Миротворец
Шрифт:
Матерсон долго раздумывать не стал и с готовностью кивнул.
— Я согласен, с чего начинать?
— Начни сначала, — хмыкнул Крутов, продолжая манипуляции с зажигалкой.
— Три года назад, во время моей очередной командировки в Кувейт, черт занес меня в казино. Тогда мне крупно везло, вначале я выиграл в рулетку больше ста тысяч долларов. Нужно было сразу уйти, а я остался. Меня буквально загипнотизировали желтые глаза дьявола…
— Меньше лирики, Матерсон, — прикрикнул на капитана резидент. — Вы же юрист, вот и излагайте факты.
— Да, да. Так вот, ближе
Джеймс Гучас хотел что-то сказать, но его опередил Кругов:
— Брюс, вы часто посещали это игорное заведение?
— Нет, — замотал головой капитан. — Я попал туда первый раз, и это было чистой случайностью.
— Странно, — удивился Крутов, — насколько мне известно, казино открывает кредиты лишь своим постоянным клиентам. Это первое. И второе, нам известно, что вы были знакомы с Джафаром, когда оба служили в «Форт Брегге». Не с ним ли вы играли в рулетку?
— Я не был знаком с Джафаром в «Форт Брегге», — буквально взвился Матерсон, но внезапно осекся под тяжелым взглядом русского полковника, не догадываясь, что тот блефует, и тихим обреченным голосом продолжил: — Еще в Штатах я был должен ему крупную сумму денег, которой у меня не было.
— Поэтому вы и уехали на Ближний Восток? — продолжал напирать Крутов.
— Поэтому и уехал.
— Вот где и произошла вербовка, рыбка заглотила наживку, — произнес Родион. Он сунул в карман спортивной куртки зажигалку и продолжил свою мысль: — Долг за время просрочки вырос до астрономических размеров, потому поступило предложение поставить его на кон, чтобы отыграться. Вы рискнули, и долг увеличился вдвое.
После этих слов Брюс Матерсон лишь закрыл лицо руками, его плечи задрожали. Моше Кацц почесал переносицу и вопросительно посмотрел на Крутова. Но тот даже не глянул на него, продолжив разоблачение военного юриста.
— Не было случайности. Вас, Брюс, конкретно завербовали, и перевод в Косово также не был случайностью. Именно тогда начались переговоры о выдаче Югославией США крылатых ракет.
— Это правда? — прорычал Джеймс Гучас, сверкнув глазами. Окурок в его зубах принял почти вертикальное положение. Брюс Матерсон, не отрывая рук от лица, лишь закивал. — Подонок.
— В общем, с этим фактом мы разобрались, — ровным голосом продолжал Кругов. — Теперь меня интересует другой вопрос. После того как я заявил, что через несколько дней станет известно местонахождение логова Джафара, вы нам предложили посетить «Албанскую корчму», а сами тут же связались с ним. И что решили? Я жду ответа, Брюс.
Матерсон убрал руки от лица и заговорил:
— Я предложил выкрасть вас из «корчмы» и потом ликвидировать, скрыв труп, чтобы потом объявить о вашем побеге и тем самым отвести от себя подозрения. А Джафар сказал, что все решит сам, а мне приказал направить следствие в направлении Косова.
— Умно, ничего не скажешь, — поджав губы, скупо констатировал Крутов и
Брюс Матерсон замотал головой.
— Ну, понятно, — зловеще произнес Родион, надвигаясь на капитана. — И как же вы связывались?
— Я звонил ему на спутниковый телефон.
— Что ж, думаю, пришло время позвонить вашему патрону. — Крутов посмотрел на Гучаса и сказал: — Нам понадобится специалист по спутниковой связи.
— У нас есть такой человек, — спохватился резидент. Покинув номер, он вернулся через несколько секунд в сопровождении дюжего охранника, который препроводил арестованного на первый этаж. На мгновение замешкавшись у выхода, резидент отчетливо и громко, чтобы его слышал безмолвно сидящий Моше Кацц, произнес: — Мистер Крутов, прошу прощения за то, что мы вас подозревали в предательстве. К тому же хочу совершенно искренне добавить — вы опасный противник, и слава богу, что мы союзники.
На эту высокопарную тираду Родион снисходительно усмехнулся и ответил:
— Извинения принимаются, а теперь давайте займемся Джафаром. Хотелось бы поскорее познакомиться с ним вживую…
Глава 3
Свет в конце туннеля
— Хорошо, как начнут развиваться события дальше — позвонишь, — прежде чем отключить телефон, произнес Джафар. Бросив трубку на стол, он прошел в соседнюю комнату, где после вечерней молитвы наслаждался прохладным айраном Ибрагим Фарук.
— Как дела? — спросил суданец вялым, утомленным голосом.
— Твои уголовники прикончили не только русского, но и нескольких американских военных копов, правда, и сами понесли потери, — сообщил бывший «зеленый берет».
— Ничего страшного, — миролюбиво произнес Фарук, — шпаны в этом городе полно. Если потребуется пушечное мясо, всегда сможем нанять, сколько потребуется.
Джафар искоса посмотрел на Ибрагима, но ничего не сказал. Тот сильно изменился за то время, что прожил в Албании. Расслабился, стал вялым, инертным, как будто внутри суданца разрушился поддерживающий его изнутри стержень. Причину американец знал: Фарук обзавелся домом, семьей (шутка ли, три жены), наконец он получил то, чего никогда в жизни не имел. Опытный воин, Джафар знал, что на войне такие люди долго не живут, они раскрыты для удара. Подобная расслабленность и увлечение комфортом стоили жизни многим лидерам палестинских боевых организаций, за которыми охотились израильские спецслужбы.
Впрочем, жизнь суданца Джафара нисколько не интересовала, главное — выполнить собственное задание, а уж потом, если понадобится, он сам лично отрежет голову Ибрагиму. Опустившись на ковер, американец скрестил по-турецки ноги и взял большую пиалу с айраном.
Мысли постепенно перестроились на другой лад. Если после гибели русского эксперта международная следственная группа будет продолжать искать похищенные ракеты в Албании, придется затаиться и ждать, когда заказчики обеспечат «коридор».