины Владимировны все-таки не выдержала, сорвалась. И – в окно! Вслед за ней, за своей жертвой!
Саша даже испуганно зажала рот ладонями, когда ей пришла такая мысль в голову. Зажала, чтобы даже слово о ее страшной догадке не смогло бы вылететь из ее рта. Они с Ксюшей подружились на фоне совместной учебы в институте и совместном месте работы в "стекляшке. И ей не хотелось портить репутацию Ксюше. Зачем? О мертвых плохо не говорят. Да и сама Ксюша Саше ничего плохого никогда не делала. Зачем предавать подругу? И Саша никому не сказала об этих своих подозрениях.