Мне ещё ехать далеко
Шрифт:
команды "Декарт" будут в конце концов найдены. Сейчас должно
существовать уже целое поколение автономных Боло, однако
тому, кто сюда явится, Ника все равно преподнесет не один
сюрприз. Кто бы вы ни были, позаботьтесь о ней. Она - умная
девочка. Конечно, мои изобретения заставят кое-кого
попотеть! Многие станут рвать на себе волосы от одной мысли
о том, какими способностями я наделила свое создание. Но я
ничуть не раскаиваюсь. Она - единственная в своем роде. Она
была мне подругой, и не только...
Пожилая женщина на экране вздохнула. Ее
Когда твое чело избороздят
Глубокими следами сорок зим,
Кто будет помнить царственный наряд,
Гнушаясь жалким рубищем твоим?
И на вопрос: "Где прячутся сейчас
Остатки красоты веселых лет?"
Что скажешь ты? На дне угасших глаз?
Но злой насмешкой будет твой ответ.
Достойней прозвучали бы слова:
"Вы посмотрите на моих детей.
Моя былая свежесть в них жива.
В них оправданье старости моей".
Пускай с годами стынущая кровь
В наследнике твоем пылает вновь!
(Отрывки из цитируемых автором здесь и далее стихотворных произведений В. Шекспира и Р. Бернса приведены в переводах С. Маршака, Р. Киплинга - И. Грипгольца, Р. Фроста - И. Нашкина.
– прим. перев.)
Она зажмурилась, а потом кивнула в объектив, словно обладала способностью видеть того, кто придет неведомо когда, оценивать его, проникать ему в душу.
– Возможно, цитата местами неточна, - тихо проговорила
она, - но, надеюсь, Шекспир на меня не обидится.
Позаботьтесь о моем детище, кто бы вы ни были.
Экран погас. Меррит опустил голову.
– Вы тоже были умницей, майор, - пробормотал он.
– Именно так, - раздалось негромкое сопрано, и Меррит увидел зеленую лампочку под динамиком, откуда оно раздалось. Ознакомившись с журналом Ставракас, он больше не удивлялся, когда Ника подавала голос по собственной инициативе. После недолгого молчания машина продолжила тем же тоном:
– Я не знала, что в моей памяти есть это послание, господин капитан. Видимо, она записала его, отключив меня.
– Она не хотела, чтобы ты из-за нее беспокоилась.
Меррит отказывался размышлять о том, как прореагировали бы на этот разговор психиатры. Любой офицер из бригады "Динохром" мог без конца цитировать главы из учебников, предупреждавшие против братания с Боло. Учебники твердили, что Боло - боевые машины. Пускай они осознают себя и являются личностями, все равно они остаются машинами, построенными для того, чтобы сражаться с врагами человечества и гибнуть. При подведении итогов потери Боло отождествлялись с потерями техники. Об этом знали и сами Боло, однако люди - их командиры и однополчане - то и дело забывали. Точно так же об этом забыл сам Меррит на Сендлоте.
– Да, я делаю вывод, что вы правы, - согласилась Ника после непродолжительного молчания.
– Зато она тобой гордилась. Должен признать: она имела на то основания.
– Действительно?
– Ника была польщена. Меррит представил себе наклоненную набок женскую головку и приподнятую бровь.
– После моего развертывания истекло больше семидесяти девяти лет. С тех пор наверняка появились новые Боло, превосходящие меня способностями.
– Напрашиваешься на комплимент, Ника?
– Меррит усмехнулся и потрепал
– Майор Ставракас была права: многие стали бы рвать на себе волосы, если бы услышали твои речи.
– Почему?
– бесхитростно спросила машина.
– Потому что они боятся, как бы Боло не стали слишком похожими на людей.
– Их пугают возможные поступки таких Боло? Или их отказ повиноваться?
– Им не хочется, чтобы Боло задавали подобные вопросы.
– Меррит посерьезнел.
– Ты чрезвычайно мощная боевая машина, Ника. Пока что не случалось, чтобы неповрежденные Боло ослушались приказов, зато с дефектными Боло такое бывало... Поэтому в Бригаде по-прежнему озабочены сохранением контроля за новыми автономными системами. На модель XXV не наложено прежних запретов, но ограничители все равно предусмотрены.
– Разумная предосторожность, - отозвалась Ника спустя непродолжительное время.
– Машина, действующая иррационально и обладающая моей боевой мощью, была бы слишком опасна для своих.
– Боюсь, мне придется с этим согласиться. Именно поэтому ты способна огорчить конструкторов. Ведь ты лишена взаимодублирующих систем, которыми оснащены модели XXIV и XXV. С технической точки зрения, это делает тебя более подверженной поломкам в бою. Но, с точки зрения штабных, хуже другое: насколько я успел понять, майор Ставракас так преобразила твою личность, что ты резко расходишься даже с принятыми сейчас параметрами. Довольно уже того, что ты лишена львиной доли требуемых ограничителей. Современные Боло не так активны в небоевой ситуации, к тому, же твои личностные характеристики оставляют далеко позади свойства модели XXV. Не могу утверждать наверняка, но, думаю, ты посрамила бы даже "Червя Омегу".
– Что это такое?
– Извини. Так посвященные называют программу полного системного подавления.
Воцарилось молчание. Казалось, двое людей затронули весьма щепетильную тему и смущенно смолкли. ППСП представляла собой могучее средство борьбы с взбунтовавшимися Боло, файл-убийцу, уничтожающий все рабочие файлы в памяти Боло, отказывающегося подчиняться приказаниям своего командира. Многие в Бригаде, включая самого Меррита, ставили под сомнение необходимость ППСП. После появления искусственного мозга интеллект Боло был оснащен столькими аварийными системами, что возможность иррационального поведения могла быть снята с повестки дня. К тому же, как он уже уведомил Нику, нормальные Боло никогда не саботировали законные приказы. Однако ППСП вводились во все системы, начиная с первых, обладавших самоосознанием. Но кому приятно чувство, что в твоем мозгу предусмотрена возможность самоубийства, и управляешь этим не ты, а другие...
– Наверное, вы правы, господин капитан, - молвила Ника спустя секунду, и брови Меррита взлетели на лоб от ее задумчивого тона. Сопротивляться этой программе беспрерывно я бы не смогла, но дополнительные способности, которыми меня оснастила майор Ставракас, позволили бы мне не поддаваться ее действию минут сорок, а то и час. Является ли это недопустимым фактором риска в моей конструкции?
– Вряд ли. Конечно, принимая во внимание мой послужной список, я не могу выступать беспристрастным судьей. Фактор риска зависит от того, как велика вероятность, что ты выйдешь из повиновения.