МИТТ

Шкин Александр Михайлович

Капитан лежал на матах и смотрел на железные перекрытия потолка, весь мокрый от пота и измочаленный, как будто его только что, вынули из стиральной машины.

А Сашка, только, дыхание чуть сбил. Стоял и беззаботно улыбался. Вокруг собралась толпа народа. Здесь как раз проходила тренировка бойцов местного спецназа.

К Сашке подошёл, мужчина в возрасте, далеко за пятьдесят. Но крепкий и мощный.

— Как звать? — Обратился он к Сашке, немного грубо.

— Александр — ответил он.

— И всё?

— Всё-о…

— Хмм… Хотя с такой охраной и этого

достаточно… Спецбригада?

— Спецбригада — вновь коротко повторил Сашка.

— Тогда, понятно… Хочешь ещё размяться?

— Хотелось бы… А вы инструктор?

— Инструктор — усмехнулся тот — только, это мне, уже в пору, тебя называть, учителем — и склонил голову.

— Не дорос я — без тени насмешки, ответил Александр — давайте четверых, самому интересно, выстою ли.

Инструктор кивнул и одними глазами вызвал из толпы, четверых крепких бойцов.

И вот тут Сашке пришлось не сладко, хоть и за счёт скорости, уходил он от наносимых ударов, бил сам, но всё же отделали его знатно. Всё тело сплошной болючий кусок мяса. Но выстоял, выстоял, не упал, только, на одной воле выстоял.

Инструктор остановил бой, когда на татами он остался один. Подошёл и крепко пожал ему руку. Затем обернулся к зрителям.

— Вот ребята, как готовят бойцов в спецбригаде. Эх, нам бы таких инструкторов. Поздравьте парня. Это настоящий воин. По одному, спецназовцы подходили к Сашке и крепко жали руки, почтительно склоняя головы.

Потом был душ, контрастный, холодный, горячий, и снова холодный, и снова горячий. А затем Сашка, не выдержав, отключил свои болевые ощущения. И уже бодрой походкой прошагал в раздевалку.

— Силён, ты парень — восхитились парни в раздевалке, увидев его бодрым и полным сил.

Сашка улыбнулся в ответ, и начал одеваться.

— Эх, знали бы вы, как мне хреново — подумал он — мне бы быстрее до Бесёнка добраться.

До Марины они добрались только через полчаса. Всю их процессию тормозил хромавший и тихо матерящийся капитан, под насмешливые взгляды одарённых бойцов Сашкиной охраны и под растерянные, местного спецназа.

Увидев Сашку в таком состоянии, Марина и сама, опустошённая недавним лечением рака лёгких губернатора, соскочила с кушетки, где хотела немного вздремнуть и восстановиться после сытного и обильного обеда, вскочила и, поглядев сначала на бодрого старшину, тот кивнул ей в ответ, потом подошла к нему.

— Ложись быстро, на тебе живого места нет, и восстанови работу своих рецепторов, я сама уберу боль.

Ещё через полчаса на кушетке уже лежал старшина Габриэлов и улыбался во сне. А Сашка направился в столовую, где взял двойной комплексный обед. Он был бодр и здоров, но вот половину своего резерва, почти насильно, перекачал Бесёнку. И та, теперь, тоже, сладко посапывала на соседней кушетке недалеко от старшины. Под двойной охраной, и своих, и местных.

На следующий день, пока губернатор ещё отлеживался в госпитале, под пристальным вниманием Иркутской медицинской профессуры, Сашка и Марина, со всей своей охраной отправились навестить семью

Бесёновых. Куда-то, в тьму таракань, в район завода, выпускающего технические авиаграфы и военные боты. Со смешным названием второй Иркутск. И как они тут определяют, где второй, а где первый — усмехался Сашка, глядя в бронированный иллюминатор авиаграфа.

Марина ещё с утра позвонила матери и отцу, что она в Иркутске. А первый заместитель губернатора, распорядился, что бы сегодня, вся семья доктора, была в сборе и обеспечена всем необходимым, и даже больше.

Большой, кирпичный дом, на окраине, оказался в сплошном оцеплении, военных, когда они приземлились у самых ворот, прочных и видно было, совсем новых.

Из калитки, сбоку выглянула одна из невесток Марины и, ойкнув, исчезла, громыхнув, такой же новенькой дверцей.

Затем на всю ширь распахнулись ворота и в них появился здоровенный такой, в ширь, не в высоту, рыжий бородатый мужик и рядом с ним маленькая, на вид за сорок, женщина. А в глубине двора скучковались, такие же рыжие, бородатые, приземистые, копия хозяина, мужчины. И разного роста, возраста и цвета волос, женщины и дети.

Марина при виде их не удержалась и, с визгом, растолкав охрану, бросилась сначала на грудь отцу. Ведь это, конечно же, был он, а рядом с ним, мама.

— Тебя охраняют, как королевну — пробубнил он басом, легко поднимая её на руки, как маленькую, и усаживая себе на руку.

Хотел расцеловать, покрутил головой, оглядывая её наглухо закрытый шлем, таково распоряжение начальника охраны. Пожал плечами и спустил на землю. Затем были долгие объятия мамы и, только, потом подошли и остальные.

Уже в доме, начальник охраны, бойцов спецбригады, разрешил Марине и Сашке снять шлемы.

И снова объятия, слёзы, радости встречи и бесчисленное число поцелуев.

После первых тостов за праздничным столом, начальник охраны, отозвал главу семейства в сторону. Именно ему было поручено, провести переговоры с этим рыжим бородачом. Предварительные, конечно, проводились, но не принесли результата.

— Вы знаете, кто ваша дочь? — Начал начальник охраны, не ходя вокруг, да около.

— Ну… Я уже сказал, никуда не поеду.

— Хорошо, насильно вас никто переселять не собирается. Но уточню, Марина Ивановна, лучший доктор, современности. Вчера, по секрету скажу, она подняла на ноги Хлебова, всего за один день. Хотя все врачи оказались бессильны. Это раз. Второе, она жена приёмного сына, господина Митта, слышали о таком?

— Митта? Это, который, президентом будет? Дельный мужик, за него и буду голосовать. Э-ээ, погоди, как так? Вот же засранка… Моя дочь, невестка президента?

— Да, невестка будущего президента. Подумайте над переездом, сразу после выборов. Хотя, у вас, скорее всего, и пути другого не будет. Нет, никто вас насильно, никуда, не потянет. Но представьте, вот такой бардак, как сегодня, здесь будет творится каждый день. Двойное кольцо оцепления, охрана каждому члену семьи, в сортир, и в тот, будете ходить с охраной. Президент, это… Это… Не шутки. Короче думайте.