Мистер Апрель

Гудин Николь

— Спасибо, что подвезли, — бросаю я через плечо, выскальзывая из машины и направляясь в толпу.

По дороге сюда у меня был план, который тоже казался простым: подобраться к Беккету как можно ближе, а затем выкрикивать его имя, пока он меня не заметит.

Вот и все. Но, учитывая происходящее передо мной, быстро становится очевидно, что этому плану не суждено осуществиться.

Я просто буду одной из тех, кто будет выкрикивать его имя, когда он появится, и если захочу оказаться где-нибудь рядом, где

он сможет меня увидеть, то, вероятно, мне нужно будет разбить лагерь на ночь или сделать что-нибудь в этом роде.

Тем не менее, я прокладываю себе путь в толпе людей, проскальзывая в промежутки, когда они появляются, и говорю: «Извините, простите», когда женщины мечут в меня кинжалами.

Лучшее, что я могу сделать, это отойти на два метра от ограждения, окруженное таким количеством людей, что я не могу сосчитать.

Он никогда не увидит меня здесь.

Я на мгновение закрываю глаза, признавая свое поражение, и пытаюсь подумать о том, что, черт возьми, собираюсь делать дальше.

Завтра у него запланировано еще одно выступление, но оно будет примерно таким же. Я тоже буду там еще одним лицом в толпе.

Может быть, это все, чем я когда-либо была в его жизни. Просто еще одно лицо в толпе.

Все справа от меня начинают визжать и вопить, и, как какая-то мексиканская волна, шум проходит надо мной и продолжается в толпе слева от меня.

Вот тогда-то и начинают выкрикивать его имя.

Мои глаза распахиваются, и внезапно я становлюсь такой же, как эти безумные женщины — я умираю от желания хотя бы мельком увидеть его.

Я приподнимаюсь на цыпочки, пытаясь оказаться выше женщины передо мной.

Крики стали оглушительными — я даже не слышу собственных мыслей. Я приподнимаюсь чуть выше и только тогда вижу его.

Я вижу только его макушку и половину лица, но этого достаточно, чтобы мое сердце пустилось вскачь.

Это он. Это действительно он, и он не на страницах какого-нибудь глянцевого журнала и не за экраном моего компьютера.

Он здесь. Прямо передо мной.

— Беккет! — Я ловлю себя на том, что кричу.

Это звучит как крик сумасшедшего, но мне все равно.

Он приближается к тому месту, где я стою, и я чувствую, как люди передо мной сжимаются в кучку, а те, кто стоит позади, прижимают меня еще сильнее.

Мы все просто пытаемся подобраться как можно ближе.

Я пытаюсь подняться достаточно высоко, чтобы снова увидеть его, но это бесполезно, он слишком близко к барьеру, в нескольких метрах передо мной. Это неправильный угол.

Я чувствую себя так, словно попал в переделку, а потом давление ослабевает, и я понимаю, что он движется дальше.

Я даже не встречаюсь с ним взглядом. Я потерпела неудачу.

— Беккет! — Я снова кричу. — Бек!

Люди передо мной мягко расступаются, и я вынуждена последовать их примеру,

что еще больше отдаляет меня от того места, где я действительно хочу быть.

— Дэниел Беккет! — Я кричу во всю глотку, делая единственное, что приходит мне в голову, что могло бы выделить меня из сотен других, но это бесполезно.

Он ушел.

Я оборачиваюсь и замечаю ухмылки на лицах женщин позади меня.

— Она даже не знает, как его зовут. — Одна хихикает другой.

— Как неловко, — присоединяется другая.

Я закатываю глаза и протискиваюсь между ними.

Мне нужно убраться к чертовой матери из этого места, пока я окончательно не сошла с ума.

Я проталкиваюсь сквозь толпу, пока не оказываюсь в свободном конце зала. Я глубоко вдыхаю и прерывисто выдыхаю.

Там есть скамейка, и, не успев даже подумать об этом, я забираюсь на нее, чтобы лучше видеть.

Это работает. Я вижу его.

На нем темные джинсы и простая белая футболка. Он выглядит достаточно аппетитно, чтобы его можно было съесть.

Он фотографирует и что-то подписывает. Он улыбается своим поклонникам.

Я медленно спускаюсь вниз, пока мои ноги снова не оказываются на земле.

Я бы хотела поговорить с Джен прямо сейчас, но не хочу будить ее, если она спит.

Я перехожу улицу и брожу по ней, пока не нахожу другую скамейку. Сажусь на нее и закрываю лицо руками.

Этой сцены, которая, возможно, лучше всего описывает его жизнь, должно быть достаточно, чтобы отбить у меня желание вмешиваться, но этого не произошло.

Я все еще хочу его так же сильно, как и год назад.

Я сижу неподвижно, обдумывая свой следующий шаг, пока, наконец, толпа не начинает редеть, а затем и вовсе исчезает, и тогда остаются только барьеры и охранники.

Глава 23

Беккет

— По-моему, становится все хуже, — говорит Джон, пока я рассеянно смотрю в окно.

Я не отвечаю.

— Ты видел ту, у которой сиськи торчат наружу? Я имею в виду, черт возьми. У нее была классная грудь, но не думаю, что ее муж был впечатлен.

Я хмыкаю в ответ. Мне все равно, даже если у нее самые красивые сиськи в мире.

— Что с тобой? Использовал все свое обаяние на дамах?

Я не знаю. Я чувствую, что теряю равновесие. Я услышал, как кто-то выкрикнул имя «Дэниел Беккет» — имя, которое я использовал, когда был с Блэр в парикмахерской, и, честно говоря, это сбило меня с толку.

Я знаю, что кто угодно мог узнать это имя, но на какую-то долю секунды я подумал, что, возможно, это могла быть она.

Но, оглядев толпу, я не нашел ее и следа. Не то чтобы у меня было много шансов.