Мисс Силвер приехала погостить
Шрифт:
Панели по сторонам камина были украшены двойным рядом резных розеток, идущих от пола до уровня каминной полки, дальше они убегали под раму портрета Стануэя. Мистер Хоулдернесс взялся за две розетки и повернул их. Раздался щелчок, секция панели стала раздвигаться, словно створки, и взгляду открылась стальная дверь современного сейфа. Самым обыденным образом он отпер ее, распахнул и выдернул ключ.
— Прошу вас, джентльмены, — сказал он и вернулся к своему креслу, где остался стоять, наблюдая за ними, держа одну руку в кармане, а в другой все еще сжимая связку ключей.
Сейф был забит до отказа — гора пакетов с судебными
— Не знаю, чем это поможет вам или Алану Гроуверу. Это мамино. Моя сестра не собирается их носить, так что я храню их в сейфе и иногда любуюсь ими. Их ценность невелика.
У задней стенки сейфа одна на другой лежали две коробки из-под обуви. Как только Дрейк взялся за них, Хоулдернесс вынул руку из кармана. Он обошел вокруг кресла и сел. Дрейк вынул первую коробку и снял крышку. Марч увидел массу скомканной бумаги. Рука Дрейка с рыжеватыми волосками сгребла ее, и из-под бумаги блеснула золотая подставка, длинные линии сияющих обнаженных ног — это была золотая фигурка Лета, увенчанная розами, десяти дюймов высотой.
— А вот и другая, сэр, — сказал Дрейк, и прежде чем из-под бумаги появилась фигурка Весны, Хоулдернесс застонал и свалился с кресла.
Глава 42
Мисс Силвер осталась в доме одна. Был понедельник, Сесилия отправилась с корзиной в магазин, откуда она вернется с сумкой продуктов и полной охапкой слухов. На этот раз мисс Силвер, извинившись, отказалась ее сопровождать.
— Мне нужно написать одно-два письма, и я предпочла бы остаться дома, если ты не сочтешь это невежливым.
Миссис Войзи не сочла это невежливым. Как ни вдохновляла ее компания дорогой Мод, при ней ей было бы трудно перекинуться парой слов с миссис Гроувер, а она была намерена поговорить по душам. Вчера Мод Силвер вызвала к себе Алана. И когда Войзи вместе с Бесси вернулась после часа, проведенного в приемной миссис Гроувер, то застала дома не только Алана, но и инспектора полиции, который вместе с инспектором Дрейком уже без малого час просидел в гостиной. А когда сама миссис Войзи вернулась с вечерней службы, все, что Мод сочла нужным сказать, так это: «Моя дорогая Сесилия, я бы посвятила тебя во все, если б было можно, но пока это очень конфиденциально».
Сесилия Войзи всю жизнь слышала, что сдержанность — это добродетель. Она не отрицала и ни на секунду не подвергала это сомнению. Но добродетели хороши, пока они абстрактны, а в реальности могут стать источником чрезвычайного раздражения. Мод, конечно, права, но Сесилия чувствовала потребность наговориться с миссис Гроувер всласть.
Мисс Силвер сидела в гостиной и вязала. Второй рукав жакетика маленькой Джозефины значительно продвинулся, и она надеялась до ленча его закончить. После этого нужно будет пустить по краям отделку, добавить петельки для стирки, а потом можно будет приступить к штанишкам. День был пасмурный, кучка поленьев тлела в очаге, обложенном розовым кафелем. Он был не таким ярким, как шторы из дамаста [4] , которые в свою очередь уступали в яркости
4
Дамаст — узорчатая шелковая или полотняная ткань
Она вязала, а мысли ее блуждали где-то далеко. Она не то чтобы ждала, но полагала возможным услышать телефонный звонок.
Когда Рэндал Марч вошел в комнату, она встала и подала ему руку. Он с силой ее пожал, задержав дольше, чем обычно, и с важностью произнес:
— Ну вот, вы оказались правы.
Он выпустил ее руку и прошел к камину. Мисс Силвер поинтересовалась:
— Вы его арестовали?
— Нет. У него был цианид. Он мертв.
— Потрясающе!
— Скандала будет поменьше, но лучше бы он этого не делал.
Она села. Он упал в кресло, стоявшее по другую сторону камина, и продолжил:
— Знаете, он все так хорошо подстроил, что я начал подумывать о том, что нас ждет провал. Даже если бы свидетельство Алана Гроувера было принято, на суде он разделал бы его в пух и прах. Слухачей никто не любит, а уж когда клерк подслушивает хозяина! — Рэндал сделал выразительный жест. — Если бы не вы, я ни за что не зашел бы так далеко, как в то утро, хотя в разгаре событий у меня появлялось такое ощущение, что я тону. Этот тип был такой респектабельный, такой импозантный, такой величественный — мне показалось невозможным, что это он.
— Как это произошло, Рэнди?
— У нас был ордер на обыск. Он открыл сейф и стоял в сторонке, пока мы все выгребали. В какой-то момент он отошел к своему креслу и сел к нам спиной. У него был при себе яд, и он принял его, видимо, когда Дрейк вытащил две коробки из-под обуви из самой глубины сейфа. Помните золотые флорентийские фигурки «Времена года»? Они лежали по две в каждой коробке. Мы вытащили Лето, и тут он застонал.
Мисс Силвер повторила свой предыдущий комментарий:
— Потрясающе!
Марч жестко сказал:
— Меня следует наказать, что я дал этому случиться.
— Вряд ли можно говорить, что в этом есть твоя вина…
— Я должен был быть настороже. Но меня терзала мысль, что мы откусили больше, чем сможем прожевать.
— Мой дорогой Рэнди!
— Сожалею — упустил. Но чувствовал себя именно так. А потом Дрейк открыл одну из обувных коробок, и я увидел золотую подставку. Хоулдернесс, должно быть, тоже увидел, и прежде чем мы заметили, все было кончено. Я должен был сразу схватить его, но я почувствовал облегчение и смотрел, как фигуру вынимают из коробки… В этот момент он все и проделал! А теперь, во имя Господа, — зачем он их взял?!
Мисс Силвер осторожно покашляла.
— Я представляю себе две возможные причины. Пропажа фигур означала бы грабеж. Подозрения падут скорее всего не на жителей Меллинга. К тому же, без сомнения, мистер Хоулдернесс был уверен, что они чрезвычайно ценные. Он мог надеяться, что сумеет вывезти их заграницу — есть разные способы это сделать. А где же их хранить, как не в сейфе? Я полагаю, ему даже в голову не приходило, что на него может пасть подозрение. Он запер фигурки и был спокоен. Так и случилось бы, если бы не Алан Гроувер и не ваш ордер на обыск.