Миротворец
Шрифт:
– Еще один боец?
– на этот раз она меня разозлила.- Вы забрали у меня парня, я до сих ничего не знаю о судьбе Кленова. Что вы с ним сделали? Если проштрафится, я сам мог вынести ему взыскание. Это был мой человек и вы не имели права забирать его!
– я понял, что просто ору, но непробиваемое выражение Валерии вывело из себя.
– Ты и все твои люди принадлежат ведомству. Ты мне нравишься, Феникс-птичка, но не забывай, кто выпустил тебя из клетки, так же просто окажешься в ней снова. Я могу навскидку придумать десять причин, по которым тебя отправят в Девятый корпус.
– Чистильщики,- пробормотал я.
– Чистильщики.
Разумеется я знал. А еще я знал Валерию и ее методы.
– Похоже у меня не остается выбора.
– Конечно, выбор есть всегда. ты еще можешь заглянуть ко мне и мы чудесно проведем вечер.
Прорычав что-то отрицательное, отключил связь. Пнув ногой ни в чем не повинный табурет, резко поднялся.
– Глеб, Стас, Травка,- общий сбор через десять минут. Мы летим домой.
Глава 2 - Искусственный рай.
Клепсидра - искусственный рай, рукотворное чудо созданное Зеноном чуть больше полувека назад. Тогда в 2070 году подобное казалось по истине невероятным. Задействовав невероятное число ресурсов, щедро выделяемое правительством объединенной Земли, этот гений от архитектуры сумел всего за двадцать лет создать вокруг планеты еще одну Землю обетованную.
Торус обтекал планету по последней возможной орбите. Мощнейшие машины создавали вокруг "баранки" Клепсидры барьер, недоступный для холодной пустоты космоса, искусственные солнца дарили свет и тепло влажной тропической флоре и фауне. Дом для избранных, место обиталища всех шишек из правительства. Здесь же была моя служебная квартира. Валерия не раз предлагала мне переселиться сюда со всей семьей, но я знал, какие проблемы это повлечет и предпочитал оставаться на старой, доброй Земле. Скромная квартира под Питером меня вполне устраивала.
Но как бы я не хотел увидеть жену и детей, Валерия не простит, если прежде я не загляну в ее офис. Несмотря на то, что Аналитический отдел официально считался военным ведомством, по приемной Валерии это не скажешь.
Часовой, похожий на разряженного швейцара в шлеме с плюмажем отдал мне честь.
– Прошу прощения,- я легко постучал в дверь, на створке которой красовалось изображение белки. Удивительно, но это был настоящий дворянский герб, Валерия происходила из весьма древнего рода Кайзер-Гончарова и не уставала каждый раз подчеркивать свое знатное происхождение.
Изящные ножки в туфельках на невероятно высоких каблуках были закинуты на стол, а неприлично короткая юбка слабо походила на элемент военной формы, какой полагалось носить всем в ведомстве. Высокий стоячий воротник не выдержал натиска шикарной груди. Однако, Валерия прекрасно знала свое дело и против представления не красила лаком длинные ухоженные ногти, а читала какой-то скучный доклад.
Я даже не сомневался, что она специально готовилась к моему приходу. Эта женщина была терпеливой и настойчивой, точно пантера, она умела ждать и всегда получала свое. По крайней мере, так она не уставала повторять при каждой нашей нечастой встрече.
– Быстро вы, надеюсь на этот вечер у тебя нет особых планов, мой птенчик?
– С вашего позволения,- я отдал положенные знаки почтения,- я бы хотел воспользоваться возможностью и слетать домой. Я не видел жену пять лет.
– Жену?
– брови Валерии поползли вверх, будто не она только недавно предлагала мне то
Я разглядывал безумное смешение стиля со строгой официозностью, царившее в ее кабинете.
Роскошные вазы из венецианского стекла соседствовали с военными картами и чертежными приборами. Творческий беспорядок на столе состоял из флакончиков духов, тюбиков помад и тонн бумаги, по больше части смятой и почерканной. Валерия была старомодной, как она вечно повторяла, и могла потратить десяток листов невероятно дорогой офсетной бумаги лишь на то, чтобы написать какие-то заметки к своему расписанию.
– Да, жену и дочерей.
– Ну что ж, отпускные уже зачислены на твою карту,- поскучнела Валерия.
– Лети, надеюсь отпуск будет удачным,- она крутанулась на кресле, делая вид, что полностью потеряла интерес к происходящему.
– А моя просьба?- пришлось напомнить.
– Отказ.
– Почему?
– я постарался не показать. насколько расстроен.
– Ты упрям, но и я тоже. К тому же, аналитический отдел стал закрытым.
– С каких пор?
– я вздохнул.
– Со вчерашнего дня.
"Как раз когда мне понадобилось узнать нечто важное"
– А могу я сделать запрос?
– Как хочешь,- изящные пальчики махнули трубкой. Она слишком много курит.- Но положительного ответа я не гарантирую.
– Конечно.
– Можешь быть свободен.
Я поклонился высокой спинке кресла и дымящейся трубке и уже пошел к дверям, но голос Валерии остановил меня.
– Не забудь о новичке, теперь он под твою ответственность.
По правде говоря она застал меня врасплох. Я уже полностью запамятовал, что на мою голову свалилась еще одна неприятность.
Я надеялся, что хлопнуть дверью удалось как следует. В холле я остановился у единственного места, где, как правило, спускал пар после встречи с невыносимой начальницей. Это была мини-оранжерея. Прихотливый вкус дизайнера заставил экзотические растения расти на полу, на стенах и прямо на потолке, а струи фонтана, затянутой в кокон антигравитации, создавали невероятное переплетение из цветов и воды.
Остановившись, я втянул носом терпкие, влажные, насыщенные запахи. нагнувшись, любовно понюхал раскрывающийся бутон в виде кораблика приторно-розового цвета.
– Чертова стерва.
– Цветок или женщина?
За спиной послышался грубоватый голос.
Я резко выпрямился и недовольно взглянул на того, кто потревожил.
– Женщина.
Он стоял, привалившись спиной к косяку.
Есть люди, которые сразу внушают опасение и заставляют подозревать худшее. Русоволосый парень со стрижкой ежиком не внушал доверия. Я бы не доверил ему даже налить себе сливок в кофе. Если бы я пил кофе. Но потреблял я исключительно черный горький чай. А парень с продубленным ветрами и солнцем лицом каторжника явно был любителем приложиться к горлу. Пьяницей он не был, но судя по духу, неплохо погулял прошлой ночью. В голубых глазах плясали черти. Массивная шея как у быка. Каждый кулачище мог поспорить с кувалдами Дуба, а узловатые мышцы бугрились рельефнее, чем у Глеба. Одет по форме, но отчего-то на таких как он одежда всегда выглядела так, будто ее провозили по грязи и дали отвисеться на солнышке. Но разумеется все знаки отличия были безжалостно содраны, а значок в форме свитого кольцами хлыста - символ Аналитического корпуса - отметал последнюю возможность ошибки. Мой новобранец. Никем другим он быть не мог.