Миттельшпиль

Симмонс Дэн

– Вы думаете, вам удастся поймать того, кто напал на меня вчера ночью?
– Натали внезапно почувствовала усталость. Она откинулась на подушки, шериф помог приподнять изголовье кровати.

– Вряд ли, если мы будем полагаться на отпечатки пальцев и лабораторные исследования, - сказал Джентри.
– Мы проверяем кровь на “Никоне”, но от этого проку мало. Единственный способ что-то узнать - это продолжать расследование, так или иначе.

– Или подождать, пока он снова на меня нападет...

– Нет-нет, этого вряд ли можно ожидать. Я думаю, они уже

передали нам то, что хотели.

– “Хочешь найти ту женщину? Ищи в Джерман-тауне”, - снова повторила Натали.
– А женщина - это Мелани Фуллер?

– А вы можете назвать кого-нибудь другого?

– Нет. А где этот Джермантаун? Это место действительно существует? Как, по-вашему, это не связано с оберстом Сола - вроде какого-нибудь кода?

– По крайней мере, я знаю два Джермантауна. Кварталы в северных городах. Кажется, в Филадельфии есть историческая часть города с таким названием. В моем маленьком атласе их не оказалось, но я собираюсь пойти в библиотеку, покопаться в справочниках. На код не похоже. Просто название местности.

– Но зачем кому-то сообщать нам, где она находится?
– спросила Натали.
– И кто это может знать? И почему именно нам?

– Замечательные вопросы. Только ответов у меня пока нет. Если то, что рассказал Сол, правда, тогда здесь замешано нечто гораздо большее, чем он сам понимает.

– А не мог этот вчерашний мерзавец быть.., ну, чем-то вроде агента самой Мелани Фуллер? Кто-то, кого она использовала - наподобие того, как оберст использовал Сола? Может, она все еще в Чарлстоне и пытается навести нас на ложный след?

– Может быть, только все эти сценарии, когда начинаешь их продумывать, рассыпаются в прах. Если Мелани Фуллер жива и по-прежнему в Чарлстоне, зачем ей вообще понадобилось давать знать о себе? Особенно нам. Кто мы такие, в конце концов? Этим делом занимаются две городские организации, три отдела органов правопорядка штата плюс это чертово ФБР. Все три телекомпании на прошлой неделе показали программы на эту тему, в понедельник на той неделе окружной прокурор провел пресс-конференцию, на которую сбежалось полсотни репортеров, кое-кто из них все еще пытается что-то разнюхать... Кстати, я именно поэтому не записал в журнале происшествий, что ваша машина вчера стояла прямо напротив дома Фуллер. Представляю, какие были бы заголовки, скажем, в бульварных газетенках: ЕЩЕ ОДНА ЖЕРТВА ЧАРЛСТОНСКОГО УБИЙЦЫ!

– Так какой же сценарий кажется вам наиболее правдоподобным?
– спросила Натали.

Джентри отодвинул столик на колесиках в сторону и присел на край кровати. Несмотря на свою массивную фигуру, он двигался легко и почти грациозно: создавалось ощущение, что под этой массой скрывается пластичный и хорошо тренированный атлет.

– Допустим, Сол рассказал нам чистую правду, - тихо проговорил Джентри.
– Значит, мы столкнулись с ситуацией, когда несколько этих вампиров мозга сражаются друг с другом. Нина Дрейтон мертва. Я видел ее тело до и после морга. Чем бы она ни являлась при жизни, сейчас она просто прах. Люди, забравшие ее тело, кремировали его.

–

А кто забирал тело Нины Дрейтон?

– Не родственники. И даже не друзья. Нью-йоркский адвокат, который был ее душеприказчиком, и два члена корпорации, где она была одним из директоров.

– Значит, Нины Дрейтон нет. Кто же остается? Джентри поднял три пальца.

– Мелани Фуллер, Уильям Борден - этот оберст Сола...

– Значит, только двое.
– Натали пристально глядела на оставшийся палец.
– А кто же третий?

– Множество из миллионов неизвестных, - вздохнул Джентри, пошевелил всеми десятью пальцами и перевел разговор на другую тему.
– Знаете, у меня для вас рождественский подарок.
– Он вытащил из кармана куртки конверт. Там оказалась рождественская открытка и билет на самолет.

– Рейс в Сент-Луис, - прочла Натали.
– На завтра.

– Ага. На сегодня билетов не было.

– Вы меня выгоняете, шериф? Хотите избавиться?

– Можно и так сказать.
– Джентри широко улыбнулся.
– Я знаю, что позволяю себе вольности, миз Престон, но я буду чувствовать себя гораздо лучше, если вы уедете к себе - пока не развеется весь этот вздор.

– Просто не знаю, что думать... Почему я буду в большей безопасности в Сент-Луисе? Если за мной кто-то охотится, он найдет меня и там.

Джентри сложил руки на груди.

– Это вы хорошо подметили, но я не думаю, что за вами кто-то охотится, ведь правда?
– Натали молчала, и он продолжил.
– В любом случае вы мне сказали недавно, что у вас там друзья. Фредерик мог бы пожить у вас...

– Мне не нужны ни телохранитель, ни нянька, - холодно бросила Натали.

– Возможно. Но там вы будете заняты чем-то, окружены друзьями, а главное, вы выйдете из этой чертовой игры, в которую тут играют, убивая людей, заставляя их убивать других, нападая на девушек...

– А как же быть с поисками убийцы моего отца? Кто будет следить за домом Фуллер до того, как Сол даст о себе знать?

– Один из моих помощников присмотрит за домом. Я получил разрешение миссис Ходжес, чтобы кто-то пока пожил у нее - наверху, в кабинете мистера Ходжеса. Окна его как раз выходят в общий с Фуллер двор.

– А вы что будете делать?

Джентри взял шляпу с кровати, смял тулью и нахлобучил ее на свой вспотевший лоб.

– Я решил взять что-то вроде отпуска, - вздохнул он и почему-то покраснел.

– Отпуск?
– изумилась Натали.
– В разгар всей этой истории? Когда ничего еще не ясно? Джентри улыбнулся.

– Примерно так же отреагировало мое начальство. Но дело в том, что я не был в отпуске два года, округ мне должен недель пять по крайней мере. Наверняка я могу себе позволить уехать на пару недель, если мне так уж захочется.

– И когда же вы уезжаете?

– Завтра.

– Куда?
– В голосе Натали было не только любопытство.

Джентри потер щеку.

– Ну, я думаю, что можно смотаться на север, посетить, скажем, Нью-Йорк. Давненько я там не был. А потом я мог бы провести пару дней в Вашингтоне.