Миссия в молокин
Шрифт:
Этан шепотом вмешался в разговор между Гуннаром и Септембером.
— Что случилось, друзья?
— Послушаем, — указал рукой Септембер в направлении трона.
Эльфа и Тиильям тоже замолчали, настороженно взирая на солдата.
— Они говорят, они прибыли из Пойолавомаара, — продолжал тот.
— Черт побери! — выругался Септембер, и на его лице было написано разочарование.
— Они говорят, что знают… — он оглядел комнату и остановил свой взгляд на Этане и его друзьях, — об их здесь пребывании.
— Откуда
— Они узнали это по характерным, глубоким и узким, следам, которые оставил на льду их корабль, миледи.
Мирмиб глубокомысленно кивнул, а солдат тем временем продолжал.
— Они требуют, чтобы путешественники, их большой корабль и женщина из
Пойолавомаара по имени Тиильям Хох, были переданы им. Если так будет сделано, то они покинут с миром это место. В противном случае они грозят захватить город, — при этих словах в усталом голосе солдата послышалась явная нотка сомнения.
К'ферр резко встала и гневно сказала:
— Какая самонадеянная наглость! Прийти к нашим воротам и требовать силой оружия выдачи наших гостей. Это невозможно ни при каких условиях.
Солдат с восхищением внимал словам своей правительницы.
— Это неслыханно, миледи! Он уверяет, что разрушит наш город, если мы не подчинимся.
— Он? Кто он?
— Их ландграф, их предводитель Тонкс Джин Ракосса, миледи.
— Соизволил ли он отпустить нам некоторое время для размышления над его благородным предложением? — саркастически поинтересовалась леди
К'ферр.
— Четыре дня, миледи.
— Так много? Почему они дают нам столько времени?
Не поняв иронии, содержащейся в вопросах, ответы на которые не занимали леди К'ферр, солдат пояснил:
— Они понимают, сказал нам их представитель, что нам, возможно, будет трудно принять решение, поскольку оно идет вразрез с нашими традициями и законами гостеприимства. Поэтому нам требуется некоторое время для размышлений и совещаний. Однако нам дали понять, что пока их флот стоит у входа в каньон, ни один корабль не сможет ни войти, ни выйти в город для торговли.
— Или скрыться, — добавил невозмутимый Мирмиб. — Скажи мне, воин, твое имя и мирное занятие.
— Кортунди, господин министр. Я торгую кожей.
— Как бы ты поступил в этой ситуации, Кортунди?
Простой солдат с уважением посмотрел на правительницу и министра:
— Я хочу вернуться на свой пост к первым воротам, миледи и сэр. Я думаю, моя помощь понадобится там.
— Осада может быль долгой, Кортунди.
Солдат широко улыбнулся, показав клыки.
— А нам спешить некуда, сэр.
— Неплохо сказано, — К'ферр улыбнулась, — подождите снаружи,
Кортунди.
Солдат повернулся и вышел из комнаты.
— Во всем надо винить только меня, — раздался вблизи шепот, и Этан оглянулся посмотреть, кто это сказал. За ним, прислонившись
— Мне не следовало идти с вами дальше после того, как я помогла вам убежать, — продолжала Тиильям. — Лучше мне было убить себя и предотвратить погоню. Ракосса — сумасшедший.
— Он действительно сумасшедший, — сказала К'ферр расслышав слова удрученной гостьи, — если надеется захватить Молокин. Он не сможет ни добраться до города, ни Даже проломить первые ворота. Бедняга, его помыслами управляет не здравый рассудок, а безумие.
Этан еле удержался от замечания, что некоторые из величайших правителей Земли тоже считались сумасшедшими в свое время.
— Но ищет он только меня одну, — печально продолжала Тиильям.
–
Потому что не может примириться с мыслью, что я от него убежала. Мне лучше убить себя здесь, чем попасть в руки Ракоссы и испытать на себе его месть, которую, не сомневаюсь, он обдумывал все последнее время, — она нервно поежилась и продолжала: — Будь что будет. По справедливости, я должна вернуться к нему.
Она подняла глаза и медленно перевела взгляд с людей на транов:
— Если я сделаю так, то, возможно, он покинет это место.
— Итак, пойос бросают нам вызов прямо здесь, около наших дверей, в нашем каньоне, на нашем льду. Это еще одно доказательство безумия Ракоссы.
Если они действительно так глупы, что будут атаковать ворота, то мы устроим им такую встречу, какую они навряд ли переживут.
— Если вы так серьезно настроены, то будет лучше, если и мы подготовим наших людей, — сказал Этан. — С разрешения миледи мы возвратимся на наш корабль.
— Позволим ли мы им пройти в первые ворота и устроим ловушку, или остановим прямо у первых? — леди К'ферр погрузилась в обсуждение со своим министром способов оказать гостеприимство незваным гостям.
Мирмиб, внимая правительнице, отпустил жестом своих гостей.
Этан поднялся со своего места за длинным столом в каюте совещаний на
«Сландескри».
— Исключено, чтобы Тиильям вновь оказалась в руках сумасшедшего негодяя. Но мы не можем позволить, чтобы молокинцы сражались и умирали ради того, кого они даже не знают.
— Что касается меня, то я бы с удовольствием воспользовался возможностью расправиться с Ракоссой и всеми его дружками, — сказал
Септембер и откинулся на спинку стула. Однако стул не был рассчитан на его вес и предупреждающе заскрипел.
— Я не понимаю, — медленно начала леди К'ферр догадавшись о многом не столько из слов Тиильям, сколько по выражению ее глаз. — Нам сказали, что
Ракосса требует также выдачи всей команды и корабля.
— Да, он кочет получить заодно и их. Но может удовлетвориться и мною.