Младший инквизитор
Шрифт:
– Я же тебе сказал, не шевелись! – возмутился старик. – Ну и как это понимать?
– Может, это вы объясните? – Я был возмущен не меньше. – Что это было?
– Если ты маг по крови, облако окутало бы тебя и исчезло, так как твоя магия растворила бы его. А если бы ты был отравлен зельем, облако, так сказать, принюхалось бы и, не признав в тебе мага, улетело бы обратно в котел и свалилось бы туда вот такой вот неприятной жижей.
– Так оно и свалилось жижей, а не исчезло. Значит, я отравлен зельем.
– Да, но ты махал рукой, – старик задумчиво почесал
– Может, вы немного ошиблись в приготовлении этого варева?
– Я его идеально составил. Ошибки не было. Но, ты прав, важно то, что получилось в итоге. Отлично! В главном мы разобрались.
– Это вы разобрались, лично я в себе не сомневался.
– Тогда продолжим.
Старик отодвинул в сторону примус и бутылки с порошками. Потом из-под резиновых сапог вытащил большое, глубокое глиняное блюдо и поставил его посередине стола. Он смешивал в этом блюде зелья и порошки и читал заклинания. Прошло немного времени, старик сказал:
– Давай сюда свою ладонь.
Я с ворчанием повиновался. Он сжал мой кулак, рана опять открылась. Он накапал моей крови в готовую смесь. Но ничего не произошло. Я смотрел в чашку с зеленью, как и старик. Спустя минуты две я спросил:
– И что же мы ждем?
– Реакцию. Хочу узнать, чем тебя отравили, каким зельем и заклинанием.
– Ответ нам скажут или напишут в воздухе? – иронично спросил я, вглядываясь, как идиот, в тарелку.
– Покажут.
Наконец, воздух над чашкой помутнел, а потом над ней распустился призрачный фиолетовый цветочек.
– Фиалка, – старик взял блокнот и записал это. Когда рядом с фиалкой появился еще один цветочек, он записал и его название, потом показалась ветка кустарника. Старик продолжал деловито записывать.
– Рецепт того, чем меня отравили? – спросил я.
Старик лишь кивнул, сосредоточенно всматриваясь в появляющиеся призрачные растения. После десятого или двенадцатого растения брови старика удивленно поползли вверх. Но призрачные растения появлялись и появлялись над блюдом, создав уже призрачную миниатюрную полянку. Старик со злости шлепнул блокнот о стол.
– Не может этого быть! Это вовсе не ингредиенты! Потому что мое заклинание должно было показать, из каких частей состоит отравляющие зелье. А это просто лес в миниатюре!
Растения, ветки кустов и даже отдельные ветви деревьев все продолжали появляться. Где-то среди травы залетали полупрозрачные стрекозы, пчелы, бабочки.
– Надеюсь, их в зелье не положили, – поморщился я, представив, что я мог этот состав каким-то образом выпить.
– Конечно нет, – старик ошеломленно таращился на призрачную картину леса. – Барашки.
– Что? – не понял я.
– Посмотри сюда.
Я разглядел на миниатюрном лужку призрачных барашков.
– Как будто танцуют гопак. – Я был ошеломлен. – И это у меня в крови?! Да что же это за зелье такое?
Старик сыпанул из солонки соль в тарелку, и видение леса вмиг исчезло.
– Все ясно, – сказал он. – Это была суть твоей магии.
– Но почему в моей крови какие-то барашки?
– Ну, на самом деле их там
– Что? – Я совсем ничего не понимал.
– Какие виды магии бывают? – словно учитель, спросил старик.
Я пожал плечами и попытался вспомнить, что мы проходили на инквизиторских курсах, но в голове звучала лишь одна фраза из учебника: «Магия есть зло. Она служит только для того, чтобы вознестись над всеми людьми и управлять ими».
– Магией может обладать не только человек, – стал объяснять мне старик, – есть магические существа, есть магические предметы. Естественно, и магия будет разной природы у человека, человекоподобного существа и у магического предмета.
– Ясно, у всех своя магия, – кивнул я.
– Да, магический ли это камень или корень мандрагоры, а, может, кикимор болотный – у них разная магия. А если говорить о силе магии, то, если хочешь знать, самая сильная магия не у человека, а у магических существ – таких как феи, русалки, кентавры, единороги. Их магия намного сильнее человеческой, потому-то инквизиция их ужасно боится и всячески ограничивает их свободу. Но мало кто знает, какими магическими способностями они обладают. Давным-давно существовал трактат отшельника Есения – он записал свои разговоры с единорогом. Единственный раз, когда магическое существо рассказало о своей жизни, о чувствах, о взглядах на мир. Этот трактат веком позже сожгла инквизиция. Величайший труд пропал в огне, – со вздохом сказал старик.
– Россказни парнокопытного величайший трактат?
– Какое варварство, думать так о единороге – существе, равном человеку по разуму! – возмутился старик. – Хотя чего еще ожидать от будущего инквизитора.
– Забудем о единорогах. Мне интересно знать, почему моя магия выглядит как цветочки и барашки.
– Потому что твоя магия не человеческая, а растительная. Как будто я тестировал не человеческую кровь, а охапку магической травы.
– Как такое может быть?
– В том то и загадка, как тебе могли передать магию растений. Я впервые вижу такое.
– А раз не видели и не слышали о таком, то и лечить вы не знаете как, – за него договорил я.
– Ну, допустим, останешься ты магом. Что в этом плохого?
– А что хорошего быть магом?! Маги отвратительны!
– С чего это?
Я поругал себя, что, не сдержавшись, оскорбил старика, но с самого раннего детства отец учил меня никогда не доверять магам и остерегаться подвоха с их стороны. «Знай, – говорил он, – на самом деле они не белые и пушистые, какими стараются себя показать. Это самые низкие и коварные люди, цель их жизни – владеть как можно большим количеством ужасных заклинаний, чтобы применять к ничего не подозревающим простым людям. Так же маги прячут волшебных существ. Что противозаконно, так как волшебные существа – бомбы замедленного действия и подлежат изъятию и изгнанию в пустынные дикие места».