Младший сын мэра
Шрифт:
— Настя… я сожалею…
— А я нет! — перебивает она.
— Я сожалею, что все так получилось. Я не хотел причинить тебе боль.
— Мне не больно!
— Прекрати врать! Я вижу, — успокаивающий вдох, медленный выдох, — но то, что произошло здесь, останется за этой дверью. Ты обещала.
— Я помню.
— Очень на это надеюсь, — киваю я, — если, упаси Боже, будут последствия, ты мне сообщишь, о’кей?
— О’кей. Последствий не будет, не волнуйся, — шепчет неживым голосом, глядя в сторону, —
— И почему мне не верится? — усмехаюсь тихо.
Настя слабо улыбается.
— Езжай в свою Москву, учись, работай… А я здесь останусь, закончу вуз, работать начну, может, встречу кого-нибудь…
— Встретишь, Настя. Обязательно встретишь.
Глава 14
Следующую неделю я проживаю с навязчивым ощущением свершившейся катастрофы. Сама себе не могу объяснить, почему. По итогу я своего добилась, осуществила заветную мечту. Слова и реакция Кирилла тоже не стали неожиданностью. Не настолько Настя Денежко наивна, чтобы ждать, что парень воспылает любовью только потому, что стал первопроходцем.
Тогда откуда это чувство? Мерзкое липкое, сильно похожее на угрызения совести. Да, я виновата, по части моего опыта я его обманула, но в остальном твердо намерена держать свое слово. Не буду ему ни писать, ни звонить, даже если начнется ломка, даже если от боли загибаться буду.
Я решила его отпустить.
Плетусь из магазина до дома, на ходу листая новостную ленту. В директе несколько неотвеченных сообщений, на которые мне пока плевать.
Шагнув во двор моего дома, гашу экран, но телефон в этот момент начинает звонить.
— Денежка, ты куда пропала? Почему не отвечаешь? — говорит он требовательным голосом Лизы.
— Приболела немного.
— Выздоровела?
— А что?
— Нас всех сегодня Карина в кафе приглашает, — сообщает подруга.
— Повод? У нее же не день Рождения?
— Повод узнаешь, когда придешь…
Блин… Идти никуда не хочется, общаться ни с кем не хочется.
— Явка строго обязательна, потому что ты сама себе потом не простишь, если не придешь.
— Хорошо, — вздыхаю шумно, — скинь адрес.
К вечеру облачаюсь в джинсы и, чтобы совсем уж не выглядеть буднично, надеваю нарядную блузку с длинным рукавом и декольте.
— Че кислая такая? — интересуется Лешка, жуя пряник.
— Голова болит.
— Всю неделю?
— Ты такой внимательный! — всплескиваю я руками, — как обычно, суешь нос не в свои дела.
— Да мне-то пофиг, мать переживает.
— Все нормально у меня, — говорю примирительно.
Не думала, что мое состояние заметно постороннему глазу. Я не планировала впадать в депрессию, но, кажется, ее мое мнение не интересует.
Мне действительно плохо.
В кафе еду на маршрутке, оно всего в нескольких остановках от моего дома. Спрятав руки в карманах тонкой белой ветровки, вышагиваю по тротуару, глядя под ноги, а когда захожу внутрь, вижу что все уже в сборе. Завидев меня, машут руками, а Карина встает и идет мне навстречу.
— Привет, — улыбается приветливо, обнимает за плечи и ведет к столику.
Мне немного не по себе от ее близости. Она тоже его любит, а он переспал со мной. Вроде как, предателем себя чувствую, хотя никого и не предавала.
Усевшись между Катей и Тасей, вешаю сумку на спинку стула и складываю руки на столе. На нем вино, шампанское, закуски и овальное блюдо с пирожными.
— Мы что-то отмечаем? — спрашиваю бодро, — ты замуж выходишь?
— Почти, — загадочно дергает бровями Лиза.
— Не поняла, — перевожу взгляд с одного лица на другое.
Карина смущенно хихикает и бьет Лизу по плечу.
— Я снова что-то пропустила? — повторяю вопрос.
— Карина за отъезд проставляется, — тихо отвечает за нее Тася, — она в столичный вуз переводится, там заканчивать будет.
Прикрываю глаза и проваливаюсь под лед, не успев сделать последний вдох. Грудь горит огнем, это так больно, что я хватаюсь за нее руками.
— К Греховцеву едешь, значит? — выговариваю сипло.
Я хотела ее смутить, увидеть вину в ее глазах, хотя бы замешательство. Но нет, закинув голову, она заливисто смеется.
— Нет, конечно, Насть!
— Ну, ты ведь в тот же вуз переводишься? Тот, в котором он учится?
— Ну, да, — беспечно пожимает плечами.
— И поэтому такая счастливая, верно?
Я, наверное, сейчас выгляжу и веду себя как стерва, но мне почему-то кажется, что и она, и Кирилл, сговорившись за моей спиной, оба предали меня.
Сердце мелко дробно стучит, ногти царапают ладони. Вся внутренне сжавшись, я смотрю в ее счастливое лицо.
— Он знает?
— Что?
— Знает, что ты переводишься? Ты же ему сообщила?
Тася, спустив руку под стол, щипает мое бедро, но меня уже не остановить. Я вижу ответ в глазах Карины. Он знает, и он ждет ее там.
— Успокойся, Насть, — шепчет в ухо подруга.
— Правда, — вступает Лиза, — ты чего завелась, Денежка? Насколько я знаю, между тобой и Грехом ничего нет. Ты сама говорила, что уже забыла его.
Боже, да мало ли что я говорила?! Я постоянно что-то несу. Порой сама путаюсь, правду говорю или лгу. Я лживая Настя! Но и они все тоже врут! Почему я всегда обо всем узнаю самая последняя? Почему от меня вечно что-то скрывают?