Миротворец 2

Тамбовский Сергей

— А вот, кажется, и ваше Варадеро, — прочитал наименование населенного пункта на обочине Алексей, — что хоть оно обозначает, это слово?

— Всего-навсего причал, — ответил Педро, — ну или стоянку для яхт… яхт-клуб, можно сказать.

Глава 23

— Ну вот он самый и есть, мыс Варадеро, — продолжил испанец, указывая вперед, — 20 километров чистейшего песка, километр в самой широкой части, а так и сотня метров бывает. Чуть подальше если проехать, там народу

вообще не бывает.

Экипаж проехал еще с километр, тогда русские офицеры искупались в чистейшей воде (позднее этот пляж признают самым чистым в мире), снова оделись и отправились в обратный путь.

— Не стоило наверно так далеко ехать, — сказал Георгий, — примерно такого же добра полно и рядом с Гаваной.

— Наверно, ты прав, — поддержал его Алексей, а затем задал новый вопрос испанцу, — так какое самое главное требование у мятежников, напомните?

— Требование простое, — тяжело вздохнул Педро, — Куба либре… что означает — дайте Кубе свободу, а сами убирайтесь куда-нибудь подальше.

— О, — встрепенулся Георгий, — я где-то слышал такое словосочетание… вспомнил, это название коктейля.

— Точно, есть такой, — не стал отрицать Педро, — ром плюс сок лайма плюс немного кока-колы. Ну и кубик льда конечно… популярный напиток.

— Надо будет попробовать… — задумался Алексей, — про Либре-Кубу я понял — это и все их требования или еще какие-то есть?

— Есть и другие, — еще более тяжело вздохнул испанец, — сократить налоги, убрать импортные пошлины, легализовать проституцию…

— Опа, — усмехнулся Георгий, — про последний пункт можно поподробнее?

— Можно, почему нет… у нас на Кубе торговля своим телом это очень древний и популярный вид деятельности. Примерно каждая четвертая женщина занимается этим бизнесом, если его можно так назвать… сейчас он считается как бы в серой зоне — власти делают вид, что не замечают его, а женщины делают вид, что работают в какой-то другой сфере. Естественно, что такое положение дел привлекает много криминальных элементов… ну сутенеров, если говорить честно. Налоги тут никакие не платятся, а просто определенная доля доходов перетекает в карманы сутенеров… которых крышуют большие боссы преступных сообществ, у нас их минимум две такие группировки на острове.

— Тааак, — почесал затылок Алексей, — и что это за группировки, можно рассказать?

— Конечно… обе они состоят из этнических итальянцев, такое название «коза ностра» слышали?

— Конечно, — кивнул Георгий, — «наше дело» в переводе… еще их называют мафией.

— Правильно, мафией… выходцы из Сицилии, перебравшиеся в Нью-Йорк, Френк Кастелло и Дэвид Лански у них лидеры. С недавних пор эти сицилийские бандиты начали осваивать и Кубу — место курортное, денег у отдыхающих много, поразвлечься многим хочется, вот они и устремили свои взоры на нас.

— А что, сфера их интересов затрагивает только проституцию?

— Не только,

тут еще и игорный бизнес, который тоже у нас существует на очень странных условиях — он вроде бы есть, но если присмотреться, то его как бы и нет… к этому еще приплюсовались и наркотики, героин и кокаин.

— Стоп, — притормозил словесный поток испанца Георгий, — они же в аптеках продаются, эти героин с кокаином — при чем тут преступность?

— У нас уже не продаются, несколько лет, как их только по рецептам отпускают — слишком много стало неприглядных случаев от их бесконтрольного употребления.

— Понятно… и эти ребята, как уж их… Кастелло и Лански решили обеспечить всех страждущих граждан наркотическими средствами?

— Да, такой процесс пошел, — грустно отвечал Педро, — так вот, возвращаясь к проституции — это, кстати, один из пунктов, в котором желания мятежников и мафиози расходятся…

— А что мешает властям легализовать проституцию? — поинтересовался Георгий, — минус один пункт из требований повстанцев, да и налоги в бюджет начнут поступать.

— Традиции… — совсем уже тяжело вздохнул Педро, — и католическая церковь, не будем забывать о ней, влияние церкви у нас очень велико.

— Понятно, — не менее тяжело вздохнул Алексей и перешел к заключительной части, — мы вас услышали, дон Педро — как говорят в Америке «окей».

— Я тоже вас услышал, дон Алексей, — улыбнулся испанец, — у нас по этим поводам говорят бьен или тодо эста бьен…

— Что в переводе означает «все отлично», так? — справился Георгий.

— Именно… встреча с лидерами мятежников это непростое дело, но мы попробуем урегулировать этот вопрос в течение одного-двух дней… какие-то контакты с ними у нас имеются.

— Отлично, — ответил ему Георгий, — или тодо муй бьен, мы будем ожидать от вас положительную обратную связь…

А тем временем в России

1 мая 1898 года впервые за последние 10 лет в России случился террористический акт — некое неустановленное лицо бросило бомбу в начальника корпуса жандармов генерал-лейтенанта Шебеко. Произошло это около полудня во время проезда генерала к месту службы на Литейном проспекте. Шебеко выжил, но ему пришлось отнять руку… дела по корпусу жандармов принял его первый заместитель Булгаков, тоже генерал.

Император посетил Шебеко в главном военном госпитале на Васильевском острове… генерал был очень плох и с большим трудом понял, кто перед ним.

— Николай Игнатьевич, — тихо спросил Александр, — вы видели, кто бросал в вас бомбу?

Шебеко промычал что-то совсем тихо, из чего можно было сделать вывод, что нет, не видел он ничего.

— Николай Игнатьевич, держитесь, — взял его за руку царь, — мы будем за вас молиться… а этого бомбиста обязательно найдем, и его постигнет суровая кара.