Мизеус
Шрифт:
– О чем думаете?
– Я думаю о том, что собираясь дома выпить чаю, можно оказаться в гробу.
Надо говорить, это отвлекает, судорожно думала она, ощущая,
Бруно с серьезным видом кивнул.
– Да, жизнь непредсказуема в этом смысле.
Затем улыбнулся.
– Я забыл…секунду… подушечку для удобства.
И нечаянно коснувшись женской шеи, Бруно заботливо положил под голову Анны подушечку.
– Так лучше?
Анна не ответила, приступ отступил, и она оказалась во власти каких-то волшебных ощущений. Она снова глубоко вздохнула.
– А какой гроб купила Петра? Она видела этот?
– Нет, у нее был спецзаказ. Она приезжала взглянуть, как вышло.
– С кадрами из ее фильмов?
Дзынь! По улице проехал велосипед. Она скучает по этим велосипедным звоночкам.
Бруно что-то ответил по-итальянски и засмеялся.
– Вы итальянец?
–
– А в России? В России были?
– Нет, там бывать не приходилось. Так вы русская?! Как я сразу не догадался! Загадочная и глубокая русская душа!
Русская душа промолчала, подумав, что этот Бруно, наверное, дурак. Одновременно она увидела, что взгляд его скользит по ее телу, и взгляд этот мужской совсем не двусмысленнен. Она с удивлением уставилась на этого такого откровенного и привлекательного в его молодости мужчину, глядящего с нежным, вопросительным вниманием и тут же глаза закрыла. Кубарем скатившись с горы, Анна бесшумно ушла под воду, секунды забвения, и вдруг вынырнула, услышав, как оглушительно хлопнула дверь. Кто-то вошел в салон, стуча каблуками. Анна открыла глаза и приподняла голову.
Конец ознакомительного фрагмента.