Миротворец
Шрифт:
— Как? — ахнула Оллайра, застыв с подносом в руках и невольно привлекая внимание к вопросу.
— А так, — воодушевленный интересом, Улле присел на подвернувшийся стул и потер руки. — Клайка наш как с ума-то сошел… Э-э, пусть ему на том свете хорошо живется… И-ик!.. Ну, помните, частенько на него жаловались, что по ночам стал бродить, словно упырь какой?.. Хоть и не делал вроде ничего такого… Ну а сегодня утречком и заметили его, — Улле закрыл глаза. — Страше-е-енного! И прямо в городе, правда, в трущобах самых, но
— Страшенного? — осторожно поинтересовался трактирщик.
— Ровно звери его потаскали, — заверил Улле, а я вцепилась пальцами в столешницу. — Так мне племяш мой, который сержантом служит и Клайку видел, сказал…
Я негнущимися пальцами развязала кошелек, бросила рядом с тарелкой пару монет, кивнула трактирщику и стрелой вылетела на улицу.
— Стой! — только сейчас я поняла, насколько подозрительно выглядели мои действия в глазах другого Хозяина. Развернулась я, положив руку на эфес одного из мечей, припоминая возможные боевые заклинания.
Хозяин посмотрел на меня и выразительно скривился.
— Идем вместе? — медленно проговорила я. — Или ты знаешь еще Хозяев в городе?
Он покачал головой и сказал вполне миролюбиво:
— Удосужилась бы поинтересоваться у Улле, где именно нашли труп.
Я нерешительно убрала руку от клинка.
— Но ты ведь спросил?
— Иначе выбежал бы быстрее тебя, — маг пожал плечами. — Значит, ты и есть новая знакомая моего отца?
Мой ответ ему вряд ли требовался.
— Значит, я не ошиблась… — я задумалась. — Раз ты знал обо мне и об убийстве в Агренце… Ведь знал же?.. Тогда…
— Я бы тебя нашел, — просто сказал колдун. — Чтобы убедиться. Так же как ты нашла бы меня. Пойдем…
— Назовешь имя? — четко, по-деловому поинтересовалась я. В Агренце, как я поняла, знали о необычных магических способностях сына кузнеца. Похоже, мы оба были одинаково заинтересованы в поимке убийцы: он — потому что тень и так уже падала на отца, а я… А просто тянет меня на всякую ерунду, как высказался бы Идэр!
Нет, конечно же, не так. Я просто слишком люблю себя, и хочу быть в себе уверена.
— Марий, — парень сдержанно кивнул. — Ты — Аза, я знаю. А где… отец сказал, с тобой еще какая-то девчонка постоянно.
— Ученица, — гордо поправила я и вздохнула. — Но ее ты уже не увидишь, она… э-э… вернулась домой.
— Тем лучше, — невнятно отозвался Марий, хватая меня за пояс и дергая за собой — в какой-то темный закуток между таверной, где мы только что сидели, и хлебной лавкой.
— Какого…
— В конце улицы стража, — коротко, предупреждая мою реакцию, произнес Марий.
— Мы уже прячемся?
— На всякий случай — да.
— И ты думаешь, что стража не заметила, как резко мы пропали? — возмутилась я.
— Конечно, заметила, — Марий спокойно огляделся. Три стены, ящики с мусором, несколько кирпичей… И что мы будем делать?
Сын
— Крыша? — изумилась я, внутренне содрогнувшись. Нет, высоты я не боялась, просто как-то это по-бандитски… А что, если нас действительно заметят? Будет гораздо труднее объясняться.
— Подсадить, или все же превратишься и сама запрыгнешь? — нетерпеливо фыркнул Марий, а я вдруг почувствовала, что мне трудно пошевелиться. Я как завороженная смотрела на Мария, отмечая, как быстро меняются его руки, как хищно загибаются пальцы, мало похожие на человеческие — с кривыми когтями… Как тело, мгновение назад бывшее стройным, гнется к земле — как будто какого-то маленького движения, толчка не хватает, чтобы человек упал на руки, как на лапы, окончательно теряя привычный облик… А какие у него глаза!
— Ну же, они почти здесь!
Трепетали ноздри, втягивая запах приближающихся людей. А голос — вместе со словами глухое рычание…
— Проклятье!..
Тело у меня онемело, а разум отказывался реагировать на что-то другое, кроме еще одного Хозяина, потому я не сразу поняла, что Марий прижимает меня к стене, крепко обняв одной рукой (уже нормальной, человеческой рукой) за талию, а другой за плечи. Краем глаза я заметила красное пятно сбоку от нас — красными были мундиры местных стражников.
— Подыграй! — прошипел Марий мне в ухо. Я уткнулась носом ему в шею и неловко вцепилась в рубаху на его плечах. Он провел ладонью по моим волосам, удачно их растрепав. Я рассеянно отметила, что у отросших волос есть свои преимущества — стало не видно, целую ли я шею Мария, или, скажем, грызу горло. Мой сдавленный смешок и судорожное дыхание дополнили картину — парень и девушка наслаждаются обществом друг друга, что может быть проще?
Так прошел один миг или два, не больше. Стража благополучно миновала. Потом я неуверенно разжала руки, Марий чуть-чуть отстранился, плотно сжав губы, посмотрел мне в глаза.
— Ты впервые увидела превращение другого Хозяина, да? — шепотом спросил он. Я едва заметно кивнула.
— А ты… Ты встречался раньше с… другими?
— Никогда, — Марий зажмурил глаза на мгновение и быстро произнес:
— Покажи мне, каково это со стороны.
И этим странным интересом, смешанным со страхом, а еще детской привычкой жмуриться, Марий вдруг стал мне близок. Я сама не сумела четко объяснить себе причину такой симпатии, но не исполнить его просьбу уже не могла.
Отступив на полшага, Марий не убрал руку с моего плеча, вместе со мной, частично ощущая изменение моего тела. Я взглянула на него, расправляя плечи и привычно втягивая носом воздух. Он смотрел со спокойным и даже каким-то восторженным интересом, и я вдруг подумала о том, что у него вполне могло и не быть таких проблем со своей второй сущностью, как у большинства Зовущих.