Мишка с севера
Шрифт:
— Ты как, остаешься? — спросил, как обычно, в лоб. Не в его характере юлить. — А то мне помощь понадобится. Гномы, поганцы, бойкотом на фабрике угрожают. Мало им, видители, по золотой монете в день. Жадюги корыстные! А то, что детишки без подарков останутся, на это им плевать! — разбушевался дед.
— А я то чем помогу? — удивилась Майя. — У тебя же Алька для этих дел.
— Так Алька за погоду и транспорт отвечает, а ты мне нужна, чтобы меркантильных паршивцев усмирить. Ты же в циферках, бухгалтерИи этой, соображаешь, а?
Деда умильно
— Я… — ей кажется, или Кузьма был прав насчет всеобщего сговора?
— Разберись, что по справедливости, а что по-честному, что поровну, и кому бОльшая половина, а?
— Но они же твои друзья! — удивилась Майя.
Насколько она помнила, гильдия гномов приняла дедушку в свои ряды как почетного члена, единственного не гнома. В молодости семеро отважных карликов и дедушка пережили какие-то невероятные приключения, и с тех пор друг за друга горой стоят. В любых делах, что бы ни происходило.
— Котлеты отдельно, мухи отдельно, — ворчливо пробормотал дед себе в бороду.
Майя в сомнительный бойкот не верила, но дедушку очень любила. Если он просит, значит она поможет, чем сможет.
— Ладно. Останусь, пока проблема не решится.
— То есть, на все праздники и даже дольше? — обрадовался дедушка.
Майя медленно кивнула, соглашаясь.
Странные дела творятся на белом свете. И все-таки, ее семья чокнутая. Услышал бы их кто-нибудь со стороны…
Майя съела два блинчика, допила чай и уже собралась уходить. Бабушка закончила с готовкой и что-то вполголоса обсуждала с Кузьмой и дедом.
Все не так плохо, как могло быть. У Майи замечательные и любящие, пусть и не совсем нормальные, родственники. Но покажите хоть одну семью, про которую можно сказать — нормальная! Нет таких, везде свои тараканы. Где-то даже тарантулы.
Планы на день просты и незатейливы. Майя возмет с собой килограммчик мандарин, который Кузьма, как и обещал, оставил в ее комнате, и пойдет на прогулку. Может, встанет на лыжи, а может, пешком. Если на своих двоих, то можно забраться на верхушку Туманной горы на смотровую площадку. Оттуда открывается захватывающий вид на просторы Лапилаипоиалпоисисуурунемаамеретагаляндии. Хорошо видно и границу, и переливающийся всеми цветами радуги барьер, скрывающий волшебную страну от реального мира. Такая вот «радужная» аномалия, что-то наподобие Бермудского треугольника.
Надо и Альку с собой позвать, вдруг захочет присоединиться. Не дело ей днями и ночами напролет в четырех стенах сидеть.
Но в дверях Майя столкнулась с родителями. Они тут что, по расписанию, каждые десять минут, на кухню заходят? Больше других дел нет, кроме как есть и перекусывать?
— Куда собралась? — чересчур весело спросила у Майи мама.
— Хочу прогуляться, — настороженный ответ, содержащий минимум информации.
— Отличная идея, мы с тобой! Да, дорогой? Прошвырнемся по деревне? — обратилась она к мужу.
— Прогулка, так прогулка, — прозвучало
В итоге от изначального плана остались, разве что, взятые с собой мандарины. Сборы недолгие, забытые вещи, забытый Помпон, которому во что бы то ни стало нужно идти со всеми вместе. Суета, гомон, смех, лай…
Уединиться и спокойно подумать, блуждая по окрестностям, Майе не дали. Но она не расстроилась. Морозный чистый воздух бодрил и пьянил. Родные места, знакомые люди, нелюди и монстры, встречающиеся на улицах поселка, их икренние приветствия.
На главной площади, где растет громадная ель, сейчас украшенная волшебными огоньками, проводилась ярмарка. Местные продавали, кто чем богат — тут тебе и мед, и рыба, и орехи, мясо, меха, ковры ручной работы, вязаные чужими бабушками носки. Экзотические фрукты, зимние цветы и даже техника из-за границ Лапилаипоиалпоисисуурунемаамеретагаляндии.
Майя шла под ручку с папой, мама держалась за него с другой стороны. Помпон носился вокруг по своим делам, нюхая углы и перетявкиваясь со встречными знакомыми собаками. В основном это были красивые голубоглазые лайки.
Мама подошла к прилавку с фруктами, чтобы поприветствовать старого знакомого продавца. Шерман Эм — зеленый тролль исполинских размеров. Он выделялся в толпе как огромный экзотический фрукт, привлекая к своей лавке или отпугивая, зависит уж от смелости покупателей.
В детстве Майя обожала, когда он ее кружил на вытянутых руках. Тролль научил Майю приветствию на своем родном языке, разъяснив все тонкости произношения, — «Гррджо, брно Шеррман!». Что в переводе значит — «Здравствуйте, господин Шерман!». Маленькая Майя кричала ему эту фразу при любом удобном и неудобном случае, по нескольку раз на дню, хоть с другого конца улицы, если замечала зеленую фигуру вдалеке.
— Мои дор-рогие! — проговорил он с гортанным акцентом, улыбаясь во все белоснежные зубы. — Майя, кр-расавица выросла, с возвр-ращением!
— Гррджо, брно Шеррман! — улыбнулась девушка в ответ.
Сплетничая с разговорчивым троллем, мама набрала целый пакет разноцветных фруктов-ягод. Папа с Майей стояли рядом, помалкивая.
— А это что-то новенькое? Я раньше у тебя не видела, — спросила мама, разглядывая продолговатый ярко зеленый авокадо.
— О! Это Авр-рокада. Вкуснейшее, нежнейшее лакомство, деткам обязательно понр-равится!
— А как их есть, готовить? — кулинария и новые, неиспробованные рецепты мамина страсть.
— Просто, кусаешь и ешь.
— Со шкуркой?
— Да там и шкурки то считай никакой нет… — рекламировал товар Шерман. — Сам пр-робовал.
— Как кусать, а косточка? — вмешалась в обсуждение Майя.
— Что косточка? Нормальная, как и другие косточки, тоже вкусная.
— Вы с косточкой ели? — поразилась Майя, с уважением разглядывая ровную улыбку Шермана.
— А что? — насторожился тот. — Инстр-рукции к употр-реблению я не пр-ривык читать, обычно сам разбираюсь что за фр-рукт.